Хвост Греры 2 - Вероника Мелан

Глава 11

Кейна

(Power-Haus, Joni Fuller – Beneath the Floorboards)

Теперь я знала всё, что знала она. В выделенном контексте, конечно. Грера, используя контакт, установленный между нами в наркотическом сне, напрямую передала мне память многих прошлых поколений. Ворохом разрозненных кадров рассказала о том, как происходила их собственная война, как погибло более пятидесяти процентов популяции, как Греры спешно изменяли собственную ДНК, чтобы научиться излучать нужный спектр волн. Волн, убивающих тлю. Я, ощущая себя зрителем при просмотре фильма, видела финальные кадры сражения: как черные «драконы», используя специальное построение, называемое «периметром», слились в единую сеть, а после вспыхнули белым. Они сумели исторгнуть из себя нечто яркое и ядовитое для Цетриу – твари, устойчивой к большинству веществ и частот, – и впоследствии назвали этот тлетворный свет «Квазаровым Всплеском». Последнее не переводилось на человеческий язык вовсе, я запомнила лишь вид сложной химической формулы, но так назвала белую радиацию сама Грера. «Квазаровый Всплеск». Сообщила, что восемьдесят особей, прибывших на СЕ, сейчас спешно взращивают себя именно для построения нового «периметра».

Оказывается, она, хитрая и умная наблюдательница, знала о том, что рукав Гланара прошел не там, что Уровни зацепили на себя эту дрянь. Знала, что нападение неизбежно, что грядущая атака – лишь вопрос времени. Знала, что они придут, чтобы помочь.

Я сидела на кровати, пытаясь утрамбовать в голове размах происходящего. Все Уровни под угрозой, все без исключения. Лиам кожу с рук срывает для того, чтобы стабилизировать происходящее снизу, но он не справится, никто из них не справится без потерь. Это бы ужаснуло меня, не перейми я временно Грерское спокойствие. Я слишком долго пробыла во сне с ними, я была там ими. Теперь я понимала, что именно нам предстоит сделать вместе, почему Грера оставила часть себя во мне, зачем нужен был приход новых. И ей было бы гораздо сложнее провернуть операцию «по спасению» без меня, ведь самый быстрый выход во внепространство, откуда следовало производить облучение, был возможен именно с СЕ. И тот же СЕ был критически настроен на энергию Грер, блокируя все отсеки Комиссионного бункера. Именно тут, наделенная полномочиями жены руководителя Уровня, в игру вступала я.

Карра был прав. Они могли бы захватить этот мир, если бы действительно этого хотели. Но они не хотели.

Этот вихрь размышлений пробежал в моей голове очень быстро, пока я приходила в себя, разминала тело, спускала ноги с постели. И я, конечно, следом подумала бы о том, что более не дернусь при любых трансформациях, чтобы стать способной помочь Грерам в их и нашей борьбе, я стерплю любые мутации и заткну собственный беспокойный разум до того, как он успеет вздрогнуть. Конечно… Но вдруг уловила кадр из ближайшего будущего, впрыснутый мне в сознание Грерой и отрезвивший меня от сонливости, как порция горькой микстуры, – на Лиама подняли оружие. Свои же. Двое.

«Комиссионеры? Комиссионеры?!» – я, мгновенно испугавшись, не могла поверить в то, что она мне показывала.

«Да. Они заражены. Цетриу мутируют тоже, становятся сильнее. – Спасибо, что теперь для общения нам не требовались долгие слова, но мы обменивались сразу мыслеформами, как когда-то в прошлом. – Эти двое побывали в отсеке санирования рукава Гланара. Тля в них. Она долго выстраивала новые нейронные связи в их головах, чтобы поработить и обеспечить себе ускоренный заход в этот мир… Первым делом они попытаются устранить руководителя и открыть портал во внепространство».

Да-да, оттуда за жвалами хлынут внутрь атакующие особи. Первым меньше работы, вторым меньше ожидания.

Лиам…

«Он должен выжить…»

Конечно, он должен выжить. Еще секунду назад я испытывала внеземное спокойствие, слизнутое с периферии Греры, а теперь превратилась в трясущуюся Кейну-девчонку. И в бойца.

«Сколько у нас времени?»

«Четыре минуты».

