О чем плачут мужчины - Лидия Евгеньевна Давыдова

Пылилась «хонда», пылился и эротический костюм Стефании, в котором она соблазняла его в ту далёкую ночь. Это был костюм медсестры. Она надела его сразу же после целого дня медитации, и он подумал тогда, что именно такая женщина ему и нужна. Она будет его исцелять, а одновременно соблазнять и ублажать. Он знал, от чего хотел исцелиться, и ему показалось, что Стефания сможет это сделать.

Тот раз был единственным, когда она надела костюм медсестры. Добившись, чего хотела, она повесила костюм в чулан, а Микеле поставил «хонду» в гараж.

– Аморе! – раздался голос Стефании.

Микеле обхватил руками шею и потянул вниз. Он дико устал, всё чаще у Микеле болела спина. Боль в пояснице поднималась выше, сковывала плечи, пробиралась в шею, выше, выше, и вот уже голову опоясывали железные обручи. Он очень надеялся, что поездка вернёт ему силы.

– Аморе, ты где? – настаивала жена ещё громче.

Микеле нехотя поднялся, взъерошил волосы, бережно накрыл «хонду» брезентом и выключил свет. Он закрыл дверь гаража, пересёк сад, просторное поле и вошёл в дом со стороны кухни.

Стефания, крупная блондинка в плюшевом халате, стояла у столешницы и готовила полезный зелёный коктейль из сельдерея, имбиря и яблока.

Микеле подошёл к столешнице, кинул взгляд на сумки и валявшийся рядом чек.

– Дорогая, ты потратила на пижамы двести пятьдесят евро. – Микеле озабоченно всматривался в чек, пытаясь понять, что это за пижама такая, которая стоит больше его новой газонокосилки. Если и тратить столько, то лучше бы она купила шёлковое сексуальное бельё, а не эти бабушкины панталоны.

– Наступают холода, я очень мёрзну, – объяснила Стефания, сломав надвое сельдерей и отправив в блендер.

– Ну так я тебя согрею, – произнёс Микеле нарочито сексуальным голосом и попытался поцеловать Стефанию в шею, но та быстро отодвинулась, потому что на кухню зашёл её сын.

– Чао, малыш, ты вернулся? Как всё прошло в университете? – улыбнулась она двухметровому «малышу».

– Всё ок, – ответил сын, открыл холодильник, схватил оттуда йогурт, захлопнул холодильник и направился к выходу.

– Кстати, мам, – повернулся он у двери, – у меня телефон накрылся, надо новый, – и быстро ушёл, словно заранее зная, что Микеле захочет что-то сказать.

– Не, нормально? – повернулся он к жене. – Ему двадцать лет, он не работает, живёт за наш («Вообще-то за мой», – подумал Микеле) счёт, и ему ещё телефон покупать? Я куплю ему «Нокиа».

Стефания пожала плечами и вылила в стакан зелёную жидкость, которая, по её мнению, должна была тонизировать, бодрить и дарить её мужу новую энергию для свершений.

– Не, ну серьёзно?! – не унимался Микеле.

Стефания подошла к нему сзади и помассировала плечи.

– Ты какой-то напряжённый, может, давай сделаем совместную медитацию на поток?

Микеле ухмыльнулся. Слово «медитация» было их личным кодовым словом. Даже их первый секс начался с медитации.

Они познакомились на тренинге, куда его затащила бывшая. Бедняжка и не подозревала, что праздное любопытство приведёт к концу отношений с Микеле.

Бывшая сказала, что там какая-то очень классная ведущая и что после её практик на душе становится «божественно хорошо». Они дышали, медитировали, он слушал тибетские чаши, а после тренинга все вместе отправились в местную шриланкийскую забегаловку с обильным буфетом. Он украдкой смотрел, как Стефания накладывает себе рис с лаймом и острые блюда. Микеле обожал рис, обожал лайм, острые блюда, а на следующий день приехал на продолжение тренинга, но уже без своей бывшей. Потом он записался на индивидуальную сессию, на вторую, третью – и вот уже Микеле отправился на выходные в молчаливый ретрит, и хорошо, что молчаливый, ему не пришлось говорить, между ним и Стефанией всё происходило на уровне взглядов, а после ретрита они уже ехали к ней домой, где она показала ему, что такое тантрический секс.

– У меня зум с клиентом. – Микеле поднялся, поцеловал Стефанию в щёку и удалился в свой кабинет.

Он включил «Зум», настраиваясь на разговор о коммерческом предложении, и закрыл глаза, вспоминая советы Стефании. Он представлял, как клиент говорит «да», принимает его предложение и как предоплата приходит на счёт.

Он очень надеялся, что клиент примет предложение. Последние пять коммерческих предложений остались без ответа, а счета никто не отменяет. Микеле любил повторять своему партнёру, что каждый раз, когда он просыпается и ставит ноги на пол, он уже потратил триста евро.

Если бы он остался работать учителем истории в лицее, то вряд ли смог позволить себе тратить такую сумму в день.

Микеле нажал на кнопку «старт» и широко улыбнулся.

– Буонджорно!

Нет такой конфигурации отношений, при которой один страдает, а второй счастлив. Нельзя быть счастливым рядом со страдающим человеком. «Другой делает меня несчастным, а я делаю другого счастливым» – всего лишь иллюзия.

Из подкаста «Метафизика мужского и женского»

6

Андреа сидел в своём просторном офисе нового квартала в Тель-Авиве и разговаривал с друзьями по видеосвязи.

Джованни и Симоне звонили из офисов, Микеле – из гаража, поэтому связь у него постоянно прерывалась.

– Значит, лады, решили? – хлопнул в ладони Андреа. – Едем на Кипр? Только ищем виллу с бассейном, ок?

– А вот я не знаю, поеду ли… – раздался голос Микеле, и на секунду Андреа показалось, что он не расслышал.

– Чего-то я не понял, – произнёс он громко, убрал ногу со стола и поставил телефон ближе. Довольное лицо превратилось в хмурую мину.

– Ну просто Стефания никогда не оставалась с детьми одна, и у неё ретрит. – Микеле, как показалось Андреа, вжал голову в шею.

– Стоп! – выкрикнул Андреа. – Так это только мне кажется странным? Джо, Симо, скажите ему?!

Джованни нетерпеливо потёр лицо. Если бы Андреа не знал его больше чем полжизни, он подумал бы, что у его друга нервный тик: он постоянно трёт лицо.

– Каждый сам решает, – произнёс дипломатично Джованни.

Андреа хлопнул рукой по столу. Дипломатичность Джованни просто бесила.

– Послушай. – Андреа схватил телефон двумя руками