Сами мы не местные... Часть 2 - Стая Диких Чебурашек

Заметил несколько палаток, явно с горячительными напитками. Еды нигде не было, жаль. А есть хотелось просто адски.

Всю дорогу до лагеря, где проходят поединки, я не выпускал руку Михи из своей. Стараясь хоть так поддержать. И плевать на то, как переглядывались между собой отцы. Им вряд ли понять, что сейчас с парнем творится, а я будто через себя сейчас пропускал его напряжение и неуверенность. Плохо. С таким настроем вряд ли что-то толковое выйдет. Попытался его заболтать, но у самого мысли все время вертелись вокруг поединков, посему просто заткнулся, чтоб не ляпнуть лишнего. Мар, чувствуя наше напряжение, тоже примолк, только встревожено поглядывал то на меня, то на Миху. Джинн и мухлик тоже будто взяли тайм-аут и сейчас даже шепотом в голове не напоминали о себе.

Выяснилось, что 'кошачьих' рингов тут два. Видимо, чтобы поединки быстрей проходили. Пока я вертел головой, Фастрид указал Михе на один из рингов. Не знаю, как он определил, какой именно нам нужен. Сколько ни всматривался в парней, которые стояли возле рингов, так и не разобрался как по ним можно понять — кто является их второй ипостасью. Может по нюху? Попробовал истинным зрением глянуть, но и тут ждал облом, магия на площадке была будто приглушена чем-то, даже ауры толком рассмотреть не удавалось.

Миха лихорадочно сжал мою руку, даже косточки затрещали.

— Хвост в лапы, и марш! Жду с победой! — изобразив улыбку, попытался подбодрить его.

Парень нервно хмыкнул, и вдруг рывком притянул меня к себе, впившись в мои губы поцелуем. Затем так же резко отпустил, и не оглядываясь направился к рингам. И что это было? Я покраснел вплоть до ушей, чувствуя спиной насмешливые взгляды папиков. Попыхтев чуть, остановился на том, что пусть парень сначала победит, а потом вернется, и тогда уже я его прибью, пока не стоит ему стучать по башке, там и без меня сейчас будут желающие ему набить морду. Отбросив лишние мысли, постарался подобраться поближе к рингу. Толпа нешуточная собралась, поэтому протискиваться пришлось с трудом, используя Мара вместо тарана. Что удивило — все вели себя довольно тихо, стараясь даже голос не повышать. Хотя, если вспомнить как маялся со своим звериным слухом Миха, когда мы на базары выбирались… Наверное, оборотни самая тихая раса, ибо гиперслух это тоже не ахти как хорошо. Искоса взглянул на Кетиля, младшего отца Михи, и понял, что даже среди оборотней случаются исключения. Тот, не понижая голоса, продолжал спорить уже с Ольвидом, не забывая жестикулировать, и не обращая внимание на недовольство соседей, которых умудрился задеть.

Вблизи выяснилось, что в метрах двух от ринга, тянется еще одна магическая линия, предназначенная служить границей, за которую не допускались зрители. Вот за ней и собирались участники боев. Позади одного столба те, кто тут находится впервые, или в прошлый раз не прошли, возле другого — прошлогодние победители. Их примерно было поровну, насколько понял, выбирались противники методом жеребьевки.

Тем временем парни шустро стали скидывать с себя верхнюю одежду, оставаясь на морозе в одних штанах. Сдурели? Я даже поежился. Холод стоял нешуточный. На мое тихое бухтение, из-за спины раздался лаконичный ответ Фастрида — 'традиция'.

Они тут по традиции решили мне Миху отморозить, что ли? Не уверен, что регенерация может спасти от воспаления легких!

Насколько понял, засчитывается только, если выиграть три раза, значит между ними дважды проигрыш простителен, больше — ни-ни.

Первыми на ринг вышли два парня, примерно одного роста, каждый дотронулся рукой до столба, и не мешкая обратились в двух диких котов. Выяснилось, что в зверином виде они очень различались комплекцией. Один был длинноногий и поджарый, больше напоминающий гепарда, второй же, кисточками на ушах и размерами, больше смахивал на рысь. Только расцветка отличалась от нашей, земной. На соседнем ринге раздался пронзительный звук, почти сразу наш судья тоже поднес к губам рожок, и дал сигнал к началу.

Что тут сказать… Оказалось — я не любитель таких зрелищ. Хотя зрители поддерживали парней подбадривающими выкриками и даже мои отцы принимали в этом участие, я прикрыл глаза, стараясь не смотреть как два зверя рвут зубами и когтями друг друга. Вырванные клочья шерсти то и дело ветром сметало в нашу сторону, а брызги крови даже иногда до толпы долетали. Хоть 'гепард' был быстрей и больше, но места для маневров было маловато, поэтому 'рысь' своей верткостью и резкими отскоками нанес слишком много ран ему, плюс от игл второй как-то легче уклонялся. В итоге — 'гепарда' очухивает целитель, а 'рысь' принимает поздравления, счастливо улыбаясь, с его ранами справляется регенерация.

Никто не пытался играть на публику или цацкаться друг с другом, поэтому еще пару боев прошли в таком же быстром темпе.

Наконец на ринг вышел Миха. Против него встал невзрачный паренек, вот только глаза у того были какие-то цепкие, почему-то, не смотря на показную беспомощность, он вызывал опасения. Вскоре это подтвердилось, противник оказался в звериной ипостаси мощнее и крупнее михиного кошака, плюс лохматый, что попросту не давало ему нанести какой-либо ощутимый вред, ибо шерсть забивалась в пасть, а когти скользили, не добираясь до кожи. Да еще и пару раз михин кошак попросту отвлекался на крики, доносящиеся со стороны зрителей, вместо того, чтобы уклоняться от игл и клыков. Вот и предсказуемый финал боя — проигрыш. Только уже когда парень спустился с ринга, я вспомнил, что нужно дышать. Еле разжал кулаки. Только сейчас ощутил, как Мар успокаивающе поглаживает по плечу, что-то шепча, жаль, из-за шума в ушах ничего разобрать не получилось.

Меня не настолько пугала сама кровь повсюду, к виду которой привык еще на лекциях по трансмутации, а именно агрессия, царившая вокруг. Выкрики толпы, звери, которые так и искали глазами на кого бы кинуться. Благо граница не только не пропускала зрителей ближе к рингу, но и раззадоренных зверей к ним. Как может нравиться такое?

Пока успокаивал себя, прошло еще несколько боев, таких же быстрых и жестоких. Одного парня пришлось чуть ли не с того света целителю вытаскивать, ибо его противник, кажется, оказался помесью бультерьера с крокодилом, а не кошачьим представителем. Вцепившись в горло, и не разжимая пасти, это нечто так и удерживало парня, не забывая когтями разрывать живот противника, откуда уже хлестала кровь. Его никак не выходило отодрать от уже задыхающейся жертвы. Только когда кинули усыпляющее заклятие, с трудом удалось разжать его челюсть.

Я уже раз десять проклял все эти бои, правила и традиции, хотелось попросту плюнуть и уйти, но не брошу же Миху среди этого зверья одного.