Любовь нечаянно ворвётся - Галина Ивановна Губайдуллина

20 глава

После возвращения в замок Сайн пробралась в покои дочери. Служанка-няня из огнедарок уснула и мамаша смогла любоваться своим дитём вдоволь. Не сдержалась, взяла Адель на руки.

И тут же услышала сзади от дверей удивлённое от свекрови:

— Дочь не обжигает тебе руки?

— Как видите — нет.

— Обычно простые люди не могут её держать.

— Но я же её мать. Я выносила её и не сгорела.

— Что-то с тобой не так…В тебе должна быть какая-то магия…

— Откуда? — рассмеялась девушка.

Девочка ей заагукала.

Алейна размышляла:

— Странно, все мои сыновья — волки, а внучка вот огнедарка.

— Вы меня в чём-то подозреваете? — насторожилась Сайн.

Огнедарка рассмеялась:

— Брось, так бывает. Я тебя ни в чём не обвиняю. Просто удивляюсь игре богов.

— Адель не обжигает меня, мне можно её забрать?

— Нет. Мало ли что. Сейчас не обожгла, но запросто может. Положи её на место. Мой сын дорожит тобой, не хочу портить его игрушку.

Сноха закусила нижнюю губу, чтоб не расплакаться, но вернула дочь в кроватку. Младенец заплакал. Няня проснулась и, извиняясь перед хозяйкой замка, схватила плачущее дитя.

После позднего обеда гости и хозяева — чёрные волки собрались в гостиной. Здесь были другие главы кланов волков — серые стаи, белые, коричневые, красные. А также были другие эльфы из охраны и сопровождения.

Мэлор вошёл последним, после обмена любезностями, он бросил вопросительный взгляд в сторону интересующей его особы, которая облачилась в платье цвета маджента, оценил, что этот сиренево-розовый колор очень идёт блондинкам. Сайн слегка пожала плечами, отвечая на взгляд, что, мол, ей всё равно с кем общаться и вновь отвечала на вопросы его сестры. Хотя сердце у девушки забилось сильней. И младший Меркред подошёл к сидящим в зелёных креслах Шайэрдэ и снохе Дэрквульфов. Встал между их кресел чуть ближе к спинкам.

Его сестра возмущалась:

— Вон та красная волчица раздражает своим жеманством. Так и вертится вокруг Элвина.

Сайн поддержала обсуждение присутствующих:

— А вон та эльфийка в голубом надушилась так, что мухи и комары дохнут в радиусе километра.

— О, я её знаю. Это она просто волков боится. Те же не любят резкие запахи, вот и обходят оную по дуге.

Человечка хихикнула.

Мэлор пожурил сестру:

— Родная, тебе нравится перемывать косточки соседкам-сородичам и гостьям с зубами, как какой-нибудь бабушке в сквере?

— Аристократические беседы на темы погоды и пудингов слишком скучны, брат, — отвечала Шайэрдэ, — Женщины не должны разговаривать о науке, медицине и об истории. Нас интересуют тряпки, промахи недостаточно культурных женщин и отношения.

Эльф поморщился:

— А мне такие разговоры кажутся мелкими.

Сайн возражала:

— Я вот долгое время сидела одна в комнате и сейчас ценю просто общение. И эти разговоры о пустяках в этом свете кажутся очень милыми.

Шайэрдэ недовольно поделилась с новой знакомой:

— Вот какого позитива можно ждать от эльфа, когда у него глаза такие зелёные, как у удава?

Заглядывая в глаза её брата, девушка протянула:

— Ага-а-а, и такие же гипнотические.

Тот сводил всё к шутке, улыбаясь:

— Разве бывают весёлые удавы?

Сестра, возводя болотного цвета глаза к потолку, капризно припечатала:

— Значит бывают.

Мэлор смеялся:

— Бросьте, девочки, я же добрый.

И он левитацией выдернул из ближайшей вазы два цветка красных тюльпанов и притянул в руки девушек.

