Хозяйка таверны 'У Мило' - Екатерина Стрелецкая

Слуга тут же получил пинок в голень и испепеляющий взгляд от Липы, а я тихо сползла по стенке, давясь от хохота. Очень уж уморительно выглядели все трое, а резюме чёртика окончательно меня добило.

Потирая пострадавшую ногу, Савáн выхлестнул хвостом в сторону, и перед моим носом оказалась тарелка с четвертинкой пирога:

— Ой, а мы же вам тоже кусочек оставили. Большой.

— Спасибо. Значит, так: доедаете, умываетесь, а потом Савáн и Липа отправляются отдыхать, а мы с Венечкой занимаемся приготовлением ужина. Вопросы есть?

Услышав единогласное «нет», я улыбнулась и пошла к чайнику: не всухомятку же вишнёвый пирог уминать. Кстати, кулинарное мастерство Липы заслужило высокой оценки: тесто оказалось воздушным и в меру сладким, а начинка сохранила природную кислинку. Но больше всего меня порадовало, как мои работники быстро нашли общий язык с новенькой. Раз сумели договориться за моей спиной, как обернуть в свою пользу отсутствие меня на первом этаже, значит, сработаются и в остальном. Что ни говори, а атмосфера в коллективе имеет большое значение.

В итоге весь вечер до самого закрытия мы отработали впятером слаженно, даже сказала бы, что на одной волне, своевременно подстраховывая друг друга на кухне и в зале. Гарай с интересом наблюдал за нашими перемещениями, но сразу после ужина ушёл к себе. Первое время я беспокоилась, как бы ни задумал чего, особенно после нашего разговора у лестницы, а потом работа быстро вытеснила все мысли, заставив переключиться на посетителей. И всё-таки решение взять Липу на работу было верным: несмотря на усталость, желания умереть до утра не возникло. Да и Савáн с Венечкой выглядели намного бодрее перед тем, как отправиться спать, чем в последние дни. Предвкушая горячий душ, а затем мягкую кроватку, которая явно соскучилась по мне за весь день, я закрыла за Грассом дверь и поняла, что мечты об отдыхе придётся если не отложить на неопределённое время, то несколько переиначить, так как ощутила присутствие Гарая.

— Тоже никогда не отступаешь от задуманного?

Глава 61. Свидание

— В самое яблочко! — подтвердил мужчина, а смачный хруст, прорезавший ночную тишину, вызвал у меня широкую улыбку. Вот же искуситель! Обернувшись, я увидела, что этот демон действительно стоит и методично уничтожает спелый красно-жёлтый плод. Причём делал он это так соблазнительно, что у меня рот моментально наполнился слюной, хотя совсем недавно перекусывала, забегая в очередной раз на кухню. Уничтожив яблоко всего за несколько укусов, Гарай сжал в кулаке крошечный огрызок со смешным хвостиком, а когда выпрямил пальцы, то от него не осталось ни малейшего следа.

— Прогуляемся?

— Ты шутишь? Я с ног валюсь.

— Хотя бы до ближайшей поляны, тут недалеко идти. Обещаю, ты не пожалеешь, а если силы тебя окончательно покинули, то отнесу на руках, — Гарай кивнул в сторону окна и протянул вперёд ладонь.

Ох. А ведь он действительно способен дошагать со мной не только до леса, но боюсь, что до самого Перекрёстка, и даже дыхание не сбить.

— Ладно. Только ненадолго, а то утром вставать рано. Дай только сперва переоденусь.

— Как пожелаешь, Милó! — Гарай быстро переместился ко мне и предложил полусогнутую руку.

Сказала бы я ему, чего желаю, так ведь поймёт правильно, и тогда точно не видать мне сна до самого рассвета как собственных ушей. Подведя меня к дверям спальни, Гарай шепнул, что будет с нетерпением ждать, и растворился во мраке. Поначалу я действительно намеревалась просто переодеться, но в итоге женское начало восстало из небытия и затащило меня в душ. А потом ещё выбрало платьишко посимпатичнее, новое бельё, капроновые чулки с ажурной резинкой и прихватило сумочку и классические туфельки с ремешками вокруг щиколоток. Как же вовремя я всё-таки отправила Савáна в земную аптеку!

Едва я вышла в коридор, как тут же была подхвачена шагнувшим из темноты Гараем под локоток и препровождена до крыльца. Вот только ступить на землю мне не дали, тут же подхватив на руки.

— Эй, я могу дойти сама! Я не настолько ещё разваливаюсь! — прошипела я довольному мужчине на ухо.

— Можешь. Но зачем?

Мысленно обозвав Гарая наглецом и деспотом, я обхватила его руками за шею, тихо млея от лёгкого ветерка. Как же всё-таки приятно, когда тебя несёт на руках сильный мужчина! Последний раз подобное удовольствие я испытывала в детстве, когда случайно уснула в гостях, а папа, чтобы не будить, решил по-тихому переместить меня в машину.

Не прошло и пяти минут, как мы с Гараем оказались на небольшой полянке, посреди которой было вместо пледа было расстелено одно из тех покрывал, которым застилались кровати в комнатах постояльцев. Опустив меня на него, мужчина присел рядом и придвинул плетёную из веток миску, заполненную доверху спелыми вишнями. Мысль о том, что кое-кто после ужина на самом деле не удалился в свою комнату, а отправился в лес обдирать дикие вишни, грела душу. Так за мной ещё ни разу в жизни не ухаживали. Я потянула за черешок самую верхнюю вишенку и с наслаждением втянула её в рот.

— Не жалеешь, что согласилась прогуляться?

— Нет.

Гарай подцепил сразу два плода, сросшиеся верхушками плодоножек:

— Вот такие есть гораздо удобнее: сразу больше мякоти попадает в рот.

Я прищурилась, а затем отделила ногтём косточку от черешка:

— Зато вот такие интереснее.

— Это как? — Гарай перекатился набок, подставив под голову согнутую в локте руку.

Изобразив загадочную полуулыбку, я втянула зелёный хвостик целиком в рот, сделала несколько движений языком, а затем продемонстрировала завязанный в узелок черешок.

Глаза Гарая алчно сверкнули.

— Жаль, абрикосов или персиков тут нет.

На этот раз настал мой черёд удивлённо приподнимать бровь

— Я бы показал, как без рук вынимаю из них косточки.

— А целоваться на помидорах учился?

Как от нашего хохота не попадали вороны с деревьев — не знаю, но думаю, что дух леса точно унёсся багровым ветром на самый дальний край своих владений.

Гарай быстро перетёк из положения лёжа, оказавшись сидящим передо мной на коленях. Выудив ещё одну вишенку, он провёл ею по моим губам, а затем, как только она оказалась прикушена, легонько дёрнул, обрывая черешок, и зацокал удручённо языком:

— Какая непростительная