Герцогиня Хардин - Эльза Скарлетт

— Не знаю, — пожала плечами подруга. — Наверное, чтобы узнать, чего она хочет от меня… от нас. Хочу все расставить между нами по местам.

А в этот момент я вдруг позавидовала подруге. Ее страху, ее простоте и искреннему стремлению любить несмотря ни на что. Она набралась смелости встретиться с драконицей, и я видела, что готова отстаивать свое счастье.

У нее не было ничего личного, и потому ценного, кроме этой любви. Почему я не могу точно так же? Но я не могла сказать, что ради любви готова на все. У меня были другие приоритеты. А сейчас я вдруг позавидовала ей.

Когда я ехала в столицу, я думала, что точно знаю, чего хочу, и всеми силами пыталась отстоять свои стремления. Сейчас же поняла, что можно жить по-другому и тоже быть счастливой.

Я встряхнула головой, прогоняя странные мысли. Я — не Линетта, у меня другая жизнь. Я — герцогиня и должна думать не только о себе. У меня есть важная задача, и я не могу себе позволить забыть обо всем.

— Идем, — кивнула я.

Поднявшись на третий этаж, мы увидели стоящих у окна Иниветту и эльфийку Мейниру Сатале. Наверное, если бы мне сегодня снова не запечатали чувства, я бы испытала раздражение или досаду. Но эмоции молчали. Однако неприятное ощущение было. Присутствие эльфийки мне не понравилось.

— Привет, — поздоровалась Линетта с девушками.

— Здравствуй, — кивнула драконица. — Спасибо, что пришла.

— О чем ты хотела сказать? — подобралась подруга, подходя ближе.

— Линетта, почему ты не отпускаешь Стомиана? — спросила Иниветта прямо смотря в глаза. — Ведь ты же знаешь, что вам не быть вместе…

— Стомиан сам не хочет быть с тобой, — ответила девушка. — И мы любим друг друга.

— Стомиан с тобой потому, что ты его держишь. Дракон не может причинить боль избранной. Но если ты его оттолкнешь, то он станет свободным. У него появится возможность быть счастливым со мной. Завести семью и детей. Мало кому выпадает такое счастье.

— Стомиан потеряв избранную может погибнуть, — заметила я.

— Пока Линетта жива — нет. Ее родители не дадут разрешения им быть вместе. А если узнают, то заберут ее из академии и выдадут замуж, — веско бросила Мейнира, ее взгляд сверкал от гнева.

— Вы пришли угрожать? — задала я вопрос.

— Отступись от дракона, — прошипела эльфийка складывая решительно руки на груди и глядя на племянницу ректора. — И мы не расскажем герцогу Сенье о твоей связи с ним.

Тон эльфийки мне не нравился, но рассудок оставался спокойным.

— Ну, так и о вас мы знаем кое-что такое, что может вас дискредитировать, — парировала я. — Расскажете о Линетте и Стомиане, я уничтожу вас и вашу репутацию. Рискнете?

Девушки подобрались и их улыбки исчезли. Иниветта повернулась к подруге и положила ладонь на ее руку.

— Мейнира, давай не будем ссориться. Я пришла договориться. — И повернувшись к Линетте она продолжила: — Линетта, Стомиану будет тяжело, его жизнь будет не такой длинной, без тебя. Но зато она будет не одинока. Подумай, что с ним будет, когда твои родители тебе найдут мужа? Ему придется страдать всю эту недолгую жизнь, чахнуть от тоски. Дай ему шанс на счастье.

Линетта расстроенно опустила глаза к полу.

— Ты же не можешь с ним быть вместе до конца и сейчас, — продолжала говорить посольская дочь. — Он — мужчина, ему нужны не только платонические отношения. Зачем ты его так истязаешь?

Иниветта многозначительно посмотрела на Линетту.

— Если бы вы были помолвлены или был бы такой шанс, то вас никто бы не осудил, за интимную связь. Но это невозможно. Он же не может все время соблюдать целибат из-за тебя! Ты его хоть отпускаешь в увеселительные заведения для мужчин?

Мне не понравилось, как девушка это преподнесла. Разговаривать об интимных отношениях было непринято, тем более чьих-то. Линетта открыла рот, пытаясь что-то сказать, или возразить на это, но не могла подобрать слов.

— А они обе не привыкли думать о своих мужчинах, — фыркнула эльфийка. — Как дикие драконы, охраняющие свои сокровища.

— Это не ваше дело! — разозлилась Линетта.

— Почему же? Я в отличие от тебя думаю о счастье Стомиана. А ты — только о себе. Подумай об этом. Если отпустишь свой эгоизм, то поймешь, что я права. Я не держу никого рядом с собой на поводке и не даю призрачных надежд. Мой отец будет не против моего брака с драконом, которого моя вторая сущность признала сильнейшим. У нас появятся одаренные и сильные дети. У драконов нет аристократических предрассудков. И у нас все получится!

Подруга скорбно молчала. Было понятно, что слова драконицы ее проняли.

— Подумай над этим. Я могу подождать, пока ты примешь решение…

После этих слов Иниветта кивнула своей подруге, и они пошли на выход. Мы же остались стоять в рекреации. Линетта опустилась на скамью у окна и сжала голову руками. Я же не понимала сейчас, чем могу помочь, поэтому просто присела рядом.

— Лея, что же делать? Неужели мы действительно такие эгоистки? — задала вопрос Линетта поднимая голову и посмотрев на меня глазами полными слез.

— Линетта, Стомиан сам в состоянии принят решение, что ему делать.

Подруга вздохнула:

— Я себя сейчас чувствую такой никчемной и никому не нужной… Всем мешающей.

А на этаж поднялся Тирел и найдя нас взглядом, как-то заметно успокоился.

— Я видел Иниветту дир Аскурк и Мейниру, которые спускались вниз. Решил проверить все ли у вас в порядке.

— У нас все хорошо, — ответила я.

Но Тирел не сильно поверил, заметив расстроенное лицо Линетты.

— Ага, судя по вашим лицам, ощущение такое, что не иначе Линетта кого-то убила. И вы не знаете куда теперь прятать труп.

— Никого Линетта не убила, — заметила я. — Но видимо дело не за горами… Поможешь?

— Убить? — встрепенулся вампир.

— Успокоить! — рявкнула я. — Что не видишь, она расстроена!

— А-а! — протянул Тирел, почесав затылок и присаживаясь с другой стороны на лавку. — Мне кажется в этом я не спец.

Мы замолчали, думая каждый о своем.

— Так, о чем грустим? — задал вопрос парень.

— О том, что всю свою жизнь я будто всем мешаю… Маменька с папенькой, вот мечтали второго наследника родить, а родилась я. С тех пор я всегда их разочаровывала. Так и пошла вся моя жизнь.

— Мы все неправильно живем: либо сожалеем о том, что уже было, либо ужасаемся тому, что будет, — философски заметил Тирел, погрузившись в какие-то свои невеселые мысли. — А настоящее в это время проносится мимо, со скоростью дракона на