Под пеплом вулкана. Остров драконов - Юлия Вар

Драконья морда испустила смешок.

– Что с того?

– Не знаю, это ты мне скажи. Ты же показал мне тот сон.

– Я лишь раб богов. – Полудракон указал на весы. – Уравновесь.

– Чем?

Вопрос остался без ответа. Девушка сгребла в ладонь пепел и, скатав его в шарик, положила в пустующую чашу. Весы оставались неподвижными. Она добавила ещё шарик. Третий, четвертый. Под разочарованным взглядом химеры Тесса потянула весы за цепочку, чтобы проверить, возможно ли вообще сдвинуть рычаг. Сколько бы сил она не прикладывала, у неё не получалось, словно детская кисть на перевесившей чаше была тяжелее горы.

– Здесь нет того, что могло бы перевесить эту ручонку, – оглядевшись, девушка признала поражение. – Чья она?

– Твоя, – вместе с пламенем извергся ответ чудовища и вытолкнул Тессу из сна.

Вернувшись в реальность, она посмотрела на свои ладони. Обе были невредимы и переходили в предплечье, как у обычных людей. Она не калека, и на весах не её кисть. Химера соврала. Но зачем? А может, всё это тревоги в обличье кошмаров. Чем сильнее маг, тем чаще и ярче его сны… Тем ближе он к безумию.

– Чего ждете, – голос Таш отогнал мысли, – займитесь волосами госпожи.

Каламистры с усердием набросились на невесту. Под надзором старшей прислужницы они помогали госпоже расслабиться и получить наслаждение: половина их заботливо собирали локоны в замысловатую прическу, а другие ласково умащивали кожу дорогими маслами. Никто уже не сомневался, что Тесса станет женой принца, и каждый старался ей угодить.

Девушка прикрыла веки. Перед глазами в свете луны возник Аларих. Талия вспомнила тепло его рук, сердце ни с того ни с сего смущенно забилось. Внутри будто бы упал тяжелый камешек.

Чем был их танец? Слишком нежно для угрозы и слишком холодно для любовной игры. Она назвала его палачом, а он сказал, что у неё на глазах шоры. Разве она не права? Его путь вымощен трупами: он убил старших братьев, задушил жену и отрубил голову дракону Бэлриха. Он – смерть, а ей милее жизнь. Но Унрих, восстав против отца, первым поднял знамя войны. Посему Аларих – защитник, а брат его – нападающий. Если же Зейрих – жертва, то только своей самонадеянности. И снова Аларих оборонялся. Что до прочих зверств принца, то про большинство из них Тесса услышала из чужих уст. Факты без причин и предпосылок можно крутить, как игральную кость, выставляя на публику удобной стороной.

Девушка укорила себя за мимолетную слабость. Она не должна оправдывать жестокого и опасного для неё и её будущего супруга человека. Надо разгадать его желания, мотивы, слабости; «выучить движения танца» только затем, чтобы кружить и не задевать черной фигуры, пока та сама не упадет от буйной пляски.

– Часть дня вы проведете в галерее, – говорила невесте Таш, с важностью задрав подбородок перед прислужницами. – Неделя дождей прошла, но на всякий случай до вечера вас укроет крыша. Вопросы по поводу отбора задавайте мне.

– А где Кия? Это же её задача.

Не удосужившись ответить, Таш приторно улыбнулась. За дверью раздался грохот, и следом прислужники приволокли в покои золотой сундук. Все замерли, когда вошла императрица Сигила со свитой. Вальяжной походкой, словно сытая кобра, она сделала круг по комнате и небрежным жестом позволила прилипшим к полу слугам подняться.

– Ты довольна своими покоями? – спросила императрица.

– Несказанно, – Тесса почтительно кивнула. – Благодарю вас.

– Не стоит. Это желание принца Зейриха. Он не приемлет дурных условий для своих избранниц.

Девушка припомнила, что императрица лично распорядилась, чтобы её переселили. Или принц ничего не делает без помощи матери, или она лукавит.

– Сядь, дорогая, позволь каламистрам закончить с твоей прической. – Из ласкового голос Сигилы перетек в надменный, когда она обратилась к Таш. – Ты. Открой.

Старшая прислужница подняла тяжёлую крышку сундука и достала великолепное красное платье. Затейливая вышивка украшала ленты, скрещенные на груди, а белые жемчужины оплетали рукава и пояс.

– А вот мой подарок, – произнесла Сигила. Тесса с восторгом провела пальцами по бархатной ткани. – Платье, достойное императрицы, и украшение к наряду.

Ювелир поднес подушку, на которой покоилась диадема из жемчуга и рубинов, нанизанных на переплетение лавровых веточек из серебра. Рядом лежали серьги-кисти, похожие на те, что любит носить сама императрица.

– Благодарю, ваше величество, – степенно произнесла Тесса, старательно не показывая детскую радость, распирающую её изнутри. Теперь она будет владеть этими красивыми вещами, носить их на себе!

– Надень всё сейчас. Вместе прогуляемся до галереи.

Прислужницы торопливо нарядили девушку, вплели красной лентой диадему в прическу. Из зеркала на Тессу смотрела новая она – гордая аристократка из Эраха, даже больше, императрица.

Скользнув оценивающим взглядом по фигуре невесты, Сигила произнесла:

– Прекрасна, как богиня Палла.

Тесса скованно шествовала по коридору рука об руку с величественной женщиной, а свита держалась от них на почтительном расстоянии. Золотые серьги-диски Сигилы ритмично покачивались от импульса плавной походки. Серьги невесты, невероятно похожие, повторяли движения, щекоча ключицы.

– На первом смотре я сразу поняла, что субаи, боги судьбы, предначертали тебе стать императрицей.

Девушка смущенно опустила ресницы. Гордыню подпитывали сладкие речи. И отчасти догадываясь, что это приманка, Тесса с удовольствием вкушала её.

– Сперва сложно привыкнуть к той огромной ответственности, что мы, жёны великих мужей, принимаем тяжёлой ношей, – продолжила Сигила. – Сила предельно важна для правителя, поэтому мы не можем позволить себе быть его слабостью. Мы – его сила. Понимаешь?

– Да, ваше величество.

– Радует. Я усвоила эту истину быстро. Когда император Ардалих ещё был принцем, я поддерживала его в борьбе, вдохновляла, убеждала, что перед ним нет преград, кроме отмеренного Мориотером. Когда он спросил, что я хочу в свадебный дар, я потребовала снятые с плеч головы его врагов, и он преподнес мне их.

В голосе императрицы проступала равнодушная ностальгия, а в полуулыбке самовлюблённое торжество. Невесту передёрнуло от идеи вдохновлять мужа на кровожадные поступки.

– Увы, дни моего мужа близятся к закату, – наигранно вздохнула Сигила. – Наступает время Зейриха. Среди всех сыновей Ардалиха именно в нём есть необходимый правителю стержень. Будь его силой, Тесса, не ставь перед ним преград, и он вознесёт и себя и тебя.

– Я понимаю, – вслух согласилась девушка, а мысленно нашла, чем могла бы возразить.

– Зейрих поделился со мной, что ты взяла с него обещание не заводить новых жён.

– Так и есть. Если вы подводили к этому, то я не считаю обещание преградой. Я в состоянии родить ему множество наследников.

– Прекрасное рвение, – с каплей раздражения сказала императрица. – Понимаю, что движет тобой. В Лоххии не принято многоженство. У