Янтарь и Лазурит - Чайный Лис

не издать ни звука. Когда она выпрямлялась, Рури всё-таки соскользнул и полетел на пол. Глаза Кохаку расширились, а сердце ушло в пятки, она дёрнулась и выпрямила руку, пытаясь ухватить маленького дракона, но тот стремительно летел вниз, виляя между цепями. Прямо над полом Кохаку успела ухватить его за хвост, пока он не ударился носом, и застыла на одной ноге: одно неверное движение — и она заденет цепи и разбудит стражника. Медленно-медленно, она потянула Рури наверх, напряжённое драконье тело вихлялось из стороны в сторону — бедняга напрягся, зажмурился и старался не шевелиться. Как только он оказался над цепями, Кохаку наконец-то встала на обе ноги и тихо выдохнула от облегчения. Стражник продолжал похрапывать, а она, держа Рури на ладони, дальше пошла на цыпочках в глубину.

Как только она завернула за угол, то не смогла удержаться и после недолгих раздумий всё-таки зажгла одинокий кицунэби. Маленький рыжеватый огонёк парил в воздухе возле хозяйки, лаская её кожу своим теплом и слабым свечением, едва касаясь старинных свитков, но этого было достаточно. Незачем привлекать к себе внимание.

Чем дальше она продвигалась, тем стариннее становились свитки — ветхие, потрёпанные, они были аккуратно сложены на полках. Для каких-то даже соорудили своеобразную решётку, напоминающую тюрьму, только не для людей, а для учёных трудов. Кохаку не видела ничего подобного: она никогда раньше не бывала в запретной части, а наверху никто не пытался запереть несчастные свитки. Она вытянула свободную руку и попробовала потянуть решётку на себя, но та не поддалась, зато спокойно сидящий Рури зашевелился, обволок её пальцы, словно змея, и с лёгкостью скользнул между прутьями.

— Нуна, что искать? — шёпотом поинтересовался он.

— Любое упоминание аккымов, Хунсюя и… Чигусы, — она не сдержалась и всё-таки назвала их родину, хотя аккымы сейчас были куда важнее. — Смотри за решётками, я проверю остальное.

Она оставила рядом с ним кицунэби, но внутрь не пустила, чтобы случайно не поджёг старинные труды. Тот летал рядом с Рури с внешней стороны решётки, а для себя Кохаку зажгла второй и пошла вдоль шкафов. Осторожно она раскрывала свитки, старалась не шуршать и не порвать старинную бумагу, пробегалась взглядом и выискивала три слова — аккым, Хунсюй и Чигуса, но на глаза не попадалось ничего.

Встречались одни философские размышления: насколько важна семья и почему необходимо почитать старших, также тексты про природу. Кохаку не понимала, зачем это всё строго охранялось, что сюда даже никого не пускали. Лишь в одном свитке в дальнем углу она хотя бы вычитала про морскую нечисть: душа утопленника зазывала к себе заблудившихся путников и тянула их на дно, пока его не поймали, но аккымами по-прежнему не пахло. Может, хотя бы Рури повезло больше.

По ощущениям Кохаку, они провели здесь всю ночь и скоро должно было светать, поэтому она вернулась к шкафам с решётками. По светящемуся кицунэби сразу определила местоположение Рури, наклонилась к пыльным прутьям и шепнула:

— Нашёл что-нибудь?

Дракон посмотрел на неё и покачал головой, взгляд его наполнился сожалением.

Вдалеке что-то упало с громким «дзинь». Кохаку напряглась и застыла на месте, холодок пробежался по спине, оба кицунэби мгновенно погасли. Комната погрузилась в кромешную тьму без окон, а единственный выход — миновать проснувшегося стражника. Вновь послышался скрежет металла: должно быть, стражник во сне толкнул оружие и уронил, а теперь проснулся от грохота.

Не двигаясь с места, Кохаку вытянула руку к решётке и подставила Рури ладонь, чтобы он смог залезть на неё. Одними губами она сказала «лезь», но он не видел её в темноте.

«Не подходи сюда, не подходи сюда», — только и вертелось в голове Кохаку, однако произошло нечто худшее — послышались шаги второго человека. Кто-то спускался сверху.

— Что-то случилось?

— Прошу прощения, генерал Ю, я случайно задел копьё.

Кохаку сглотнула. Как только Рури всё-таки заполз на её руку, вместе с ним она прокралась в самый дальний угол и затаилась. Не хватало ещё попасться на глаза генералу Ю.

— Спал на посту?

— Прошу простить этого недотёпу, генерал Ю, такого больше не повторится! — голос стражника прозвучал уже энергичнее.

— Никого здесь не было?

— Никак нет, генерал.

Кохаку подняла Рури, чуть отодвинула ткань сокчоксам* и спрятала дракона под одеждой. От осознания, что он оказался у неё на груди, она вспыхнула, к щекам прилил неуместный сейчас жар. В отличие от верхнего чогори, ткани сокчоксам не заходили друг на друга и всего лишь застёгивались на пуговку, поэтому на этот раз Рури сидел не между слоями, а на её горячей коже.

* Сокчоксам (кор. 속적삼) — короткая кофта, используется в качестве нижнего белья, защищает верхнюю одежду от грязи и пота.

Похоже, он тоже смутился и осторожно передвинул своими маленькими лапками к её руке, где медленно сполз до локтя и замер, пока Кохаку зажимала рот и нос рукой и старалась не засмеяться от щекотных прикосновений.

Звук шагов приближался, и Кохаку уже не дышала. В коридоре показался силуэт Ю Сынвона, пока она зажималась в углу, надеясь остаться незаметной. Он обернулся и решительно заявил:

— Я осмотрюсь.

К счастью, стражник остался на посту, а вот генерал прошёлся вдоль полок со старинными свитками и задержался у одного из шкафов. Глаза Кохаку уже привыкли к темноте, поэтому она видела, куда он направлялся, и надеялась, что он только спустился из освещённой комнаты и ничего тут не замечал. Генерал дошёл до конца коридора, развернулся и сделал шаг обратно. В душе Кохаку уже ликовала и еле сдержалась, чтобы не выдохнуть с шумом от облегчения, как вдруг с губ генерала сорвалось:

— Ни одной сбежавшей принцессы.

Он произнёс это достаточно тихо, чтобы расслышали лишь Кохаку и Рури.

— Что вы говорите, генерал? — послышался голос стражника.

— Ничего, размышления вслух, — насмешливо ответил Ю Сынвон, его золотистые глаза смотрели прямо на Кохаку. Неторопливой походкой он миновал шкафы и скрылся за поворотом, откуда донеслись его слова: — Принеси мне воды.

— Сию минуту, генерал.

Кохаку услышала, как стражник быстро затопал и поднялся по лестнице — Ю Сынвон помогал ей. На всякий случай она решила издавать как можно меньше шума, поэтому на цыпочках прокралась через подвал со свитками и заглянула за угол: стражник ушёл за водой, поэтому проход никто не охранял. Кохаку бесшумно прошла через подвал и шустро взобралась по ступенькам. Ближе к верху, она замедлилась и осмотрелась по сторонам, но так никого и не заметила. Она переступила последнюю и уже собралась прошмыгнуть через верхнюю библиотеку, в которой горел один-единственный фонарь, как