Любовь нечаянно ворвётся - Галина Ивановна Губайдуллина

Подняла глаза от куста и застыла. За ней наблюдал Мэлор, он выглядел задумчиво-угрюмым.

Произнёс интимным полушёпотом:

— Не могу налюбоваться тобой.

Этот шёпот будоражил кровь. А он ещё присел рядом на корточки и принялся помогать, не боясь замарать светлые одежды, посыпая землю под кустиком опилками и песком из двух ящичков, кои стояли возле них. В его крови бурлила потребность обнять Сайн и поцеловать. До ломоты во всём теле. Но он вместо этого погладил багряный листик ирезине. Девушка рядом с эльфом внезапно поняла: «Хочу этого мужчину до одури, до боли в сердце…Хотя…это манит запретная любовь, наваждение, блажь. Надо гнать от себя это желание, я же замужем».

Эльф предложил:

— Я могу помочь по саду.

Он взмахнул рукой и не цветущие деревья и цветы на глазах распустились. Сад наполнился пышным цветением.

Человечка восхитилась:

— Сколько жизни в твоих днях…

Раздался голос Кальвина позади сидящих у ирезине:

— Деятельный эльф.

Гость оглянулся, поднял голову в сторону говорившего, неохотно отвечая:

— Эльфы склонны к созиданию. Просто горим желанием из любой пустоши сделать цветущий сад.

Волк обратился к жене:

— Сайн, это не совсем благопристойный поступок лазить на карачках по саду перед чужим мужиком.

Мэлор елейным голосом уговаривал:

— Прошу Вас, не придирайтесь к супруге. Это я внезапно подкрался и решил помочь. Она даже возразить не успела.

— Кто бы сомневался? — хмыкнул оборотень, и рыкнул на жену, — Марш в дом!

Девушка поспешила в сторону замка, крепко сжимая в руках лопатку.

Кальвин поинтересовался у эльфа:

— Третьим будешь?

— Простите…что?

— Я тут с любовницей решил развлечься, третьим, спрашиваю, будешь?

— Откажусь.

— Странный ты, эльф. Тебя, что, только королевы заводят? Или чужие жёны?

— У Вас такая прекрасная жена, а Вы делаете ей больно с другими женщинами…

Завуалировав неприязнь к гостю под мерзкую улыбочку, оборотень даже шутил над ситуацией:

— А я так сильно люблю супругу, что пользуюсь чужими тётками, чтоб свою не изнашивать.

В детской Сайн прижала к себе крошку-дочь. Непостижимым образом эта девчонка стала ближе всех близких.

Пожилая нянечка сокрушённо прошептала ей:

— Вижу, как маешься с мужем. Эгоисты никогда не уважают ни жён, ни любовниц. И строят свою жизнь так, как удобно им, наплевав на мнение женщин.

— Если я не могу любить мужа всем сердцем, смешно требовать, чтобы он любил меня хотя бы немного.

25 глава

Шуршат накрахмаленные кринолины платьев, тихий гул голосов бальной вечеринки для своего семейства и для гостей у Дэрквульфов. Сайн в карминного цвета платье с нарисованными на ткани розовыми пионами.

Мэлор подошёл к ней с букетом миниатюрных жёлтых с красными полосками комнатных роз. Она благосклонно позволила ему поцеловать кончики пальцев.

Зеленоглазый гость распалялся:

— На этом балу Вы — самая прекрасная. А эти цветы также нежны, как и Вы…Они из моей эльфийской оранжереи. Посыльная сова ночью доставила.

Боясь ревности мужа, девушка с невозмутимым видом приняла презент, и тут, же, развернувшись, ушла на другой конец зала поболтать с Шайэрдэ Меркред.

У представителя эльфийского народа сорвался с губ вопрос:

— Барон, Вы из-за красоты взяли безродную замуж?

Кальвин подтвердил:

— Конечно! Её сами принцы хотели! Я успел увести её замуж из под их носа.