Мне становилось плохо от того, что на него совсем скоро нападут свои, но я не позволяла себе размениваться на слабость. Я уже бежала на кухню, туда, где был вмонтирован отсек с порталом. Мне срочно нужно было попасть на СЕ. Перед глазами продолжал стоять коридор с металлизированными стенами, а в белках глаз тех двух Комиссионеров помнились черные тонкие прожилки. Поганая вошь… Ведомые ей, они выстрелят ему в спину…

– Пожалуйста… Помогай!

Путь из дома на закрытый Уровень – самый быстрый. Сколько раз Карра пользовался им при мне, вводил нужный код, уходил прямиком в рабочий кабинет, но тот код, что он оставил мне, не срабатывал. Вспыхивал и не гас на экране красный сигнал.

«Отойди», – Грера говорила так всякий раз, когда ей требовалось управление моим телом. Я подчинилась безропотно. Мои руки дернулись под воздействием импульсов чужого мозга, и пальцы принялись формировать на мониторе Комиссионную вязь.

«Дать доступ, дать доступ, дать доступ», – приказывала она на чужом языке, но система отказывала. Эта самая чертова система знала, что руководитель находится у себя, и включенный красный уровень опасности не позволял ей обеспечить кому-либо вход.

«У них там творится дерьмо… Все заблокировано!»

Почему проблемы начинают формироваться всякий раз, когда тебе позарез нужно пройти по беспроблемному пути? Почему препятствия образуются тогда, когда тебе, как бегуну, нужна полная скорость?

«Мы должны туда попасть», – меня трясло. Время утекает, вот-вот чей-то палец нажмет на курок, и Лиам получит рану. Они ведь не используют обычные пистолеты, досадовала я, в панике кусая губы, у них в стволах не обычные пули, от которых получается маленькая дырочка. Дырочку бы он залечил…

«Прямой путь недоступен», – Грера обладала спокойствием монолитного монумента.

«Значит, используем не прямой. Летим!»

«Выйди из дома. Иначе я выбью окна».

Из дома я, сбивая углы, бежала.

Мы снова штопали пространство. Как игла, совершающая стежок – внутрь, наружу, внутрь, наружу. Пробивали то физическую среду – ясную и чистую, то ныряли головой в нечто вязкое и эфемерное. Грера с каждым заныриванием меняла направление, я же ощущала себя капитаном, сидевшим в рубке, пока корабль на автопилоте. Смотрела на мир чужими глазами, вдыхала чужими ноздрями и опять ощущала на своей коже «умную» сканирующую чешую.

Я привыкла. Привыкла менять состояния, системы восприятия, привыкла к тому, что у меня практически мгновенно что-то отрастает, а что-то прячется. И знала, что, когда придет время выхода во внепространство для создания «периметра», я стойко продержусь столько, сколько будет нужно. Даже если Грера нырнет в ледяное озеро, под землю или в ад, я буду стопроцентно доверять ей. И меня больше не стошнит и не вывернет наизнанку.

Вот под нами город, незнакомый его квартал – сейчас Грера не видна людям, для них она прозрачна (но не для Комиссионных камер), – а вот опять клубится вокруг муть. Снова город, снова муть… Я не знала, как устроены Уровни, я не понимала их. Они, как этажи, друг над другом? Рядом, как соседние комнаты? Расположены один внутри другого, и переместиться можно, как лучу, проходящему через призму? Бессмысленная для обдумывания тема; наверное, хозяйка чешуи могла бы мне что-то объяснить, но я ее не отвлекала, потому что Грера сосредоточивалась на выборе направления.

Вот мы над полями, снова в мути. Вот мы над дорогой, снова в мути. Вот мы прошибли невидимую грань, и теперь вокруг коричневатый сумрак, и единственная линия шоссе ведет вдаль. Кажется, здесь другой воздух, другой свет, другое все… Я вдруг узнала это место. Конечно, по этой дороге Карра вывозил меня с СЕ на машине на «поверхность». Чуть дальше окажется вход на базу, похожий на мавзолей – некрасивый и неприступный, открываемый только изнутри. Грера выровнялась. Курс на дверь, если можно назвать этим словом толстенный блок из бетона и металлической арматуры.

«Как мы попадем внутрь?»

«Насквозь».

«Пробьем головой?»

«Протечем с изнанки».

Греры были могущественны, Лиам, говоря