Ублюдки и стрелочники (ЛП) - Джун Корали

Или может это произошло сегодня ночью, когда она сказала тост со словами:

― Пора начать все заново.

Мама любила меня, черт, она бы никогда не променяла свою юность на меня, если бы не любила. До свадьбы наша жизнь была похожа на медленный танец, но скоро все изменится, я чувствовала это.

― Вера, тебе не нужно улыбаться весь день. ― Мой новый дедушка сел рядом. Я не ожидала, что он заговорит со мной, здесь для этого были более важные люди. Как он не понимал? Мне нужно была было улыбаться, иначе плакала бы. Я наблюдала за мамой, она улыбалась тому, что Джозеф шептал ей на ухо.

― Я боюсь, что, если не буду улыбаться, завтра все заголовки будут кричать о моей недовольной физиономии, ― пробормотала я, слегка вздохнув. Мне приходилось привыкать к излишнему вниманию к моей персоне. Мой новый дедушка, губернатор Джек Борегар, осмотрел комнату, ― все камеры были направлены на влюбленную пару, ― но остановил свой взгляд, когда увидел несколько камер, направленных на нас. Как опытный политик он быстро обнял меня за плечи.

― Я знаю, что это сложно, мы довольно известная семья, ты скоро привыкнешь. ― Я сопротивлялась желанию громко вздохнуть, для меня адаптироваться, значит плакать в подушку каждую ночь, и тогда да, однозначно привыкну к этому.

Борегары были не просто политиками, их фамилия присутствовала во всех отраслях бизнеса, которые приносят деньги. Мама смогла найти иголку в стоге сена.

― Твоя поддержка и любовь очень помогают твоей маме. Ты переехала в другой штат, помогла спланировать эту свадьбу и надела платье, которое выглядит крайне неудобно. Ты была бы хорошим политиком, потому что тебя не так легко сломать.

― Во всяком случае, не на людях. ― Мои слова вызвали у Джека смешок, он любил отмечать, что я довольно зрелая для своего возраста. У меня не хватило духу сказать ему, что мне пришлось вырасти сразу же в свой день рождения. Мне восемнадцать, но чувствовала себя на все семьдесят. Улыбаясь, я повернулась, чтобы посмотреть на дедушку. Его волосы уже были слегка седыми, а глубокие морщины успели врезаться в бледную кожу. По большей части они располагались возле его рта, отчего создавалось впечатление, будто он провел всю свою жизнь с улыбкой на губах. Его смокинг был идеально выглажен и подходил ему по всем параметрам. Я заметила порез на его подбородке, скорее всего от бритья.

Я еще не встречала никого, кому бы не понравился мой новый дедушка. Хотя мне казалось, что он вел себя так только на публике.

Джек пытался подружиться со мной, даже устроил барбекю, на котором мы обсуждали книги. Он также помог мне попасть в один из лучших здешних университетов.

― Все будет хорошо. Вот бы моя жена прожила дольше и побывала на свадьбе Джозефа, ты бы понравилась ей.

Я медленно выдохнула, думая, что ему ответить. Что сказать при упоминании его жены.

― Я уверена, что она была хорошим человеком и с вами в сердце навсегда, ― произнесла я, нежно сжимая его руку.

Джек погладил меня по плечу перед тем, как снова посмотреть на мою маму и моего нового отчима.

― Ты очень хорошо выглядишь сегодня. ― Мое сердце ушло в пятки, я никогда не умела правильно принимать комплименты. ― Ты всегда умеешь поддержать, и я рад, что ты стала частью моей семьи.

― Я просто хочу, чтобы она была счастлива. ― Эта фраза была заучена в качестве ответа для репортеров о том, что я думала о неожиданной свадьбе и беременности моей мамы. Четыре месяца назад они просто встречались, два месяца назад они уже были помолвлены, а сейчас моя мама вышла замуж за одного из самых известных мужчин всей Калифорнии. Насчет беременности… я нашла тест в мусорном ведре, но мама ничего мне так и не сказала.

― Ты тоже должна быть счастливой. ― Он щелкнул меня по носу. ― Я пойду, мне нужно поговорить с моим другом. Увидимся, Вера. ― Я вдохнула запах его виски и кивнула, будто это была единственная правильная вещь, которую я могла сделать. Потом перевела свой взгляд обратно на маму.