— Братья Цинельм на неё зарились?

— Они. Но знал бы я, что её мать — сумасшедшая, обошёл бы за версту. Эта стерва и её родня смолчали об этом факте.

Сайн прижимала букет к себе, и он картинно смотрелся на тёмно-малиновом платье, жёлтые с красным розы контрастно подчёркивали фактуру наряда. Подошедший муж выдернул цветы из её рук, всунув те в вазу. Он повёл жену за локоть в сторону танцующих Вернера и Гасналин.

Морщился и высказывал своё мнение:

— Отвратительный букет. Розы, будто измазаны кровью. И жёлтый цвет…будто эльф желает тебе изменить мужу. И вообще, очень уж часто обладатель длинных ушей вьётся вокруг тебя, жёнушка.

— Тебе показалось. Ему просто скучно, вот везде и ходит, по саду в особенности.

— Я трачу на тебя несоразмерно много денег, а ты смеешь отвечать мне неповиновением! Чтобы этого Мэлора впредь возле тебя я не видел!

— Вы и на сады много тратите, так идите и просите любви и повиновения от деревьев!

— Мужу дерзить вздумала, — зашипел волк, — Накажу…

Мэлор Меркред в очередной раз подметил, что на Сайн Кальвин сыпет свои бесконечные придирки и недовольства.

Тем временем к младшим супругам Дэрквульф подошли Рафаэль и Сара.

Брат делился новостью:

— Представляете, в храме, где вы венчались, вдруг заледенел алтарь, и обручальную чашу разорвало на мелкие осколки! Вот, что за маг баловался? Видано ли дело ближе к лету и вдруг лёд посреди тёплого помещения?

Сестра задумчиво произнесла:

— Считаются ли проведённые браки в том храме отныне разводом?

Сара возмутилась:

— Что за глупости тебе в голову лезут? Поменяют обрядовую чашу, да и всего лишь…

Шайэрдэ подошла и ухватила младшего брата за рукав сюртука, заглянула в глаза, вынося вердикт:

— Рассеян, задумчив и грустен. Витаешь в облаках — ты влюблён, братец Мэлор.

Тот подтвердил:

— Всё верно, прячу за смехом смертельную грусть.

— Кто та, кто отказывает в любви такому высокородному эльфу?

— Жена одного из волков. И я не отступлюсь, пока не побываю в её объятиях.

— Я слышала, что любовь делает глупым, но не до такой же степени, чтоб совсем потерять голову.

— Разве сердцу прикажешь? Тебе ли судить меня?

— Выбрось из головы чужую женщину!

— Поздно. Любовь уже вгрызлась в сердце. И ты же знаешь, возражать влюблённому так же глупо, как говорить о морали волку. Любовь ни разбирает ни рангов, ни рас, ни семейных положений. Держу себя в руках из последних сил, но чувствую, что вырвусь, потому, как сердце рвётся к ней, душа плачет о ней, мне дышать без неё тяжко…

— Огонь тебя не брал, нежить не кусала, в воде не тонул, а, глядите-ка, от любви загибается. Из-за этой волчицы хоть державы не рассорятся?

— Она не волчица.

— Но здесь только две женщины замужем за волками: Алейна и …Нет!

— Да.

— Если ты расстроишь мою свадьбу — я тебя никогда не прощу.

— Я буду предельно осторожен.

— Завтра охота, иди спать пораньше, прошу тебя. А после уезжай с отцом и старшим братом в Священный Лес.

— Я останусь здесь, пока ты гостишь у семьи жениха.

И он, оставив сестру, пошёл в другой конец залы поближе к Сайн.

Пригласил оную:

— Вы мне танец задолжали. Прошлый раз мы не дотанцевали.

Жена Кальвина шагнула в объятия эльфа. Голова закружилась у обоих от близости вожделенного объекта. Твёрдые ладони обхватили тоненькую талию