Хвост Греры 2 - Вероника Мелан

Ему нравилось все: и вино, и будущая широкая улыбка на лице, когда Дина узнает новости, и мысль о чудесном белом коне, возникшем на шахматной доске. Не коне даже, иномирском единороге.

Дрейк смаковал вино и ощущал на языке солнечный свет, впитавшийся в виноградины, ласковый ветер, летающий над долиной, красивый закат, созерцающий ровные ряды лоз. Когда он сделал последний глоток и открыл глаза, Карры рядом уже не было.

Отличного он все-таки выбрал руководителя для СЕ. А тот выбрал отличную женщину, сумевшую договориться с Грерами… Иногда ходы судьбы совершенно непредсказуемы, но оттого не менее потрясающи.

Спустя несколько минут Дрейк с балкона вел мысленный диалог с Джоном.

«Нет, ты можешь себе представить Квазаровый всплеск? Я ведь думал об этом излучении, я даже понял, что оно могло бы сработать, но не успел продумать, каким образом облучить Цетриу с изнанки…»

«Не подскажешь, какого черта я сижу на СЕ?»

«Ты там сидишь, потому что Лиаму нужна передышка».

«Спать он собрался? Или любовью заниматься?»

«Даже если так. Нет, ты представляешь? Квазаровый всплеск… И ведь они действительно могут соткать Периметр со стороны изнанки. Гениально!»

«Я здесь на два часа?»

«На два».

Тишина в голове. Сиблинг тяжесть и мрачность СЕ никогда не любил. Но признал с восхищением.

«Гениально, согласен».

Дрейк улыбнулся и налил себе еще.

* * *

Уровень 14. Нордейл

Лиам

(Maejor, Yashua, Jeon – Nirvana)

Он предупреждал ее когда-то, что между ними всегда будет жажда. Теперь ощущал потребность в нем, в Лиаме, со стороны Кейны тягучей вкусной нитью – она ждала его, она хотела его, ей «не хватило». Ему не хватило тоже. Жесточайшим образом.

Координаты ее кольца угадывались на улице Вилсона, Кейна по какой-то причине пока не ушла за край Уровня продолжать тренировки.

«Жажда».

Странно было наблюдать пустые улицы, освещенные косыми лучами заката. Ни движения, ни души; часть машин припаркована нормально, по обочинам, часть брошена прямо на дороге. Когда Дрейк ужесточил «зов» нового Комиссионного кода, люди стали покидать транспортные средства, не доехав до точки следования. На остановке стоял с открытыми дверями автобус. Хорошо хоть двигатель выключен.

Карра размял плечи, на ходу зарастил дыру в форме.

«Ты хочешь, чтобы я вернул твой фон назад? Избавил тебя от последствий вмешательства?»

Он не хотел. Что-то было в нем новом удивительно привлекательное, хотя Лиам еще не идентифицировал качество и количество многозначительных перемен. Он слышал, однако, весь город сразу, ощущал его частью себя. Где-то в трех кварталах отсюда шевелилась на кровати старушка – к ней спешили, чтобы помочь пройти в портал, представители Комиссии. Они помогали всем, кто не мог передвигаться самостоятельно.

Воздух пах иначе, Карра стал способен раскладывать его на молекулы. Он стал сильнее, шире, мощнее во всех аспектах, в крови прибавился драйв, незнакомый азарт. Не зря Дрейк интересовался изменениями, не во всех бы он их допустил, не во всех бы оставил. Карра в цепких глазах Начальника прошел «тест».

Лиам, глядя на длинные тени от фонарных столбов, усмехнулся. Кажется, он не сдался бы без боя, попробуй Дрейк надавить. Притягательно ощущать себя незнакомым, «сверхборзым» – странное слово, но оно отразило смысл. Удивительно пропускать через себя потоки ветра, раскладываемые на частотные волны, видеть подземные пласты почвы под асфальтом. Теперь он чувствовал шире, воспринимал мир иначе – более полновесным, цветным.

И он хотел Кейну. До упавших на глаза шор. Когда его разума коснулось её послание, он напрягся в паху моментально. Его воспоминания еще не покинул кадр, с какой готовностью она раздвинула перед ним ноги у стены, с какой жадной нуждой приняла внутрь.

Два часа… За два часа он сделает многое.

Снова ее теплая кожа, обжигающее его дыхание, податливое тело.

