Сад блуждающих снов - Анна Рудольф

Очень скоро Чжу Лин приземлился под сводами храма и, не медля, вошел внутрь, оставив грозу позади. Он так и продолжал тащить Мэй на спине. Они миновали несколько богато украшенных залов, в том числе пурпурный, и углубились внутрь горы. Безликие темные коридоры сменяли друг друга, пока не окончились запечатанной каменной дверью.

Чжу Лин уложил Янмэй на пол и сложным движением пальцев вернул ей духовную силу. Обычно этот процесс походил на глоток из родника, но сейчас внутренности Мэй обдало кипятком.

Не обращая внимания на ее крики, Чжу Лин направил ее энергию в центр печати. Из солнечного сплетения Мэй — куда ее ужалил Пожиратель солнца — к двери потянулась белоснежная нить.

Печать пришла в движение, раскрывая зево прохода.

Чжу Лин затащил Мэй внутрь, и ту вдруг ослепил свет. Позже Мэй вспоминала о нем, как неком излучении абсолютно черного цвета. Словно она смотрела прямо на солнце, пропущенное через негатив.

— Моста нет, — голос Чжу Лина немного сместился. — Не двигайся, впереди обрыв!

Она зашарила перед собой руками и наткнулась на сапог заклинателя. Тот отпихнул ее прочь.

— И это сын Императора? — Чжу Лин хмыкнул и достал меч. — Люди действительно…

Перевода последних слов она не знала.

Сноп ярких искр светлячками взмыл под потолок.

Перед Мэй предстал большой рукотворный грот, сплошь покрытый символами, призванными — как она успела тайком изучить — пленять и удерживать темную энергию. В многочисленных нишах покоились артефакты из золота, камня и дерева. Стены грота уходили далеко вниз, так что сделай Чжу Лин еще шаг — простился бы с целыми костями.

Источник черного света находился почти под самым потолком и с каждой минутой становился все более невыносимым.

— Это все? — Чжу Лин встал между ним и скорчившейся на земле Мэй. — Ты еще слабее, чем предыдущий. Полуночная печать сожжет тебя быстрее, чем я закончу.

Он взмахнул мечом, балансируя на крошечном каменном пятачке, приводя воздух в движение. Напитанный духовной силой, тот всколыхнулся и волной покатился к Печати. Странный цветочный аромат любовно огладил лицо Янмэй.

— Опусти меч.

По коридору к ним направлялся Шэн Юэлин.

— С твоей раной рискнул прийти в сердце горы? — Чжу Лин издевательски растянул губы. — Думаешь, сможешь сражаться?

Шэн Юэлин направил на него клинок.

— Я не дам тебе забрать ни Печать, ни сына Императора.

Мэй не могла понять, о каком сыне шла речь.

— Госпожа Ю, — окликнул ее заклинатель, — выйдите из Хранилища и покиньте гору. Снаружи вас встретят…

Его прервал хохот Чжу Лина.

— А ты мастер ловить рыбу в мутной воде¹! Только вместо карпа рискуешь вытянуть сома.

¹(воспользоваться суматохой для получения выгоды (идиома), 混水摸鱼)

Он без предупреждения ринулся в атаку. Закаленные мечи скрестились с режущим звоном.

Мэй отползала от греха подальше, пока обезумевшие заклинатели не прирезали ее в пылу битвы. Выход оказался перекрыт, и ей оставалось только пробираться вдоль стены по узкому выступу, пока ее нога внезапно не провалилась в пустоту… и уперлась в ступеньку.

Мэй проглотила тошнотворный ком, миг назад подкатившийся к горлу, и недоверчиво прищурилась в темноту: лестница ей не привиделась. Она закручивалась вдоль стен пологой спиралью.

От черного света невыносимо раскалывалась голова, так что Мэй хотелось биться о стену, пока ее мозги не превратятся в кашу. Лишь бы избавиться от боли!

Внезапно темноту распорола вспышка белого света, за которой последовал вопль: Чжу Лин висел в воздухе, связанный духовной энергией Шэн Юэлина. Его меч валялся у ног победителя.

— Убьешь себя ради него? — рассмеялся пленник. — Давай! Окажи Владыке эту услугу.

Шэн Юэлин в ответ выплюнул что-то неразборчиво и сотворил демоническую печать.

Мэй доводилось только слышать о них от учеников. Тем было любопытно повозиться с великовозрастной дурочкой-попаданкой, поэтому они подробно объясняли некоторые особенности заклинательства. Высокой степенью мастерства считалось создание заклинаний, изгонявших демонов. Разумеется, этих тварей можно было просто-напросто наколоть на «святой» меч, однако, бывали случаи, когда демоны вселялись в живых людей, и тогда приходилось выбирать: убийство или опасный ритуал.

По мере активации печати меридианы Чжу Лина словно наполнялись огнем. Он пытался избавиться от духовных пут, орал что-то о вечных страданиях и демонах, затем на особо высокой ноте обмяк, потеряв сознание.

Шэн Юэлин опустил его на землю, а затем покачнулся.

— Обрыв! — закричала Мэй на родном языке.

Юэлин, нелепо взмахнув рукавами, обрушился в пропасть.

Она тут же поползла вниз, молясь, чтобы лестница внезапно не отправила ее в такой же полет. Снизу не доносилось ни звука, только слабое постукивание, и время от времени мерцал тусклый огонек.

Свет, сотворенный Чжу Лином, погас, оставив Мэй в непроглядной темноте под градом черного излучения, которое, казалось, заживо варило ей мозги.

Благословенно-ледяной пол встретил ее внезапно — она была уверена, что не преодолела и половины пути.

— Достопочтенный! — отчаянно позвала она. — Шэн Юэлин?

Сбоку мигнула очередная искорка, и Мэй кинулась к ней.

Он неподвижно лежал на камнях и пытался исцелиться теми крохами духовной силы, что остались после экзорцизма.

В темноте Мэй наткнулась на его грудь и щеку, едва не выколов пальцем глаз.

— Госпоже Ю следовало, — его речь звучала неразборчиво, и Мэй с трудом угадывала смысл, — звать на помощь. Прошу вас… не говорить о том, что… вы… видели. Чжу… Лин…

Паузы становились все длиннее.

— Я могу передать вам духовную силу! — воскликнула Мэй.

— Нет. Не… нужно.

Шэн Юэлин пошевелился, но как-то неправильно, однобоко — она почувствовала это, потому что держала его за плечи. И слова звучали так, словно он не мог нормально открыть рот.

Еще одна искорка осветила его перекошенное лицо.

Мэй вспомнила весь русский мат, какой только знала:

— У тебя инсульт, упрямый ты кусок… идиота!

Она неделями наблюдала за другими учениками: их поведением, привычками, учебой, тренировками. Девушки, жившие неподалеку от ее каморки, объясняли ей механизм передачи энергии, мотивируясь тем, что если "Чхунде"² поймет их объяснения и передаст им хоть каплю, то они точно справятся на практике. Способ оказался действенным, его им корысти ради подсказала сама Мэй.

²(蠢的 (chun de) глупый, бестолковый; кит.)

Первое, что нужно было сделать, это вытянуть из себя духовную силу, что было возможно в состоянии полного покоя. Янмэй определенно находилась вне этого состояния. Ученикам в таком случае помогала медитация, но какая, к черту, медитация, когда этот самовлюбленный монах умирал на ее