Судья королевского отбора - Олеля Баянъ

Последним словом она едва не давится, потому что великий князь так зыркнул на неё, что я удивлена, как та устояла, а не свалилась замертво.

Вот вам и гостьи дорогие! Чай не отдыхать сюда позвали вас. Поспать им захотелось. На том свете отоспитесь!

Когда я уставшая, во мне просыпается та ещё ехидна. И всю дорогу до комнаты, где будет проходить осмотр, язвила его высокопревосходительству. Про себя, естественно. Сил препираться с ним по-настоящему нет. Как бы не заснуть на ходу!

В кабинете, по внешнему виду комната напоминает именно его, ждёт король, который при нашем появлении встаёт и приветствует каждую судью в отдельности. Как и с выставлением оценок, нам предоставляют отдельные места. На этот раз кресла.

– Фиренс Шерпан, – представляется целитель, вошедший после того, как мы сели. – Королевский целитель. Я проверяю девушек.

Участниц заводят в той же очерёдности, в какой они проходили Арку. Делает это сам князь, находясь в момент проверки в кабинете. Больше посторонних в комнате нет.

– Вы невинны? – его величество сам задаёт этот вопрос каждой конкурсантке.

– Разумеется, – холодно отвечает принцесса де Браера.

Я вижу, как сверкают её глаза. Наверное, внутри она возмущена, что кто-то посмел даже подумать об обратном.

Штэван Второй кивает целителю, который подходит к девушке:

– Позвольте вашу руку, ваше высочество, – и, когда та подаёт ему левую руку, с его ладони срываются зелёные искры. – Говорит правду, ваше величество.

– Поздравляю, вы можете готовиться ко второму испытанию, – с любезной улыбкой выносит вердикт правитель.

Принцесса приседает в реверансе и величественной походкой удаляется.

Примерно в таком формате и проходит дальнейшая проверка девушек.

Кто-то из участниц реагирует относительно спокойно: краснеющие щёки не беру в счёт. Это откровенный вопрос, да ещё и заданный прилюдно. Они кивают, если стесняются ответить, или заикаясь подтверждают. Затем целитель проверяет правдивость их слов. Были и такие, кто возмущается осмотру.

И вот что удивительно: никто из тех, кто возмущался, не соврал его величеству. Эти конкурсантки невинны. Зато среди краснеющих были врунишки.

– Я считаю, что моя королева должна быть честна со мной. Боюсь, что для вас отбор на этом закончен, – король выносит таким непреклонное решение.

Всего было отчислено три девушки.

За время унизительной процедуры моё внимание привлекают только две претендентки: Мирель Вулпу и баронесса Никалина Тика.

На осмотр первой девушки целитель тратит около пяти минут, хотя до этого и после неё эта процедура занимает у него не более минуты. Однако он подтверждает слова Вулпу о её невинности, вытирая пот со лба.

Когда её проводили, целитель говорит его величеству:

– Скорее всего, у данной участницы врождённая способность противостоять магии.

– Благодарю за информацию, Шерпан, – король принимает во внимание его вердикт.

Когда великий князь заводит баронессу, по её лицу видно, что она догадывается о том, для чего её сюда пригласили. Сперва смотрит на фельтмаршалока. Её взгляд ненавидяще сверлит князя, а потом перекидывается и на самого короля. Уголок её губ презрительно искривляется.

Штэван Второй подбирается при её появлении. Облокачивается на стол, кладёт руки перед собой и сцепляет их в замок.

Отгородился от неё? Почему? Их что-то связывает?

Сон как рукой снимает. Я с жадностью наблюдаю за ними и вслушиваюсь в малейшие изменения интонаций.

– Вы невинны? – в двадцать пятый раз за сегодня повторяет монарх.

Никалина Тика усмехается, смотрит с вызовом на него и спокойно отвечает:

– Нет.

Король делает знак целителю приступить к осмотру.

Минута напряжённого ожидания, и…

– Баронесса говорит правду, – подтверждает слова Фиренс Шерпан.

– Благодарю за честность! Вы можете готовиться ко второму испытанию, – Штэван Второй твёрдо объявляет своё решение, странное, согласно местным традициям.

Целитель удивляется, широко раскрыв глаза, но ни слова возражения не произносит. Великий князь хмурится и отводит взгляд от короля. На других судий даже не смотрю: и так понятно, какого мнения они придерживаются в вопросе целомудрия.

И лишь баронесса не спускает пристального взгляда с монарха, словно дырку прожигает в нём. У меня создаётся впечатление, что эти двое ведут молчаливый диалог, понятный только им.

– Ты ещё пожалеешь об этом, Штэв, – тихо бросает последняя конкурсантка и, резко развернувшись, уходит.

Князь удаляется за ней, но через пару минут возвращается, чтобы проводить уже нас, точнее сдать нашим служанкам, которые помогают добраться до покоев.

Даже не помню, разделась ли я, прежде чем упасть без сил на кровать, но туфли точно сняла. Я заснула ещё до того, как голова коснулась подушки.

Утро начинается с настойчивого стука в дверь. Удивительно, но встаю без желания накрыть голову подушкой.

Оглядываю себя. Точно, платье не сняла, поэтому оно помялось. Слегка, потому что ночью даже не ворочалась, настолько сильно устала. Приглаживаю волосы рукой и иду к двери гостиной, ведущей в коридор. По пути зову Сарику, но та не отзывается. Наверное, ещё не пришла. Открываю и слышу:

– Доброе утро, многоуважаемая, самая честная и справедливая Полина Андреевна, – на одном дыхании не проговаривает, а пропевает мужчина, одетый, как лакей.

Тут мне в левую пятку что-то впивается, я смотрю вниз, но ничего не замечаю, а соринка, наверное, отлетела в сторону, потому что больше не чувствую никакого дискомфорта. Лакей пользуется моим замешательством и вручает мне поднос. Я хочу вернуть ему обратно его ношу, но мужчина оказывается проворнее меня и сам захлопывает передо мной дверь.

Чувствую какое-то жжение в левом запястье. Вывихнула от тяжести подноса? Однако моё внимание отвлекается на поднос, ещё конкретнее, на маленький, но пышный букетик в вазочке. И пять шкатулок разной формы. Широко зевнув, разворачиваюсь и ставлю поднос на столик между диваном и креслами в гостиной, а сама отправляюсь заниматься водными процедурами.

В ванной жжение только усиливается, но я не нахожу на коже никаких царапин или синяков. Накидываю халат и выхожу в гардеробную, где сталкиваюсь с Сарикой, у которой глаза чуть ли не на лоб вылезли.

– Полина Андреевна, кто вам принёс поднос? Вы его трогали? А что-нибудь ещё брали с подноса? Надеюсь, ничего не ели? – набрасывается она на меня с вопросами, что я сперва теряюсь и могу только смотреть на неё и хлопать глазами.

Запястье снова зачесалось, и я его чешу, что не скрывается от внимания служанки. Она перехватывает руку и внимательно рассматривает запястье. Потом с её пальцев срывается тонкий красный луч, впитывающийся в мою руку. Сквозь тонкую кожу проступает изображение зелёной змеи, обвивающей моё запястье.

Сарика поднимает на меня глаза, полные ужаса.

– Сидеть здесь, – медленно усаживает меня в кресло перед туалетным столиком. – Ничего не трогать. Старайтесь не двигаться. Я сейчас