Согласно расписанию, первый танец жениха и невесты состоится только через час, поэтому я могла спрятаться от журналистов в доме, а еще мне нужно было найти какую-нибудь помаду.

Я улыбалась, пока шла мимо сенаторов, дипломатов, генеральных директоров и других важных незнакомых мне людей. Я не росла в этой среде и не знала, с чем мне предстояло столкнуться после маминой свадьбы, но быстро училась.

Вся жизнь политиков проходит на сцене, они не могут даже спокойно сходить в туалет. Джозеф пошел по пятам своего отца, а мама ждала возможности позировать перед камерами. Ее история похожа на историю современной Золушки, которая все же нашла своего принца.

Я схватила стакан воды и пошла через толпу, параллельно делая глотки. Поместье, в котором мама и Джозеф отмечают свадьбу, принадлежала Джеку. Оно было окружено красивыми лужайками и садами. Сам дом был на удивление современным и казался лишним среди виноградных лоз и традиционных ландшафтов. Этот особняк был построен как подарок его второй жене, и они иногда проводили лето здесь. А вообще сам Джек называл это место его «домом престарелых».

Я прошла мимо охраны, они кивнули мне в знак приветствия. Потом зашла в дом и поднялась в спальню, в которой мне предстояло жить, пока мама и Джозеф будут наслаждаться их медовым месяцем в Париже. Чертов Париж. Очевидно, что у Борегаров имелась там квартира с потрясающим видом на город. Единственный раз, когда я была где-то в отпуске, прошел в местном парке, где мы с мамой провели пару дней, ночуя в палатке.

Мои пульсирующие лодыжки ныли, пока я поднималась по ступенькам. По пути потянулась к застежке своего платья и выдохнула с облегчением, когда сняла эту маску счастья с лица.

― Наконец-то, ― выдохнула я до того, как услышала странные звуки, заставившие меня остановиться на последней ступеньке. ― Здесь кто-то есть? ― Это место было только для членов моей семьи ― а таких у нас с мамой не было.

― О, господи, сильнее, ― требовал высокий женский голос. ― Трахни эту киску.

Звук шлепков заполнил весь коридор. Дерьмо, по-моему, источник этого звука находился прямо в моей комнате. Если кто-то занимается сексом на моей кровати, я не буду на ней спать.

Я знала, что мне лучше уйти, любая бы на моем месте ушла бы, но не я. Поэтому положила руку на ручку двери и аккуратно нажала на нее, дверь тихо приоткрылась.

Я ожидала увидеть темную комнату. Мои неудачные попытки заняться сексом с бывшим парнем всегда были в темноте, когда мама работала, и с подушкой, зажатой в зубах, чтобы наши соседи не слышали мои стоны.

Но тут все было по-другому: вся комната была ярко освещена. Казалось, что им абсолютно все равно, что их могут увидеть или услышать, эти двое были потеряны в своих ощущениях.

Напротив того места, где я стояла, висело большое зеркало. В нем можно было увидеть каждое движение двух тел. Я сразу же узнала девушку по отражению ее острых черт лица. Она работала вместе с мамой официанткой. Они были просто знакомыми, иногда делились какими-то сплетнями во время перерыва, но маме нужна была подружка невесты, а Коллин вроде бы была нормальной.

Ее партнер впечатал ее щеку в столешницу, и ее задница была выпячена перед ним. Стоны Коллин были громкими и резкими, что мне казалось, если бы я постояла здесь еще несколько минут, мои барабанные перепонки просто лопнули бы.

Но мой взгляд был прикован к красивой заднице мужчины. Высокий, загорелый, накаченный, с темными волосами и татуировкой в форме черепа, темные глаза которого будто заглядывали мне в самую душу. С каждым новым толчком его задница сжималась.

― Да, дорогая, продолжай, ― простонал мужчина, прежде чем снова врезаться в нее.

― Сильнее, ― требовала она, но если он будет делать это сильнее, то они сломают этот стол. В комнате пахло сексом и страстью, а их одежка была разбросана по всему полу. Я выдохнула, когда увидела, что из зеркала на меня смотрела пара насыщенно глубоких серых глаз. На его лице была легкая щетина. Черты его лица были острыми, а волосы беспорядочно торчали. Казалось, что кто-то уже успел поиграть с ними, и я даже знаю, кто ― Коллин.