И исходит дьявол - Деннис Уитли

— Возможно, — медленно произнес Итон. — Но, исключая рассказ Мэри Лу, все свидетельства — многовековой давности и перемешаны с разного рода предрассудками и просто сказками.

В дебрях сибирских лесов и индийских джунглей вера в подобные вещи может, возможно, стимулировать элементарное выживание, поэтому-то и поддерживает легенду снова и снова. Но ты не можешь мне указать случай, в котором целый ряд людей под клятвой уверяют, что такое случается в цивилизованной стране и в наше время!

— Не могу? — де Ришло с печалью в голосе рассмеялся. — А дело в Аттенхейме, недалеко от Страсбурга. Фермам в этой окрестности стал досаждать одинокий волк. Это продолжалось в течение нескольких недель. Чтобы покончить с разбоем, послали за полицейским из специального отряда. Волк напал на полисмена, и тот выстрелил, убив зверя наповал. А когда склонился над трупом, обнаружил, что перед ним лежит местный юноша. Несчастного следопыта судили за убийство, хотя он клялся всеми святыми, что это было какое-то наваждение и что стрелял он в волка. Все местное население пришло свидетельствовать в его пользу — что убитый часто хвастался до этого своей способностью менять обличье.

— Эта история из пятнадцатого или шестнадцатого века? — буркнул Ричард.

— Ни из того, ни из другого. Это случилось в ноябре 1925 года.

ЧЕРНЫЙ ТАЛИСМАН

Какое-то время де Ришло все еще прохаживался взад и вперед, терпеливо отвечая на вопросы Ричарда и выстраивая свои аргументы в пользу признания того, что существует-таки сверхъестественная сила, влияющая на человечество, пока к ним не присоединилась Мэри Лу. Карие глаза Ричарда уже больше не выражали подтрунивающего юмора, которым светились час назад.

Объяснения герцога были такими ясными и понятными, что Ричард был вынужден по крайней мере поддержать его суждение. Он даже поймал себя на мысли, что почти поверил в то, что Саймону и в самом деле угрожает опасная и могущественная сила и потребуется все их мужество, чтобы противостоять ей ночью.

Пробило восемь часов. Спустились сумерки, и деревья в глубине сада ушли в тень. Однако, несмотря на приближение темноты, они не чувствовали какого-то особенного страха. Похоже, что продолжительный разговор прояснил ситуацию и даже укрепил их внутреннюю связь.

По предложению Мэри Лу они прошли в столовую и сели за холодный ужин. После очень скромного питания в течение дня каждый чувствовал, что не прочь бы поесть и поплотнее, но уже без дальнейших предупреждений де Ришло они признавали серьезность ситуации и сознательно умеривали свои аппетиты. Даже Ричард не стал есть больше одной порции своих любимых креветок.

Когда закончили с едой, герцог наклонился к хозяину.

— Я думаю, библиотека будет лучшим местом для проведения экспериментов, и мне потребуется самый большой, какой У вас только есть, кувшин со свежей водой, несколько стаканов и хорошо бы еще и фрукты.

— Несомненно, — согласился Ричард и посмотрел на дворецкого. — Позаботься об этом, пожалуйста, Малин.

Затем он отдал четкие распоряжения о том, чтобы ни под каким предлогом им не мешали до утра.

Когда Ричард очень недвусмысленно пожелал своей прислуге «спокойной ночи», все перешли в библиотеку, и де Ришло, несмотря на то, что неплохо знал комнату, осмотрел ее с новым интересом.

Удобные диваны и огромные кресла располагались по периметру на полированном дубовом паркете. Пара глобусов занимала два угла, большой овальный стол из красного дерева, сработанный еще в восемнадцатом веке мастером Чиппендейлом, стоял перед широким французским окном.

— Мы должны очистить комнату — мебель, гардины, все! — сказал герцог. — И мне потребуется все необходимое, чтобы натереть пол.

Трое мужчин начали вытаскивать мебель в холл, а Мэри Лу искала инструмент в кладовой.

Четверть часа они работали в полном молчании, пока в комнате не остались только ряды книг.

— Я извиняюсь, что подвергаю сомнению добросовестность вашей прислуги! — улыбнулся герцог, обращаясь к Мэри Лу.

— Но мне бы хотелось, чтобы комната была осмотрена самым тщательным образом, особенно пол, поскольку дьявольские эманации могут зацепиться за любую пылинку. Пожалуйста, Принцесса, проделайте это, пока я схожу еще раз позвонить в гостиницу, узнать, не вернулся ли Рекс.

— Конечно, Сероглазка, идите, — согласилась с ним Мэри Лу, и они втроем принялись за приборку. Вскоре к ним присоединился и де Ришло.

Наконец пол стал настолько чист, что на нем можно было смело обедать.

— О Рексе никаких новостей, к сожалению, — медленно проговорил герцог. — Я должен был отключить телефон на случай, если вдруг он зазвонит, а Малин все-таки посчитает своим долгом разобраться, в чем дело, и войдет. А теперь нам лучше пойти наверх и переодеться.

— Во что? — поинтересовался Ричард.

— В пижамы. Я надеюсь, что у тебя их достаточное количество. Видишь ли, никто из нас сегодняшней ночью не должен быть в одежде, запыленной даже чуть-чуть, а пыль непременно появляется на одежде, даже если носишь ее всего несколько часов.

— А мы не замерзнем? — несмело спросил Саймон, явно опечаленный новой перспективой.

— Я дам тебе длинные шерстяные носки и плащ, — попытался успокоить его Ричард.

— Носки — пожалуйста, но только свежевыстиранные, однако никаких плащей, накидок или обуви, — тут же предупредил герцог. — Тем не менее нам ничто не мешает надеть под пижамы по паре нижнего белья. Здесь главное, чтобы все было абсолютно чистым.

Вся компания направилась наверх. Мужчины оккупировали спальню Ричарда, где основательно перетряхнули его гардероб. Некоторое время спустя к ним зашла Мэри Лу.

— А теперь делаем рейд за постельным бельем, — сказал де Ришло. — Подушки нам не подойдут, но и голый пол меня тоже не прельщает, поэтому мы возьмем вниз побольше простыней и одеяла. Вот из них мы и соорудим сиденья.

Они вернулись в библиотеку и, усевшись на свои охапки белья, наблюдали, как де Ришло извлек из чемодана кусочек мела, рулетку и футовую линейку. Отметив точку в центре комнаты, он попросил Мэри Лу подержать один конец рулетки и, отмерив точно семь футов, рулеткой же, как циркулем, очертил мелом на полу большой круг.

Затем рулетку удлинили и начертили внешний круг. После этого началась наиболее трудная часть операции. Необходимо было вписать пятиконечную звезду между этими двумя кругами. Но, как объяснил герцог, вся эта фигура обладает наибольшей защитной силой только тогда, когда она выполнена с непременным соблюдением всех углов между осями и расстояниями по ним. Если же геометрические пропорции соблюдены не будут, то пятиугольник будет не только бесполезен, но и опасен.