Снежность Иве, или Господин Метелица - Вера Платонова

– Эй, – постучала она по плечу впереди стоящую девушку. – Есть что перекусить? У меня со вчера маковой росинки не было во рту.

Девушка недовольно обернулась:

– Хочешь есть, вали из очереди и иди ешь! Я сюда не дружить пришла и еду раздавать голодающим.

– Я заплачу! – сказала Рози.

– Нет! – с этими словами девушка достала из кармана булку и принялась жевать, выказывая всем видом наслаждение и торжество.

“Так, основное настроение ясно!” – решила для себя Рози. Очередь сделала следующую подвижку, и она ловким движением ноги подсекла девицу с булкой. Та повалилась вперед на горожанку, машущую веером. Веер воткнулся стоявшей в соседнем ряду девице в мудреную прическу, поднялся такой визг, перепалка и ругань, что пришлось вмешаться самому главному церемониймейстеру.

– Это она мне поставила подножку! – верещала девица, выронившая во время падения булку, и обернулась, чтобы обличить Рози. – А где она?

Рози уже стояла на пять человек впереди и качала головой:

– Ну до чего же невоспитанные! А все королевами стать хотят!

– Имя, фамилия, титул, место жительства! – не отрывая глаз от списка спросил писарь, затем поднял глаза на Рози и поправился. – Имя, фамилия, место жительства!

– Розетта фон Эдегор, маркиза из Арании.

Писарь не удержал серьезного лица и прыснул со смеху.

– Какая ж ты маркиза из Арании?

– Ты пиши, пиши. Мар-ки-за фон Эдегор, – и пояснила с серьезным лицом. – Багаж свалился в реку дорогою, и унесло его в Гарунг. Не выловили. Жемчуга мои, бриллианты, подвески, ну, всю вот эту вот мелочь потеряли. А единственное сухое платье испачкала, пришлось со служанкой поменяться.

Она оттопырила мизинец так, как по ее мнению должны были делать маркизы.

Заскучавшего писаря это и вовсе рассмешило.

– Ну, маркиза, так маркиза! Мне-то что, – сказал он. – Записал.

– И, кстати, – манерно сказала Рози, – а у вас случайно претенденткам не предоставляется жилье?

– Только самым родовитым выделяются комнаты во дворце. Вам, как маркизе, должно это быть известно.

– Я и совсем позабыла, – ответила Рози, получая из рук писаря пропуск в дворцовые ворота, листок с расписанием и простеньким путеводителем по дворцу для кандидаток.

– И еще, уважаемая маркиза, – шепнул ей писарь, подмигивая, – делегация с благородными девицами из Дукатии задерживается на три-четыре дня. А покои, говорят, уже приготовлены.

– А где эти покои находятся? – тоже шепотом спросила у него Рози.

Девушка воспряла духом: неужели, богиня все-таки протянула ей на ладони золотой в знак своего благоволения?

Прямо перед ней высилась громада королевского дворца. Казалось, что только один этот дворец занимал столько же места, сколько ее родной Мюлль. Она выдохнула, прижала к груди сумку с вещами и сделала шаг вперед, во внутренний двор.

Там кипела жизнь. Лакеи сновали туда сюда, нагруженные тюками вещей, то и дело происходила какая-то путаница, слуги сбивались с ног, горничные высокопоставленных дам выбегали и торопили лакеев, чтобы те поскорее доставляли парфюмы и пудры своим госпожам.

Рози заняла уголок для наблюдения и присмотрела себе один сундук, который залежался, забытый всеми. Из главных дверей вышло два запыхавшихся лакея в зеленых ливреях, означавших, что они предоставлены королем для помощи, а не прибыли с кем-то из знатных гостей. Рози мысленно попросилу Селестину о помощи и встала рядом с сундуком, уперев руки в бока.

– Эй, вы, двое! – крикнула она лакеям. – Подите-ка сюда! Вы как с вещами благородных дам обращаетесь? Почему тут сундук валяется? Вам повезло, что это я его первая увидела, а не кое-кто посуровее!

– А чей он? – почесал голову один лакей.

– Высокородных девиц Грифониди из Дукатии! Я их горничная. Сопровожу вас, а то опять все напутаете.

Лакеи зашли по разные стороны сундука присели, и крякнув, подняли:

– У вас что там в этом сундуке?

– У нас там все, – сказала Рози. – Вещей много, а сундуков мало. Пришлось укладывать поплотнее. Тащите, давайте!

– Куда тащить-то?

– А я почем знаю, где-то на втором этаже. Я еще не запомнила.

Лакей спросил у стоявшего у лестницы дворецкого, у которого от напряжения уже тряслись руки и бакенбарды:

– Вильгев, куда девиц из Дукатии определили?

Тот покопался в ворохе бумажек и указал нужное направление.

– Эй, – окликнул их дворецкий, – Грифониди разве не задерживаются?

У Рози мурашки пробежали по затылку. Она развернулась, чтобы в очередной раз насочинять с три короба, как дворецкого окликнули.

– Вильгев, Вильгев! Там ужас, что происходит! – кричала свесившись через перила лестницы упитанная женщина в переднике горничной. – Там дамы дерутся! Одной дали аппартаменты с собственным клозетом, а другой достались с общим на две комнаты!

Сверху донесся визг и обзывательства.

Дворецкий побежал наверх, побросав бумаги.

– Вильгев! – уже кричали ему снизу, – куда багаж с пометкой “Дюбро”?

– Вильгев, там с кухни тебя спрашивают!

– Вильгев, там одна герцогиня туфли свои сыскать не может! Где-то прислуга затеряла!

– Вильгев, Вильгев, Вильгев…

Кричали со всех сторон, и Рози могла бы биться о заклад, что девицы из Дукатии стояли в списке дел несчастного дворецкого далеко не на первом месте.

– Ну что встали? Идем! – подбодрила она лакеев.

Они дошли до красной двери с изображением трех роз на втором этаже дворца и занесли сундук, выдохнув с заметным облегчением.

– А ты симпатичная, – сказал ей лакей помоложе, – приходи сегодня вечерком на задний двор, знакомиться будем поближе! Я Финн. Меня тут все знают во дворце.

– Конечно, приду, – сказала Рози. – Ты, главное, не уходи, если сразу не дождешься. Жди. Обязательно буду.

– Ух ты! – обрадовался лакей тому, как легко сговорился с девушкой. – У меня девицы из Дукатии еще не было.

“И не будет”, – пробормотала Рози, закрывая за ними дверь на внутренний засов.

И тут же ахнула и завизжала от восторга. Просторная комната с тремя огромными мягкими кроватями, туалетный столик, роскошное зеркало в полный рост и платяной шкаф.

Она увалилась на кровать, скинув башмаки, и долго лежала, разглядывая потолок, украшенный лепниной. Но радоваться было слишком рано: нарядом девушка так и не обзавелась.

Внезапно мысли Рози озарила надежда: она подскочила и бросилась к сундуку, которой сослужил ей уже замечательную службу. Но к огромной незадаче, сундук от посягательств чужих оберегал небольшой,