Заветная для Его Высочества - Эльвина Мариани

— Подготовьте ее, — бросает он, кивая на меня. — Через пятнадцать минут приду — проверю.

Тристиан покидает комнату, но облегченно выдохнуть не удается.

— Урод, — шипит темненькая ему вслед, потирая шею.

Разворачивается ко мне и презрительно хмыкает:

Я незаметно взываю к магии. Даже не знаю, чья компания хуже: независимый дракон себе на уме

или две враждебно настроенные драконихи. А если они тоже не подчиняются Арманду?

Я напряженно слежу за девушками, чувствуя холод стихии на кончиках пальцев.

Рыжая смелеет с уходом наемника. Выходит из укрытия и небрежно кидает мне платье.

— Одевайся, прынцесса, — издевательски произносит темненькая, вызывая у рыжей смешок.

— Жених уже заждался.

Глава 7

— Долго ты там еще? — в дверь ванной раздается нетерпеливый стук.

Драконихи недовольны тем, что я слишком долго переодеваюсь, но я не могу найти в себе сил к

ним выйти.

За несколько минут они практически разгромили комнату. Разворошили шкафы, комоды в поисках

чего-нибудь ценного. Даже мое присутствие их не смутило, они, напротив, будто гордятся своими

разбойничьими замашками.

— Эй, прынцесса, уснула, что ли? — не унимается темненькая из девушек.

— Минуту! — дрогнувшим голосом произношу я.

Обессиленно потираю виски и смотрю в зеркало. Не узнаю себя в отражении.

Взгляд потухший, лицо бледное и осунувшееся.

Нервно мну подол белого свадебного платья, которое драконихи заставили меня надеть. Иначе

грозились отвести к Арманду прямо в сорочке.

Пышная юбка из фатина шуршит при каждом движении и занимает почти всю ванную комнату.

Подол и лиф платья украшены драгоценными камнями. На мой вкус слишком вычурно, но

драконам такое нравится. Для них чем больше блеска и роскоши, тем богаче и статуснее.

Глубоко вздыхаю: платье достаточно громоздкое и тяжелое, бежать в нем будет сложно. Зато

можно спрятать под юбкой нож. Только нужно его незаметно достать со шкафа и чем-то

закрепить.

Вытаскиваю из ящичка маленькие маникюрные ножнички и поворачиваюсь спиной к зеркалу.

Тянусь до атласных ленточек от корсета, срезаю небольшой кусочек.

— Прынцесса! — Дверь вздрагивает от удара. — У меня нет времени с тобой нянчиться. Или

выходи, или вышибу дверь.

— Я уже иду, — раздраженно бросаю я.

Обматываю вокруг запястья срезанную ленточку и прячу ее под ажурным рукавом.

На другой руке звякает кулон Себастиана.

Я невольно засматриваюсь на него. Цвет изумрудов кажется неестественно ярким.

Они будто горят изнутри.

Пальцы сами тянутся к сверкающим камням. Я вздрагиваю, когда касаюсь их. Кожу опаляет

жаром. Изумруды и правда горят.

Пульс взволнованно учащается. Грудь внезапно сковывает, вдох застревает в горле.

Меня накрывает волной эмоций: яростью, ненавистью, жаждой мести, удушающей тоской — они

сменяют друг друга со скоростью ветра. А еще боль. Ужасная, жгучая боль пронзает сердце и

душу.

Через мгновение все исчезает, будто и не было.

Я ловлю ртом воздух, пытаясь прийти в себя. Меня бьет мелкая дрожь, ноги подкашиваются. Я

опираюсь ладонями о раковину и распахиваю глаза, глядя на себя в зеркало. На лбу выступила

испарина. Во взгляде страх и непонимание — что это было? Это не мои эмоции.

Неверяще смотрю на кулон, но вновь касаться изумрудов опасаюсь.

Слух улавливает ругань в комнате. Из-за случившегося я не услышала, как пришел наемник.

Драконихи с ним пререкаются и о чем-то спорят, не стесняясь в выражениях.

