Сад блуждающих снов - Анна Рудольф

Посторонний шум снаружи заставил обоих повернуться к дверям.

— Шэн…

Он вскинул ладонь, требуя молчания.

По бамбуковому настилу мерно постукивала дробь, будто сыпались сотни костяных бусин. Мэй отступила, ненароком наткнувшись на ширму, и та с грохотом повалилась на пол.

Шэн Юэлин тут же обратил на нее пронзительный укоряющий взгляд.

— Беги, — только успел произнести он, как бамбуковая дверь сломалась, смявшись подобно рисовой бумаге.

В проходе замерла окровавленная человеческая фигура в одеянии ордена. Мэй узнала в ней одного из старших учеников, которых часто видела тренирующимся на пике Ю И.

Его лицо без единой кровинки было обезображено непонятными наростами, челюсть отпала, а изо рта вываливался распухший розовый язык. Выпученные глаза слепо таращились на Шэн Юэлина и Янмэй. Но ужаснее всего был не его вид, а длинный хитиновый хвост, который выглядывал из-под ханьфу.

У Мэй вырвалась крепкая брань.

Существо тут же сфокусировалось на ней, и из его лица на месте наростов прорвались черные извивающиеся щупы.

— Пожиратель солнца, — неверяще произнес Шэн Юэлин, затем выхватил меч и крикнул: — Беги, Ю Янмэй!

Глава 6. Пожиратель солнца

Существо, захватившее адепта, кинулось на Мэй. Как бы она не металась по небольшому домику, оно безошибочно разворачивало в ее сторону отвратительные отростки, и даже меч Шэн Юэлина не стал ему серьезной помехой.

Улучив момент, заклинатель приблизился к твари со спины, но гибкий хитиновый хвост едва не проткнул его насквозь, превратив плечо в кровавое месиво. Взамен Шэн Юэлин лишил его руки по локоть. Однако, существо все равно двигалось неуловимо быстро. Его не беспокоили раны: на их месте появлялись новые хитиновые наросты. Тварь словно крепла от каждого увечья и совсем не чувствовала боли.

Загнав Мэй в угол, она без промедления потянулась к ней сломанными пальцами, и в тот же миг мощная духовная сила швырнула их обоих в стену. От удара у Мэй все померкло перед глазами. Кровь гремела в ушах, заглушая все звуки, кроме бешеного стука собственного сердца.

Первой ее мыслью стало то, что Шэн Юэлин, наконец, атаковал монстра своей магией, но энергия, что обливала ее могильным холодом, отличалась от той, что задела ее на лестнице.

Слепо ощупывая пол под собой, Мэй почему-то зарылась пальцами в землю и щепки, которые вонзились под ногти. Она взвизгнула и услышала только вибрацию своего голоса, но не сам звук. Внезапно в ее солнечное сплетение вонзилось нечто острое и извивающееся немыслимым образом. Оно шарило внутри, разрывало внутренности и задевало нервы, по которым разлетались безумные вспышки боли. В тот момент Мэй мечтала умереть, лишь бы прекратилась пытка.

Раздался пробирающий до костей хруст, и Мэй прозрела. Мир безжалостно обрушился на нее вместе с проливным дождем. Скосив глаза, она увидела отрубленную голову поглощенного монстром ученика, изо рта которого тянулся увенчанный черным жалом окровавленный отросток.

Рядом валялся меч с испачканной лазурной кисточкой. Дождь звенел на лезвии и смывал кровь с выбитых на нем иероглифов.

«Фэн Хуа"¹, — узнала Мэй. — "Меч Шэн Юэлина».

¹(风花 feng hua, ветер и цветы; часть фразы 风花雪月 — романтические обьекты)

Кто-то громко орал на китайском. Среди потока брани промелькнуло ее имя.

Над ней, укрыв от дождя порванным рукавом, склонился Чжу Лин, красный и тяжело дышащий после схватки.

