Искушение Робин Грин - Кэрри Вон

Рядом с ним лежала серая тюленья шкура.

Робин смотрела на существо, не в силах отвести от него глаз. Она стояла не шевелясь, прерывисто дыша, с бьющимся сердцем.

Марина залилась смехом, прижимая руки ко рту и хлопая по воде хвостом. Голос у нее был мелодичный, но слишком высокий.

Робин пулей вылетела за дверь. Оказавшись в главной лаборатории, она прижалась спиной к стене и застыла, прикрыв глаза и тяжело дыша.

— Так, сейчас угадаю. Селки — самец? — с вежливым любопытством спросил Рик.

Робин мучительно покраснела. Она же биолог, профессионал!

— Да, самец.

— Я слышал, у них талант к таким вещам.

— Каким?

— Сводить с ума молодых женщин. Уверен, ты читала подобные истории.

Поступив на работу в Центр, Робин действительно перечитала великое множество древних мифов и легенд. Конечно, это были всего лишь сказки, и все же… Робин подошла к книжной полке и взяла «Энциклопедию сказочных существ» Бриггса.

— Как тебе это удается? — спросил Рик, подходя совсем близко к стеклу.

— Что удается?

— Все раскладывать по полочкам. Когда в жизни так много исключений и противоречий.

— Я пересмотрю свои взгляды на жизнь, — сказала она.

— А как насчет магии, лейтенант? Обрати внимание: ты не в силах противостоять чарам селки, зато от меня отворачиваться не забываешь.

Внезапно ей ужасно захотелось взглянуть Рику в глаза. В его голосе слышалось обещание величайшего наслаждения, стоит только взглянуть… Обещание тайны. Власти. Усилием воли Робин вывела себя из оцепенения. Бросила книгу на стол. Проходя мимо бокса Рика и взглянув на воротник его рубашки, она сказала:

— Слушай, почему ты так чертовски соблазнителен?

— Это у меня в крови, — усмехнувшись, ответил он.

Страстный призыв в его голосе исчез. Вампир умел включать и выключать его, как какой-нибудь прибор.

Брэд хрипло засмеялся.

Робин почти желала, чтобы селки вновь стал тюленем. Тогда ей полегчало бы. Всю ночь его шкура пролежала на камне, и всю ночь селки не сводил с Робин глаз. Обходя другие боксы, она демонстративно поворачивалась к нему спиной, а когда наконец не выдержала и взглянула в его сторону, он по-прежнему смотрел на нее, прижавшись к решетке. Иногда их лица находились на расстоянии всего нескольких дюймов друг от друга. Порой Робин, набравшись смелости, не отворачивалась и тогда чувствовала его теплое дыхание. Он не произнес ни слова.

Что-то притягивало ее к селки. Это можно было объяснить с любой точки зрения — научной, общепринятой, какой угодно, но факт был налицо: она — молодая женщина, он — молодой мужчина. Причем очень красивый. Внезапно проснулись гормоны, которыми она до сих пор умело управляла. Почему же теперь ей не справиться с собственным телом? Почему краснеет, переступив порог аквалаборатории? Рик что-то говорил о магии. Однако само существование Центра — доказательство того, что магии не существует, а есть лишь биология, до сих пор не изученная до конца.

Биология. Нужно встать под холодный душ.

Среда. Ночь.

Оставив Марине ужин, Робин побежала по мосткам вдоль клеток. Вернее, хотела побежать, но русалка, просунув руку сквозь прутья, ловко ухватила ее за ногу. Марина была гораздо сильнее, чем казалась. Робин со всего маху растянулась на мостках, от неожиданности мертвой хваткой вцепившись в стальные переборки.

Селки был тут как тут и дотронулся до ее руки. Хотя его кожа была мокрой и холодной, Робин показалось, что по руке пробежал огонь. Селки притянул ее руку к себе и принялся целовать, нежно и осторожно.

Увидев, что Робин не сопротивляется, он осмелел и начал целовать ее запястье, водя по нему языком, затем поцеловал кончики пальцев. Робин и представить себе не могла, что когда-нибудь будет испытывать нечто подобное. Все ее существо сосредоточилось на том, что делал с ее рукой селки. Робин закрыла глаза. В мире не осталось ничего, кроме ее руки и его рта.

Она находится на дежурстве! Вступать в контакт с подопечными запрещено! Нужно встать и немедленно уйти! Написать рапорт, в котором сообщить об установлении контакта между русалкой и селки. Позади слышался смех Марины, на этот раз тихий.

Робин медленно наклонилась вперед и прижалась лицом к прутьям клетки. Она не должна этого делать, да и камеры слежения все фиксируют. Селки начал ее целовать. Его губы двигались медленно, тщательно исследуя каждый уголок ее рта, давая почувствовать вкус поцелуев. Затем он провел ладонями по ее лицу. Если бы не прутья, она позволила бы ему утащить себя в воду.

Наконец он ее отпустил. Прутья не позволили ей потянуться за ним. Отплыв немного в сторону, селки, не сводя с нее глаз, положил руку на дверцу клетки и застыл в ожидании. Это означало: если хочешь продолжения, открой дверь.

Ах вот оно что! Она лежала на мостках, а ее рука, все еще протянутая сквозь прутья, болталась в холодной воде.

Чтобы встать, она ухватилась за прутья. Ее била дрожь, а сердце бешено колотилось. Нервы, это просто нервы… Но она не могла отвести от селки глаз и все еще чувствовала прикосновение его губ.

Робин решила пойти в соседнее помещение. Там в конце длинной лестницы находилась главная панель управления, с которой можно было отключить электронные замки всех боксов и клеток. Одно движение. Всего одно! Марина что-то произнесла, то ли с сочувствием, то ли с насмешкой.

Робин решительно прошла мимо лестницы. Ее губы были плотно сжаты, кровь бурлила.

— Лейтенант! — окликнул ее Рик.

Не обратив на него внимания, она прошла в боковое помещение, где располагались мониторы, на которые поступала информация со всех камер слежения, расположенных возле клеток и боксов Центра. Дворняга Джонс глодал сырую кость. Грифон скреб стальную обшивку своего бокса. Единорог, поставив одну ногу на край корыта и низко опустив голову, спал. В аквалаборатории Марина отдыхала на камне, рукой расчесывая волосы и что-то напевая. Селки, все еще в человеческом обличье, плавал перед дверцей клетки, словно ходил взад-вперед. Будто чего-то ждал.

Робин открыла журнал регистрации и стерла все отснятые за вечер записи. Затем отключила программу. Мониторы погасли. Робин написала записку для дневной смены, в которой сообщала, что в системе слежения произошел сбой, она пыталась ее исправить, но не смогла.

Когда она возвращалась в аквалабораторию, то услышала хриплый голос Рика:

— Лейтенант Грин, опомнитесь, это же магия. Магия селки! Подумайте, что вы делаете.

Подойдя к двери, она остановилась. Нет, она знает, что делает. Но ведь она читала легенды, и Рик, несомненно, прав. Самцы селки мастера привораживать женщин. Она забылась, это действие магии.