На ватных ногах подхожу к двери и прислоняюсь к ней лбом. Устало прикрываю глаза.

Вслушиваюсь. Девушки обвиняют меня в избалованности и строптивости.

Наемник что-то говорит, но я не могу разобрать. Меня все еще трясет после странного приступа.

Раздается грохот, топанье ног, чей-то взвизг. Голоса отдаляются.

Я приоткрываю дверь и быстро обвожу комнату взглядом. Все перевернуто вверх дном. Дверь

спальни распахнута. Девушки ругаются с наемником в коридоре.

Бросаю взгляд на шкаф. Понимаю, что другого шанса не будет.

Устремляюсь к нему. Платье шуршит и цепляется за разбросанные вокруг вещи.

Суетливо встаю на стул и достаю нож.

В коридоре внезапно стихает.

Лихорадочно поднимаю подол и креплю нож на подвязке чулок. Для надежности обматываю

ленточкой вокруг бедра.

— Готова? — раздается за спиной.

Испуганно выпрямляюсь, не успев до конца затянуть ленту. Спешно поправляю подол.

Оглядываюсь через плечо.

Наемник стоит на пороге. Холодный взгляд скользит по мне от макушки до пят — он откровенно

разглядывает меня. А я нервно сглатываю. Надеюсь, он не станет меня обыскивать.

— Идем, — велит он.

Мы неспешно шагаем по коридору замка.

Я стараюсь не смотреть на погромы, учиненные драконами. Пытаюсь сосредоточиться на побеге.

Цепкий взгляд напряженно ищет возможность, подмечает каждую деталь: центральный выход

перекрыт, у северного крыла стоит дракон, проход в восточное крыло завален всяким хламом.

Я ступаю осторожно, маленькими шагами, так как от каждого движения лента на бедре слабеет, и

нож начинает ходить из стороны в сторону.

Наемник меня не торопит. Он странно отстранен, выглядит так, словно на прогулку вышел, а не к

главарю клана меня ведет.

Когда мы сворачиваем в сторону тронного зала, я осознаю, что выхода нет. Сбежать не получится, по крайней мере, до церемонии.

Меня накрывает тихой паникой.

Мы останавливаемся перед закрытыми дверями. Слух улавливает гомон голосов из зала. Драконы

все там. Во главе с Армандом.

Я смотрю на наемника, на его профиль в маске.

— Почему ты с ними? — тихо спрашиваю я. — Ты ведь не признаешь в Арманде лидера. Значит, не подчиняешься.

Дракон переводит на меня взгляд. А меня внезапно накрывает такое страшное отчаяние, что я

решаюсь на дерзкий шаг.

— Тристиан, — в запале шепчу я и осторожно касаюсь его локтя. — Дай мне уйти?

Ты ведь можешь ослушаться Арманда. Я вижу, что ты его не боишься.

Наемник буравит меня взглядом. Глаза холодные и колючие. Хоть бы что-то дрогнуло в них, хоть

крупица сострадания, но нет. Они остаются непроницаемыми.

— Если не поможешь сбежать, — прерывисто бросаю я, — я все расскажу Арманду.

Наемник поднимает бровь.

— Он узнает про твою ночную самодеятельность с чаем. Узнает, что ты не признаешь в нем

главаря клана. — Инстинкт самосохранения вопит заткнуться, но отступать уже поздно. — Вряд ли

Арманда это обрадует. Ты знаешь, что главарь не терпит независимых драконов. Они угрожают

его авторитету.

Голос срывается от волнения.

Я напряженно жду реакции наемника. От адреналина сердце стучит в висках.

Подумать только, я угрожаю дракону!

Наемник хмыкает. Вокруг глаз появляются лучики морщинок.

Я изумленно понимаю, что он улыбается. Не злится, а смеется надо мной.

— Расскажи, если хочешь, — он невозмутимо пожимает плечами и распахивает двери в тронный

зал.

Гул голосов резко смолкает. Драконы оборачиваются, расступаются и образуют передо мной