Скамейка для влюбленных - Элизабет Пауэр

Дыхание ее все еще не восстановилось после неожиданной и волнующей сцены в лифте. Или она ожидала поцелуя? Вопрос этот волновал и тревожил. Маджента быстро поняла: она хотела этого. Боже милосердный, она хотела, чтобы Андреас ее поцеловал!

Когда Андреас посторонился, пропуская ее в роскошно отделанный кабинет, Маджента присвистнула. Здесь все было потрясающим: блестящий паркетный пол, внушительный стол красного дерева, мягкие кожаные диванчики, раскидистые растения и огромные окна.

– Откуда все это? Ты сорвал джек-пот?

Она смутно помнила скромный ресторанчик его отца, в котором Андреас был мальчиком на побегушках. Как ему удалось возглавить сеть эксклюзивных отелей?

– Ты же знаешь, я никогда не полагался на случай.

Крупный куш. Эти слова всплыли в ее памяти. Кажется, она как-то произнесла нечто подобное, когда Андреас рассказывал, чем он намерен заниматься.

– Думаю, тебе надо глотнуть бренди, – сказал он, направляясь к бару.

– Я не пью. – Если в ее жизни и были факты, которые она не помнила, этот факт Маджента не позволяла себе забыть. – Я видела, что алкоголь делает с людьми.

Андреас кивнул, зная, что заставляет ее так говорить. История ее матери.

Маджента, будучи подростком, яростно боролась с материнскими запоями.

– В таком случае я пошлю за кофе. – Андреас поднял трубку и глубоким властным голосом отдал распоряжение. – Садись, – предложил он.

Маджента стояла, вспоминая первую чашку кофе, которую молодой Андреас когда-то приготовил для нее. Нынешнему же Андреасу достаточно сделать заказ, чтобы ему принесли кофе.

– Итак, что случилось? – спросила Маджента, возвращаясь к прежней теме разговора. – Ведь ты хочешь что-то рассказать мне, иначе не привел бы меня сюда.

Если, конечно, в его намерения не входит продолжить с того места, на котором они остановились в лифте. Разум Мадженты отрицал это, но ее тело, ее предательское тело приветствовало эту мысль.

– Ты в безопасности – если думаешь о том же, что и я, – произнес Андреас. Его заявление настолько поразило ее, что она опустилась на один из роскошных, располагающих к отдыху диванчиков. – Я не собираюсь целовать женщину, которая столь явно выразила свое отвращение ко мне, как это сделала ты в лифте. – Он неверно понял ее реакцию. – Мне повезло, когда дядя, которого я никогда не видел, умер и оставил мне три ресторана в Италии, – продолжал он.

– Значит, ты все-таки веришь в удачу? – спросила Маджента, напоминая ему о том, что он никогда не полагается на случай.

– Тот, кому повезло, должен суметь воспользоваться этим.

– И ты, разумеется, сумел.

– Это был тяжелый труд – заставить те рестораны работать, а затем открыть новые, в Штатах, где я прожил пару лет. Затем я все вложил в сеть небольших отелей. В конце концов я очутился здесь. Ничего нет невозможного, если человек готов упорно работать.

В его голосе прозвучала обвинительная нотка. Маджента парировала:

– И не ставить все на внешнюю привлекательность, в чем ты, похоже, меня обвиняешь.

Андреас посмотрел на нее в упор, но не стал это комментировать. Он подошел ближе.

– Расскажи мне о своем сыне, – без каких-либо преамбул предложил мужчина. – Это тебе не пикник – одной воспитывать ребенка.

Его слова что-то пробудили в ней, но что именно – Маджента не поняла. Она лишь ощутила неожиданный страх. У нее не было ни малейших сомнений в том, что, если бы Андреас узнал, что Тео его сын, он без колебаний попытался бы его отобрать.

– Что… что тебя интересует? – пробормотала она, опуская глаза, так что ресницы легли полутенями на ее нежные щеки. Заметил ли он, как она напряглась? Между густыми черными бровями Андреаса пролегла морщинка. Догадался ли он о ее нежелании обсуждать с ним сына и о причинах, вызвавших это нежелание?

– Рашфорд бросил тебя, когда ты была беременна?

Значит, он по-прежнему настаивает на том, что Маркус Рашфорд был ее любовником. Мысль о том, что она могла спать с агентом-эксплуататором, вызвала у Мадженты тошноту, хотя Маркус был весьма привлекательным молодым мужчиной. Но проще признать правоту Андреаса, чем объяснять ему, что отец – он.

– Если это заставит тебя испытать удовлетворение, поверь этому, – пробормотала молодая женщина.

Андреас скривил рот:

– Рашфорд хотя бы видится со своим сыном?

Губы Мадженты пересохли. Она взмолилась, чтобы как можно скорее принесли кофе. Ей необходимо было собраться с силами.

– Его зовут Маркус. Нет, он не видится с Тео.

– Что? Никогда?! – ужаснулся Андреас.

– Никогда, – подтвердила Маджента, решив положить конец этому разговору. – Насколько я пониманию, другой вакансии нет, – сменила она тему. – Ну, ты показал мне, как хорошо устроился. – Она встала. – И убедился, что ходившие обо мне слухи – правда. Думаю, мне пора. – Чтобы сохранить лицо, она повернулась к Андреасу и сказала: – Это была не единственная работа. У меня сегодня состоится еще одно собеседование.

Маджента не успела дотронуться до дверной ручки, когда мужской голос у нее за спиной уверенно произнес:

– Лгунишка. Я не стал бы тем, кем стал, если бы не научился разбираться в человеческих эмоциях. Женщина ни за что не сорвется так, как ты, если у нее есть на примете другая вакансия. Ты же связала все свои надежды с работой, которая тебе не по зубам.

Вот, значит, как он думает? Что она не справится с обязанностями помощника менеджера по маркетингу?

– Я так не считаю, – возразила она. – И я не сорвалась там, внизу, как ты воображаешь.

– В самом деле? – Уголки его губ тронула слабая улыбка. – Конечно, ты сделала все возможное, чтобы заставить меня поверить в твою избирательную амнезию. Тем не менее я знаю тебя, Маджента. И знаю очень хорошо. Я не забыл, как начинают блестеть твои глаза, когда ты бросаешь мне вызов.

Андреас приближался к ней с грацией хищника, и Маджента задрожала. Это не могло укрыться от его взгляда.

– Не говоря уже о том, что ты дрожишь, – добавил он, остановившись в нескольких дюймах от нее.

Маджента хотела запротестовать и сослаться на его бурное воображение. Но не смогла. Андреас догадался, что несколько секунд назад она солгала.

Он играет с ней, словно кот с мышью. Она почувствовала, как глаза снова начинает жечь от слез. Нет, надо выбираться отсюда, пока она окончательно не уронила себя в его глазах.

– Всего хорошего, Андреас.

Он заслонил дверь своим телом. У Мадженты не было возможности дотянуться до дверной ручки.

– Ты в самом деле думаешь, что я предложил тебе подняться сюда ради собственной забавы? – протянул он, поразив ее тем, что угадал ее мысли. Значит, он действительно хорошо знает ее.