Кальвин безмолвствует, лишь зло поглядывает в сторону жены, находясь не так далеко от неё, в кругу волков из клана красных.

Сайн цветком указала на один столик, где столпились молодки вокруг особы в одеждах пилигримки:

— Свекровь пригласила гадательницу. Гадает по руке, чайной заварке и картах.

— О, среди людей тоже бывают месмериты и магнетисты… — удивился эльф.

— У нас их чаще называют хироманты, — поправила человечка.

— И люди и нелюди фатально верят в предначертанья, — вздохнул Мэлор.

Его сестра и блондинка отправились к столику ворожеи.

Средних лет женщину-прорицательницу окружает ореол мистицизма: одежда, макияж, загадочность на лице.

Новая подруга невеста Элвина поделилась мыслью:

— Думаю, карты — это лишь сонастройка с духами, главное — интуиция.

Гадалка услышала высказывание Сайн и улыбнулась ей, раскрываясь:

— Мои мозги кишат образами и отражениями действительности, — затем одному из коричневых волков, что склонился над раскладом её карт, молвила, — Пришло время менять кредо.

Тот оживился:

— О, да, я как раз задумал заняться разведением лошадей.

Следующим по очереди был старший брат Мэлора — Байер. Он протянул ворожее ладонь.

Та хмыкнула:

— Наследник рода… Но знай: быть у власти …и не испачкаться в грехах…подкупы, взятки, превышение полномочиями — это ведь так заманчиво! Береги, эльф, свою душу.

Шайэрдэ прошептала на ухо Сайн:

— Что-то я её боюсь… Давай на заварке погадаем.

И она схватила с разноса слуги две чашки с бодрящим горячим напитком. Жена Кальвина отпила чай в солидарность с эльфийкой, с которой сдружилась.

Тем временем средний брат Вермер сунул свою длань под нос предсказательнице.

Того она озадачила:

— Помнишь, недавно твоя соколица высидела двух совершенно белых птенцов?

— Да, было такое.

— Это знак свыше. Предзнаменование перемен. Жить твоей семье в северных краях.

Вермер захлопал веками и задумчиво спросил:

— Намекаете, что построю дом в северных районах Священного Леса?

Гадалка хитро посмотрела на него и закатила глаза, не желая комментировать, мол, догадаешься сам. Когда время прейдёт.

Потом она уставилась в зелёные глаза Мэлора и предрекла:

— Запомни: чем больше ты растратишь душевных сил на людей, тем уязвимее будет твоё сердце.

Шайэрдэ задвинула младшего брата за себя. Протягивая чашку с заваркой на дне.

Пророчица выдала:

— Лицо из чаинок говорит о любви в твоём сердце, но, глянь, рядом кинжал.

Эльфийка зажала рот пальцами и выпучила глаза.

Гадалка закивала:

— Кинжал не дошёл же до лица, не бойся. Это всего лишь предупреждение, что ты поспешна в решениях, тебя лишь ждёт опасная ловушка.

Сайн протянула свою чашку и попросила:

— Сделайте и мне интерпретацию знаков в слова.

— Разорванное кольцо вижу — это негармоничный брак. Глаз — это око мира, призывает к осторожности. Но! Все эти знаки вобрала в себя шестиконечная звезда — символ благоденствия. Ещё око можно истолковать, как то, что Вселенная следит за тобой, ты ей нравишься, она позаботится о тебе.

Жена волка нервно хихикнула: ага, позаботилась уже — монстра-тирана подсунула.

А прорицательница сузила глаза и рассматривала эту красавицу, задумчиво протянула:

— Какую-то загадку вижу в тебе, даже тайну…сокрытую до нужного срока…

Женщина хотела схватить девушку за руку, но Сайн отпрянула.

Мэлор заступился за неё:

— Гадалка, творец мира вложил в твои уста много красивых фраз, они буквально гипнотизируют, но не надо пугать девушек.

Та