Жена Убийцы Короля - Марина Парфёнова

Алисия протянула Сонет два ару.

— Прошу, пусть это станет оплатой вашей работы и доказательством того, что совсем скоро мы вернёмся с материалами. Не отказывайтесь, не отказывайтесь, иначе буду обижена на вас. Просто подождите нас здесь, а после приступайте к работе.

Они оставили ошеломлённую, немо разевающую рот Сонет, и отправились на хорошую половину рынка. Найдя там приятный на ощупь шёлк, взяли три рулона и отнесли его швее, наблюдая, как та тут же очнулась. Вскочив, Сонет быстро сняла с них мерки, записала их и адрес, а после рассыпалась в миллионе благодарностей. Алисия почти сбежала, поняв, что глаза девушки на мокром месте. Она хотела бы закончить всё как можно быстрее и спокойней, и выдохнула, стоило мадемуазель уйти.

Молчащая большую часть этой прогулки, Саманта наблюдала за уходом их новой знакомой. Только когда Сонет скрылась за углом, Сэм повернулась к госпоже, почтительно, неглубоко кланяясь.

— Я премного благодарна госпоже… Алисии за её щедрость и заботу обо мне. Хочу сказать, что не стою ваших усилий и боюсь потратить их зря.

— Глупости. Разве ты чем-то хуже других слуг, что должна ходить в том убожестве? — отмахнувшись, Алисия развернулась, кивая Саманте. Без слов предлагая идти вровень с собой, чтобы продолжить их беседу.

— И всё же, я чувствую, что вам не следует тратиться так на меня. И… — она запнулась, отводя взгляд и прикусив губу. Вид этот мог очаровать любого, и Алисия смягчилась, потянувшись и погладив по плечу героиню, предлагая продолжить. Что бы Саманта ни сказала, Алисия не сможет злиться на ту, за чьи жизнь и чувства беспокоилась вот уже как пять лет больше, чем за свои. — Уверены ли вы, что стоило заказывать в этом месте? На главной улице столько торговцев с прекрасной репутацией, столько великолепных швей и мастериц на все руки, но вы отдали больше двадцати ару людям из такого страшного места, где, кажется, зубов торгашей меньше, чем посетителей на соседней части рынка. Вы не боитесь, что бывший барон Куапель растратит ваши средства и не вернётся? Или что Сонет справится с такой тяжёлой работой и не испортит шёлк?

Знала бы Сэм, как приятно её слушать в этот момент. Как приятно, что мысли их совпадают. Читая и перечитывая арку с рынком, даже зная общий исход, нередко Алисия думала, как рискованно было довериться людям с этого места, как стоило бы всё же переждать немного времени или скрыть лицо Эйдана каким-нибудь платком и спокойно пройтись по светлой улице. Тогда, скрываясь от стражи и одновременно ища ткани и мастерицу для создания платья на Саманту, парочка положилась на чутьё принца. И чутьё не подвело.

— Доверять людям с такой улицы — то же самое, что делать прыжок веры, получив от кого-то слово, что тебя поймают, не зная, стоит ли этот кто-то снизу или толкает спереди. Сейчас моё решение может показаться тебе глупым и необоснованным, но просто доверься, если я говорю, что всё будет хорошо. Сонет и Франциск ещё смогут тебя удивить, — она слегка сжала ладонь Сэм, после чего отпустила её, оглядываясь. — А теперь, скажу тебе, я без понятия, куда нам идти. Ты знаешь, где найти мебель? Поверь, мы ещё заставим дражайшего Самуила пожалеть, что он дал нам в распоряжение столько, сколько дал.

Настроение заметно улучшилось, азарт завладел ею. Теперь, не имея точной цели и закончив с важными делами, Алисия жаждала рассмотреть каждый столик на улице, познакомиться с торговцами и узнать все самые свежие сплетни. Ведь это не рынок, а настоящий базар, когда дело касается разговоров. Богатеи не держат языки, торговцы — и подавно, каждый третий — шпион, каждый четвёртый — цель, а значит, и сказать может прелюбопытнейшие вещи. Ничто не позволит ей лучше узнать свой новый мир, будущий дом, чем это наполненное обществом место.

Саманта её не подвела, сразу отведя к большому шатру со всевозможной мебелью, где Алисия выбрала для себя диван и шкаф, ковёр, шторку для переодевания, тумбочку и ещё одно кресло к окну. Расплатившись, убрала немного монет со сдачи, чтобы использовать их в мелких лавочках, и поспешила выйти.

Алисию привлекало всё, и носилась она от одного к другому, едва успевая рассмотреть. Изящные фигурки из дерева теряли её интерес, стоило фарфору заблестеть на солнце, чайные сервизы наскучили, как только раздался звон музыкальных инструментов, флейты были забыты, заглушённые пением чудесных маленьких пташек в позолоченных клетках. Она покупала заколки и браслеты, нахваливая продавцов за столь чудесные товары, нюхала кофейные зёрна, отказываясь от них в пользу чая.

— У вас прекрасный вкус, леди! Этот чай, скажу вам по секрету, у меня заказывает даже Его Величество!

— Правда? Тогда я тем более должна его попробовать. Часто ли Его Величество берёт его у вас?

— Каждый месяц, леди, без него нельзя и представить королевского завтрака.

Серебряные браслеты, надетые по несколько штук, издавали чудесный звон при ношении, да только слегка висели на её кистях.

— У вас такие изящные руки, госпожа! Берите, берите, сделаю вам хорошую скидку. Знаете ли вы, что сама графиня Беатриче предпочитает покупать украшения именно у нас?

— Не сомневаюсь, что это так. Ваши браслеты мне по душе. Часто ли графиня ходит на рынок?

— Не очень, дорогая, но если и придёт, то всегда заглядывает к нам. Посмотрите на серьги, вот эти вам подойдут к лицу! Ну, разве они не красивы?

Она берёт и серьги, и даже небольшой золотой браслет, который передаёт Саманте. Со светлыми волосами и чуть загорелой кожей он выглядел на ней очень гармонично.

— Не проходите мимо, прекрасная мисс! У нас лучшие закуски, таких вы больше нигде не увидите!

— Разве? Но через два столика от вас такие же фрукты, они так же блестят на солнце своей сладкой корочкой, как и ваши.

— Я бы не посмел вас обмануть, прекрасная мисс. Тот обормот совсем не умеет отбирать фрукты, его снасти кислые и старые, а у нас только самые свежие, буквально сутра ещё висели на деревьях. У нас прекрасные поставщики.

— Вы можете мне их назвать? Если я знаю таких, тогда поверю вам.

— Конечно, фрукты нам привозят с южных полей, с территорий графа Микаэлиса.

Она покупает угощения, присаживаясь с Самантой в тени цветных зонтов и наслаждаясь сладким соком мандариновых долек и хрустящей сахарной корочкой, которой они покрыты.

— Алисия выглядит такой воодушевлённой, — закончив