Универсальные истины (ЛП) - Головачёв

— Думаю, это значит, что они расстались, — хихикнула Пэнси Блейзу, устраиваясь на сиденье рядом с ним.

Гермиона проигнорировала ее и немедленно подошла к Астории, лицо которой стало белым как полотно.

— Я должна была помочь тебе выбрать что-нибудь, прости, — тихо сказала она, подходя к ней.

Драко отреагировал быстрее и уже стоял там, положив руку на плечо Астории. Он мельком взглянул на Гермиону, когда та подошла.

— Позволь мне аккомпанировать тебе, — бормотал он Астории.

Казалось, Астор взяла себя в руки. Она накрыла своей ладонью руку Драко и посмотрела на них обоих.

— Все в порядке, — ровно произнесла она. — Со мной все хорошо. И я думаю, что нашла нужную композицию, — она слабо улыбнулась Гермионе, затем перевела взгляд на Драко. — Хотя мне понадобится помощь. Я бы хотела сыграть на гитаре.

Она встала из-за инструмента и жестом пригласила его на свое место. Малфой сел и посмотрел на ноты, а потом снова на Асторию. Она кивнула, когда Гермиона устроилась на соседнем диване.

Взяв гитару, Астория кашлянула и кратко представилась, хотя ее обычное игривое настроение немного потухло. Гермиона сжала пальцы. Ей очень хотелось вооружиться палочкой и остаться наедине с этой стервой Паркинсон или — еще лучше — Джеком Уикхэмом. Она заметила, что плечи Драко тоже были напряжены, оглянулась в поисках Дафны и увидела ее поджатые губы.

Но тут заиграла музыка. Гермиона мгновенно узнала знаменитую маггловскую песню, и ей стало интересно, многие ли собравшиеся слышали ее раньше. Это был реквием — о горькой, болезненной утрате любви, — и у Гермионы сердце разрывалось за Асторию, ее выбор песни и за саму себя, пока она слушала неземной голос младшей Гринграсс. И Драко, очевидно, тоже хорошо знал эту песню — то, как красиво звучали под его пальцами скорбные аккорды, не было похоже на простую игру по нотам. Вообще-то, она заметила, что он даже не переворачивал страницы перед собой. Он знал композицию наизусть.

Когда они закончили, несколько секунд в комнате было совершенно тихо. Потом Хэмиш выкрикнул: «Браво!», вызывая серию других восклицаний и восторженных аплодисментов. Гермиона присоединилась и, оглядевшись, увидела, как большинство гостей вытирают глаза. По крайней мере, она была не одна. Грейнджер провела пальцами под нижними ресницами, как раз когда Драко повернулся и посмотрел прямо на нее. Она резко вздохнула. Его обычная маска спала, и Гермиона могла видеть все неприкрытые эмоции. Ее сердце сжалось от боли и от крошечной щепотки чего-то еще.

Но тут к Драко подошел один из пожилых джентльменов, хлопнул его по спине и спросил о песне, прерывая их зрительный контакт. Драко встал и последовал за мужчиной в угол комнаты. Астория заиграла следующую мелодию, а потом еще несколько: волшебную песню, что-то свое гениальное и еще несколько маггловских композиций. Но на этот раз Гермиона думала не о музыке… а о лице Драко, когда тот закончил ту песню.

Неужели есть надежда?

До конца вечера у нее так и не появилось возможности остаться с ним наедине. А их прощания затерялись в вихре уезжающих в то же время гостей и обещаний встретиться с Тео и Дафной в Лондоне. Но Гермиона постоянно чувствовала на себе его взгляд и, выходя в ледяную ночь, наконец посмотрела ему в глаза. Да, она еще подумает обо всем на свежую голову, но в ней уже сформировалась уверенность, что им нужно поговорить.

Возможно, еще не все потеряно.

oOo

Двери закрылись за последним гостем, и Драко прислонился к ним, устало выдохнув.

В доме было тихо. Астория и Дафна легли спать, а Блейз уговорил Пэнси уехать в Лондон и продолжить банкет там. Она резво согласилась на это предложение — заметная холодность ее друзей после небольшой вспышки об Уикхэме, казалось, привела к пониманию, что ей тут не рады.

Теперь с ним в тишине остался только Тео, который взял бокал и графин и налил себе порцию.

— Будешь?

Драко кивнул, оттолкнулся от двери и, приняв бокал из рук Нотта, опустился в кресло возле камина. Тео сел напротив и со вздохом откинулся назад на потертую кожу.

Они сидели и пили в тишине, единственными звуками в доме были треск пламени и поленьев и странный скрип половицы над головой. Огонь почти загипнотизировал Драко, который не отрывал взгляд от яркого сияния, вспоминая события вечера. Наконец, он вздохнул и тихо заговорил.

— Так… что ты думаешь?

Тео осушил свой стакан и поднялся с кресла.

— Я думаю, тебе стоит пойти и поговорить с ней.

Драко посмотрел на него, задержав взгляд на несколько секунд, кивнул и снова повернулся к огню. Тео крепко сжал рукой плечо Драко и направился к лестнице.

oOo

Гермиона сидела в холле гостиницы в ожидании Хэмиша и Чарли, потягивая чай и кроша булочку. Они уже освободили свои номера и собирались покинуть деревню в течение часа, но Хэмиш в последнюю минуту решил сходить в художественную галерею, чтобы присмотреть картину для их дома в Румынии.

— Не то чтобы у него будет право голоса, — сказал он Гермионе, ожидая Чарли. — Но я хочу убедиться, что он хотя бы не ненавидит вещи, на которые я потрачу кучу денег.

Ребята, конечно, просили ее пойти с ними, но она отказалась, чувствуя себя неспособной в данный момент делать осознанные наблюдения об искусстве. На самом деле, она даже обрадовалась, что отпуск почти закончился — ей нужно было побыть наедине с собой. Нужно было закрыться в своей комнате со своими книгами и своими вещами и подумать… А может, время размышлений закончилось.

Она нетерпеливо развернулась к окну и вытянула шею, чтобы посмотреть на улицу. Ну, где их носит? Они уже должны были вернуться. Вдруг со стороны двери послышался звук шагов, и она повернулась.

— Ну, након… — слова замерли на ее губах, потому что вместо Хэмиша и Чарли в дверном проеме во всей своей красе стоял Драко.

Гермиона лишь пискнула от удивления и так и осталась сидеть с приоткрытым ртом.

— Привет, — первым подзоровался он.

— Привет, — ее голос был слишком высоким. Она внутренне съежилась и приказала себе успокоиться. — Эм, привет, ты… эээ… пришел пообедать?

— Нет, — он сделал шаг в комнату. — Я хотел проводить вас.

Драко сохранял нейтральное выражение лица, но его слова вызвали трепет в груди Гермионы. Она несколько раз моргнула, а ответ, который она хотела дать, попал в сеть нервозности и застрял на полпути.

— Вы ведь уезжаете сегодня?

— А? Да. Мы уедем в течение часа. Хэмиш и Чарли