Скамейка для влюбленных - Элизабет Пауэр

– Если я скажу «нет», как ты поступишь?

Ланч состоял из салата с лососем, свежеиспеченного пеклеванного хлеба, большого куска яблочного пирога со сливками и свежих фруктов. Все это, за исключением фруктов, которые Маджента решила пока отложить, она съела с большим удовольствием.

– В отличие от тебя моя экономка не противоречит мне при любой возможности, – заметил Андреас, уголок его рта дернулся вниз. – Я пригласил бы тебя на ланч или, по крайней мере, присоединился бы к тебе, но в сложившихся обстоятельствах не думаю, что это хорошая идея.

Должно быть, он имел в виду момент слабости, накативший на них в его спальне. Теперь же Андреас выглядел как обычно, уверенным и спокойным.

– Да, верно, – протянула Маджента, делая вид, что согласна с ним.

Но сердце у нее болело. Пока она принимала душ, ее измучили картины того, что произошло в бассейне.

В эту минуту зазвонил телефон. Андреас взял трубку и нетерпеливо бросил:

– Висконти слушает.

Судя по его отрывистым репликам, случилось что-то серьезное.

– Мне нужно уехать, – заявил он, положив труб ку. – Я не знаю, когда вернусь. Переадресовывай телефонные звонки, на которые ты не сможешь ответить, мне.

Маджента слушала, как стихает вдали рокот мотора его «мерседеса». Затем она тихо поднялась наверх, в комнату Андреаса.

Подойдя к книжным полкам, молодая женщина взяла потрепанный сборник стихотворений Байрона. Руки ее тряслись так сильно, что она едва могла переворачивать страницы. Из книги выскользнул листок бумаги. Не успев ничего прочитать, Маджента вдруг вспомнила, что там написано.

«Моей Маджи. С любовью, Андреас».

Ее рука метнулась ко рту, заглушая готовый сорваться крик. Как она могла забыть, что он подарил эту книгу ей? Только Андреас называл ее так – «моя Маджи».

Слезы полились по щекам, и Маджента поняла, что плачет. А затем поняла, что искала в своих снах, что потеряла. Она потеряла любовь. Любовь Андреаса.

Глава 5

Лицо Андреаса было хмурым, когда он вышел из кабинета менеджера по кадрам. Таким же хмурым оно было, когда он разговаривал по телефону с ее помощницей.

– У меня для вас неприятная новость, – сказала Лана Барлифорн. – Она касается Мадженты Джеймс. Похоже, мисс Джеймс намеренно скрыла от нас кое-какую информацию, и Франсис считает, что вам следует это знать. Она не объяснила, в чем дело, только намекнула, что, если бы вам это было известно, вы не приняли бы ее на работу.

Андреас уловил нотку триумфа в голосе Ланы. Ему было известно, что Лана увлечена им, и это приводило его в смущение. К тому же он не забыл, как она поджала губы, когда он сказал, что сам решит все проблемы Мадженты.

– Франсис не позвонила вам сама, – продолжала Лана, – потому что она на встрече, но она хочет поговорить с вами сразу, как только вы приедете в офис.

После звонка Андреас гнал машину так, словно его преследовали демоны. Его беспокоило, что стало известно Франсис и почему она не может сообщить об этом своей помощнице.

В пути Андреас думал о многом. О том, как изменилась Маджента. О ее поведении с тех пор, как они стали работать вместе. О странных приступах амнезии, если разговор принимал неприятный для нее оборот. Наконец, о томике Байрона. Маджента вела себя так, словно никогда не видела эту книгу, не говоря уже об ужасной сцене, разыгравшейся шесть лет назад. Она заметила потрепанный переплет, однако ни слова не сказала о том, почему книга в таком состоянии. Словно она об этом напрочь забыла.

Андреас намеревался обсудить с ней это за ланчем, но, почувствовав, что вновь угодил в паутину ее чар, поспешил погрузиться в работу. Ему потребовались время и пространство, чтобы собраться с силами. А потом позвонила Лана.

Он возвращался домой в час пик. Система кондиционирования в машине работала на полную мощность, борясь с жарой. Лицо Андреаса оставалось хмурым.

Он начал подозревать, что провалы в памяти Мадженты не были наигранными. Но чем они вызваны? Не ступила ли она на ту же дорожку, что и ее мать? А может, даже похуже?..

Андреас нажал на тормоз, избегая столкновения с впереди идущей машиной. Он прибавил скорость и, включив сигнал поворота, обогнал вставший на его пути автомобиль. «Мерседес» поглощал милю за милей, приближая его к Мадженте. Но от новостей, услышанных от Франсис, у него было муторно на душе.

Маджента наткнулась на маленькую деревянную скамейку случайно. Та пряталась в зарослях дикой жимолости.

Место для влюбленных, предположила Маджента, подставляя лицо солнцу и едва справляясь с желанием спустить с плеч белую блузку. Запах травы и цветов дурманил голову, ручей весело журчал рядом.

Спокойствие природы передалось ей. Это было необходимо. В ее мыслях воцарился сумбур после того, как она взглянула на ту книгу.

Как она могла забыть, что Андреас подарил томик Байрона ей? Это был эксклюзивный выпуск. Андреас купил книгу для нее, зная, как она любит Байрона. Должно быть, он отдал все деньги, ведь тогда он зарабатывал немного. Но почему он не напомнил ей об этом? Не сказал хоть что-нибудь? И что книга делает на его полке, тем более в таком состоянии?

Как ни напрягала Маджента память, та упорно отказывалась работать. Вздохнув, молодая женщина сдалась и собралась идти в дом. Ее сердце на миг замерло, а затем забилось с бешеной силой, когда, обогнув заросли жимолости, она едва не столкнулась с Андреасом.

На нем не было галстука, белая рубашка с короткими рукавами была расстегнута на несколько верхних пуговиц. Пиджак бледно-серого цвета также был расстегнут, а превосходного покроя брюки подчеркивали поджарую фигуру.

– Маджента! – В его голосе звучали странные нотки. – Миссис Кокс сказала мне, что я, возможно, найду тебя здесь.

И смотрел он на нее тоже с каким-то странным выражением. Маджента насторожилась, однако улыбнулась:

– Да, я посидела немного в тишине.

Взгляд Андреаса опустился на ее горло, и она со смятением подумала, что, должно быть, он заметил шрам. Маджента подавила желание закрыть его руками и пожалела, что расстегнула блузку. Но откуда ей было знать, когда вернется Андреас?

– Как съездил? – занервничав, спросила она. – Как прошла встреча?

– Встреча прошла успешно.

Тогда почему он не выглядит довольным? Андреас казался усталым и взвинченным, но ничуть не менее привлекательным и желанным. Таким желанным, что ей пришлось отвести взгляд в сторону и молить Небеса, чтобы он не заметил, как напряглись ее соски. Затем словно гром среди ясного неба прозвучал его вопрос:

– Почему ты не сказала мне, что у тебя было кровоизлияние в мозг?

В горле у нее пересохло.