Он увидел ее издалека – стоявшую на тротуаре, ожидавшую его. Бесцельно слонявшуюся до того, судя по всему. Ее за горло обхватила невидимая нить желания коснуться его еще раз, второй конец обвился вокруг него самого.

Лиам любовался ей, приближаясь. Гибкая, непокорная, чуть выдохшаяся недавно, но полная сил Кейна…

Подошел вплотную, улыбнулся мягко. И оценил ее опущенный перед ним взгляд – хитрый, ласковый, игривый, притворно-скромный.

– Куратор… сможет провести со своей подопечной немного времени?

– Куратор… готов.

Он давно не был ее Куратором, но Кейну, как и его самого, возбуждало это обращение, это разделение ролей.

– Хотя бы… полчаса?

– Два часа.

Ее зрачки расширились от радости, от предвкушения. Красивыми, с красноватым отливом казались на закате ее волосы. Кожа мягкая, персиковая, губы мягкие, аура тянет к себе магнитом. Он был другим, «диким», незнакомым; Кейна отлично это почувствовала.

– Ты… изменился.

Наверное, теперь он будет часто это слышать.

– Я люблю тебя любую. Тебе придется тоже.

– Всю жизнь?

Насмешливый «липовый» ужас в ее глазах.

– Всю жизнь.

– Я готова… начинать сейчас.

* * *

Кейна

Я не могла вернуться за край, еще нет, не сейчас. Коснувшись Лиама на СЕ, я кружила мыслями лишь вокруг этого чувства. И хотелось еще. К тому же присутствовал в голове некий раздрай: кажется, мой внутренний приемник сбился, растерял все настройки. Меня штормило, настроение плавало, хотелось не то плакать, не то быть безумной. Наверное, сказалось пережитое – слишком много всего за один день. Вколотый себе «сквад», ранение любимого мужчины, его «воскрешение», после секс… Она почти вылечила меня, эта близость, почти, потому что ее оказалось мало.

И я не смогла уйти. Понимала, что, вероятно, не время, но не могла не отправить Лиаму зов. А вдруг?

И это вдруг нашло положительный ответ. Меня вело. Он стоял рядом.

И еще он был новым. Невероятным, непостижимым, изменившимся почти незаметно, но это «почти» превращало его вселенную в поистине ядерную.

– Ты другой.

Я не могла не заметить. Он ничего не сделал, ничего не сказал, чтобы это проявить, мы просто шагали вдоль по улице как добрые друзья, случайно встретившиеся вне дома. Мы просто гуляли. И так странно было созерцать пустой город; мне почему-то чудилось, что Нордейл стал моим. Всецело. Будто каждый проулок принадлежит мне, каждый магазин открыл свои двери, чтобы я зашла, каждый поворот – вход в новую комнату. Вот как ощущается быть единственным жителем района. Красиво.

– Тебя это пугает?

– Нет…

– А что тогда?

С ответом я чуть-чуть потянула.

– Возбуждает.

(The Marías – Hush)

Он и раньше меня возбуждал. Всегда. Но теперь как-то по-иному, будто появилась в нем неконтролируемая жилка, добавляющая холодному Комиссионеру огненное нутро. Некую термоядерную смесь. И она заденет меня, эта смесь, ой как заденет…

Мы остановились у перехода; светофор не работал. Движения не было тоже, лишь шелестели кроны. Может, глупо было гулять здесь сейчас, когда землю с изнанки точили личинки Цетриу, но, если Грера сказала, что выступаем утром, значит, время до утра у нас точно было. Скорее всего, чуть больше, потому что Хвост – он хитрый, он видит наперед. И, конечно, он бы в случае опасности предупредил. Мне нужна была, однако, разрядка. Какая-то, хоть какая, любая.

– Ты мог бы сделать мне больно?

Лиам смотрел прямо, веки его чуть опущены, хотя солнце светило со спины.

– Я делал тебе больно в прошлом. Этого было достаточно.

Да, в прошлом, потому что так было нужно. Я и сама не знала, почему завела сейчас эту тему, но она царапала меня подспудно.

– И все-таки?

Карра молчал. Он всегда красив, особенно красив в этой белой форме; его мужественность так шибает женщинам в ноздри, что те сами не знают, то ли смотреть вслед, то ли сразу ложиться на землю и накрывать головы.

– Да, я мог бы, – последовал ответ, – если бы это принесло тебе удовольствие.

Он помолчал.

– Боль – это моя работа, Кейна. Тебе не кажется…