Снежность Иве, или Господин Метелица - Вера Платонова

Глава восьмая, в которой Дагмар пьет чай, а Рози принимает решение

Фьорс, столица Фьоренхолле. Королевский дворец.

Колдун, чародей, маг, волшебник – все это есть названия человека, наделенного волей богини чудесным даром волшбы. Принято думать, что колдуны злы, волшебники добры, чародеи обязательно должны носить колпак со звездочками, а маги иметь длинную седую бороду и чудесный посох. Но все это условности, которые лишь отражают отношение людей к тому или иному одаренному. По какому признаку Селестина сеет зёрна дара в ту или иную судьбу – никому не ведомо, может быть, что-то необыкновенное видит в их дальнейших жизнях, а может, просто, разносит вместе с ветром, как маковые зернышки.

Убить чародея непросто – “маковых зерен” не так много у богини, чтобы она тратила их впустую. Поэтому каждый одаренный наделяется бессмертием. Если мы, конечно, ведем речь об истинном маге, а не простом заговаривателе капель для артефактории. Но и это утверждение не абсолютно: там, где есть человеческая воля, найдется обходной путь любому утверждению, пусть даже продиктованному высшими силами.

Бессмертие не было равно отсутствию боли и усталости, это Дагмар знал не понаслышке. За двести лет службы престолу Фьоренхолле его раз пять только пытались убить ножом, дважды сбрасывали с высоты, не единожды травили ядами. Бывали и стычки с другими магами, после которых оставались самые долго и скверно заживающие раны и шрамы, что не разглаживались даже волшебными средствами.

Серповидный след, оставленный на животе огненным магическим шаром, уже десять лет напоминал ему о том, что где-то в глубине самой темной чащи Брендонхольма, в укрытой от посторонних глаз природой и магией темнице, заточен колдун, когда-то наделенный самой великой силой, которую только встречал Дагмар.

В королевском дворце Дагмар занимал отдельный флигель с собственной библиотекой, в которой он чаще всего и находился. На балконе у него была обустроена обсерватория, где он вел наблюдения за небесными светилами. Сейчас Дагмар размышлял, расставляя и классифицируя по новой системе, книги на полках. Это занятие его успокаивало и настраивало мысли на нужный лад.

Под руку попалась невесть откуда взявшаяся тут колода с картами провидения – удел гадалок-шарлатанок, зазывающих в свои палатки на ярмарках юных девиц, которым за полсребрушки предсказывали скорое и успешное замужество. Он наугад вытянул из середины стопки карту. Под пестрой рубашкой скрывалось изображение меча.

Дагмар задумался над словами Селестины, которую он не распознал в облике маленькой нахальной сладкоежки с золотыми косами, о том, что иногда расположение звезд на небе – это лишь расположение звезд и не более того.

Так, может быть, и выпавшая карта – это всего лишь выпавшая карта? Может быть, да, а может, и нет. Дагмар взял любимую книгу, написанную одним из первых магов и великих мудрецов, и, направляя свои мысли на слово и образ меча, раскрыл на середине, ведя пальцем до случайной строчки. Предсказание гласило:

“На всякое зло найдется свой меч разящий”.

Меч разящий! Знать бы, откуда это зло пришло к ним.

Где-то в шкафу оставалось немного чая из листьев мудродуба. Он развел огонь под небольшим тигельком и скипятил воду. Всыпал туда остатки чая и выждал, когда вода примет силу волшебного дерева. Устроился поудобнее в старом кресле и сделал первый глоток, силясь не выплюнуть невыносимо горькую и вяжущую жижу.

Маг прикрыл глаза, отдаваясь на волю разума, памяти и интуиции. Если это старое знакомое зло, то разум обязательно приведет его к разгадке.

Словно со стороны увидел он, как бежит в облике зайца через болотные топи и чащу, где в назначенном месте встречает еще троих мужчин и одну женщину. Они наносят на кожу рук туда, где бьется жилка, специальные символы и становятся в кольцо. Крепкие рукопожатия замыкают их магическую силу.

У Ираидис, единственной среди них женщины, – дар пророчества. Это она увидела в своих снах, как колдун по имени Явор убивает всех магов Люзиорры по очереди, одного за другим. Но не все маги верят пророчествам, особенно таким глупым: убить бессмертных. Только четверо откликнулось на призыв Ираидис…

Дагмар, словно стоял на высоком холме и наблюдал, как там, на лесной опушке, пятеро творили магию, сначала снимая с черной башни покрывало невидимости, а затем нагревая ее, как большой котел. Потоком огня, они выкуривали того, кто находился внутри. Явор держался в осаде дольше, чем они рассчитывали, но все-таки не сдюжил, и попытался прорваться наружу. Темным облаком метнулся он из башни, но ударился о выставленный волшебниками купол. Тогда Явор принял человеческий облик, и закипела битва.

Вот он, Дагмар закрывает собой смуглого Хтирру, прибывшего из южных земель, которому нужно время, чтобы сотворить сложное заклинание разделения, и получает в живот огненный шар. Хтирру завершает плетение и бросает его в бьющегося в магических тисках Явора. Дагмар лежит на земле, ошалев от боли, и смотрит, как с истошным криком над черным шпилем башни кружит коршун. Коршун!

Да, колдуна убить очень сложно. Явора они даже не стали пытаться лишать жизни. Хтирру разделил память, разум и душу колдуна на пять частей, и каждую поместил в одного из волшебников. Тело Явора было заброшено внутрь башни, башня запечатана и снова сокрыта от случайных глаз покрывалом. Найди способ убить хранителя и частица колдуна вернется к своему хозяину, верни все пять частей – и он снова войдет в силу и обретет свободу.

Дагмар открыл глаза. Все маги, что участвовали в той битве, насколько он знал, здравствовали и находились каждый в своих землях. Способа, которым их должен был убить Явор они так и не узнали. Может быть, чего-то Дагмар не знал о самом Яворе?

Он поднялся с кресла, тряхнув головой, сбрасывая последние остатки видений. Тщательно прополоскал рот от отстатков горечи чистой водой и отправился проведать молодого правителя Фьоренхолле.

Тот отыскался в саду за позированием юному художнику.

– Я удивлен, мой друг, – сказал Максимилиану маг после короткого приветствия, – что портрет короля пишет не сам мастер Гиссарион, а его скромный ученик!

– Это портрет для рассылки по городам и весям нашей славной страны и не только! Для отбора! – закатив глаза, пояснил Максимилиан. –