Любовь нечаянно ворвётся - Галина Ивановна Губайдуллина

— Грустишь. И почему моё сердце защемило от твоих печальных глаз?

— Жаль птичек. Особенно глухарей. Такие красавцы…

Мужчина подошёл к окну, открыл створки. А затем стал касаться глухарей рукой, оживляя тех. Они вылетали, скрываясь в темноте.

На лице Сайн расцвела улыбка. Она резво зажгла несколько канделябров специальной булавкой для розжига.

Предложила:

— Желаете отвара трав? Вон в печи кипит чайник.

— Не откажусь, — улыбнулся уголками губ эльф.

Она суетливо выставила из шкафчика менажницу, где во множестве ячеек разложены орехи и сухофрукты. Достала серебряную форму в виде майского жука для подогрева в камине булочек. Мэлор забрал из её рук форму и погрел булочки себе и ей.

Затем он же разлил отвар по чашкам.

Трапезничали молча, так как, сильно смущаясь, Сайн отводила взгляд в окно, рассматривая ночное небо.

Из её уст вырвалось предположение:

— Множество миров меж звёзд для нас, словно призраки. Мы лишь догадываемся о существовании жизни на них.

Хотела лишь мельком глянуть на сидящего напротив, как в удивлении замечает в его глазах столько боли…И всё, она тонет в отражении его зелёных глаз с золотыми крапинками.

И он изливает на неё свой водоворот чувств и желаний:

— Видеть тебя каждый день и не иметь возможности не просто прикоснуться, а обладать — непосильное испытание.

— Вы не должны ничего такого говорить замужней женщине, — опустила глаза красавица-блондинка.

— Как я могу отказаться от тебя, если с тобой из моей жизни уйдёт счастье? Я не могу бороться со своими чувствами, потому, что каждый знак внимания с твоей стороны, будь то даже слово или взгляд, вызывает во мне прилив радости. Я сравниваю себя с наркоманом. Мои наркотики — твоя любовь. А я чувствую, что любим взаимно.

И правда прорвалась из уст девушки:

— Чем больше я старалась не думать о тебе, тем больше любила.

После признания оба вскочили и, обогнув стол, бросились в объятия друг друга. Эльф рассыпал по её лицу поцелуи, лихорадочно, будто боялся, что вот-вот Сайн отнимут у него. Его руки блуждали от её щёк к волосам и обратно. Она же гладила его плечи и шею. Пьянящее чувство любви заставило обоих вожделеть, и это была не просто потребность близости, а необходимость слиться в единое целое.

Мэлор предложил:

— В мою комнату попасть быстрее. Да и волк не учует. Ты иди, я за тобой чуть в отдалении.

Возлюбленная согласно кивнула и вышла в коридор.

У комнаты младшего Меркреда Сайн застопорилась, эльф быстро обогнал её, открыл дверь и первым вошёл. Она последовала за ним, прикрыв дверь, а затем обхватила его спину сзади. Он замер, чувствуя через ткань одежды её нежное дыхание. Мэлор закрыл глаза от наслаждения, что к нему прижалась любимая. Её тепло и запах фрезии дурманили. Он развернулся и начал пылко целовать её губы, руками блуждая по призывному телу. Затем он подхватил её на руки, положил на расправленную кровать на мятного цвета простынь. Зажёг тёмно-зелёный торшер.

Девушка хихикнула:

— О, ты, как орк в этом цвете. Зелёненький.

— Зато ты, как русалка, — улыбнулся мужчина, — Не бойся, я накрыл комнату пологом тишины.

Он осторожно, чтобы не навредить платью, снимал с неё одежду. Она же торопливо расстегивала его пуговицы его камзола. От близости его тела кругом шла голова. И небывалая, необъятная радость от того, что этот эльф хочет близости именно с ней.

Но всё же призналась:

— Я боюсь интима. С мужем мне больно.

Любимый взмолился:

— Хочу быть единым с такой неземной красотой. Даже самая возвышенная любовь устаёт, не получая награду за преданность. Обещаю быть нежным и осторожным.

— Хорошо.

Ласка лилась из её глаз, окутывая, словно сеть всё его тело, пленяя. И сердце эльфа рвалось к ней, к прекрасной пленительнице. Он стянул с себя камзол и рубашку, лёг на обнажённую Сайн. От биения чужого сердца у обоих перехватило дыхание.

Девушка проводит пальцами по его бицепсам:

— Такая белая кожа, словно наполненная молоком…

Он приподнялся на одном локте и обвёл контур её красивого лица. Она чувствовала любовь в каждом прикосновении. Задыхаясь от вожделения, с поволокой страсти в глазах, эльф был неотразим. К нему тянуло с неимоверной силой. Её раскалённая от желания кожа ждала прикосновений. И Мэлор сел, стащил с себя брюки и носки, и судорожными движениями его руки двинулись вдоль тела Сайн.

Зелёная луна с любопытством выглядывала из-за облаков и ветвей деревьев.

Мужчина пишет языком круг под грудью любимой, затем ведёт языком вниз к животу. Её страсть — разгорающийся огонь, и он прикармливает огонь нежными и откровенными прикосновениями. Она совсем не ожидала, что он языком примется исследовать её сакраментальные складочки. Её выгнуло, желание рвало границы разума, вожделение скрутило до трясучки.

Эльф сел и приподнял её таз, он мучительно долго впихивал свой член в неё. С каждым миллиметром их накрывало блаженство всё больше, пока не превратилось в нескончаемую эйфорию. Мэлор начал движения: томительные и взрывающие сознание фейерверками высшего наслаждения.

Сайн поделилась восторгом:

— С тобой так прекрасно, что просто летаешь…

И они действительно воспарили над кроватью в золотисто-зелёном облаке.

— Моя сущность эльфа и мага приняла тебя, — пояснил шёпотом мужчина.

Связь времени и материи стёрлась, но они провалились не в оглушительную пустоту, а в реку блаженства и неги. Волны сладострастия одна великолепнее другой захлёстывали их. Вес тел исчез, они, вернувшиеся на постель, всё равно испытывали неведомый полёт, сознание парило на вершине счастья.

Мэлор в экзальтации шепчет:

— Люблю. Ты мой человек. Оказывается, разделённая любовь прекрасна — она дарит нам ни с чем несравнимое счастье.

— Я тоже прочувствовала ощутимую разницу между сексом с нелюбимым и любимым существом.

Движения таза эльфа перетекли в агрессивные, заставив их двоих кричать от восторга.

Излив семя в трясущееся от оргазма тело Сайн, он упал на неё.

Она с прерывистым дыханием излагает:

— Ты — непревзойдённый любовник. Ты со всеми любовницами так…паришь над землёй?

— Нет. Только с тобой. Потому, что впервые влюбился.

Эльф откинул ей чёлку со лба, любуясь её лицом. Их губы потянулись друг к другу.

Между поцелуями мужчина признаётся:

— Люблю. Люблю.

— Я изучаю язык твоей любви. И потребность в твоих чувствах и действиях растёт. Хочется быть с тобой чаще, окутать тебя такой же любовью. Я безмерно счастлива и понимаю: в жизни должны быть существа, через которых Бог нас любит. Иначе ничего не имеет значение.

Он хитро улыбнулся и попросил:

— Я хочу проверить: с какой отдачей ты мне ответишь, — и перелёг на спину, демонстрируя готовый к подвигу солидный