— Шэн Юэлин, — выдохнула Мэй, с трудом удерживая фокус на вытянувшемся от изумления лице заклинателя.

Чжу Лин бросил короткий взгляд в сторону и тихо произнес:

— Дагэ² в порядке. Не двигайся. Яд очень силен.

²(大哥 da ge, старший брат, не всегда по крови, но по духу; вежливое обращение к мужчине)

Он добавил что-то еще, только знаний Мэй не хватило, чтобы его понять.

— Мне не больно, — отозвалась она, чем заставила Чжу Лина помрачнеть сильнее.

— Глава Шэн! — с поклоном позвал он, и брань прекратилась. — Ю Янмэй нужен господин Ван.

Небо вспыхнуло ветвистой молнией.

— Отойди прочь, — приказал Шэн Цзиншэнь. Его щеку пересекал неглубокий порез. — Я замкну контур.

Чжу Лин беспрекословно повиновался, однако, краткое промедление не прошло для Главы незамеченным.

Мэй тронула рану на груди самыми кончиками пальцев. Ее ханьфу оказалось разорвано, а на месте, куда вонзилось жало, отчетливо ощущался небольшой прокол. Она должна была уже захлебываться кровью, но почему-то не чувствовала даже боли, только противное покалывающее онемение.

— Она способна двигаться! — воскликнул один из из учителей.

Мэй заставила себя не думать о монстре. Вместо этого она прищурилась на странное небо — слишком странное даже для летающих на мечах монахов. Оно трескалось, будто яичная скорлупа, отливая лазурью на месте расколов.

— Барьер над горой вот-вот исчезнет! — закричал кто-то. — Отправьте старших учеников на защиту хранилища!

— Благословение Тянь Гуана убережет его, — произнес Шэн Цзиншэнь и вновь обратил взор на Янмэй, которая, наконец, смогла сесть. — Немедленно заприте чужестранку под горой Цзин Ю в духовном круге.

Двое заклинателей шагнули к ней, чтобы исполнить приказ, но Шэн Юэлин преградил им дорогу. Он был мертвенно-бледен, дождь смывал с его губ и подбородка кровь, которой казалось слишком много. Шэн Юэлин едва стоял на ногах, однако, заклинатели тут же отступили, почтительно склонив головы.

— Глава, духовный круг находится в источнике энергии Ян, — быстро заговорил он. — Ю Янмэй может потерять золотое ядро.

Шэн Цзиншэнь развернулся к нему. На мгновение показалось, что он ударит племянника.

— Ты смеешь перечить мне после того, что случилось? Пожиратель солнца убил наставника Мин Фу и восемнадцать учеников, еще троих превратил в марионеток! И все, чтобы добраться до нее, — его палец уперся в Мэй. С минуту царило молчание, нарушаемое лишь раскатами грома и шумом дождя. — Следовало поступить с ней так, как орден Му Цзин У с незваным чужаком.

Шэн Юэлин стиснул кулаки — меч рядом с Янмэй шевельнулся сам собой — и метнул короткий взгляд на виновато кривящегося Чжу Лина.

— Ученик разделяет скорбь Главы, — произнес он, склонившись перед ним в глубоком поклоне, и упрямо продолжил: — однако, по-прежнему просит о снисхождении.

Во все стороны разлетелись сухие шепотки — безупречный Шэн Юэлин открыто заступался за демоническое отродье без веской причины.

Глава Шэн заложил руки за спину. Его лицо избороздили глубокие морщины, в раз состарившие его на четверть века.

— Девушку доставьте в Пурпурныйпурпурный/фиолетовый в китайской системе цветов означает благородство и восхождение к бессмертию павильон Тянь Гуана и перекройте ее духовные силы, пусть лекарь Ван осмотрит ее раны, — распорядился он, глядя прямо на племянника. — Разошлите весть о нападении Императору и в дружественные ордена, затем