И исходит дьявол - Деннис Уитли

— Я думал, у Рекса больше здравого смысла! — воскликнул он в отчаянии. — Мы сейчас же должны позвонить.

Ричард позвонил мистеру Уилкесу, но хозяин гостиницы смог сообщить совсем немного. Молодая женщина пришла около трех, а американский джентльмен присоединился в ней вскоре после этого. Затем они вышли в сад, и с тех пор их никто не видел.

Де Ришло сердито повел плечами.

— Дурачок молодой. Я-то думал, он уже достаточно насмотрелся этих ужасов, чтобы осознать всю опасность прогулок с этой женщиной. Один против ста, что она подсадная утка Мокаты, если не больше. Я только молю бога, чтобы он вернулся до наступления ночи. Где сейчас Саймон?

— С Мэри Лу. Они наверху, в детской, я думаю, укладывают Флер спать после купания.

— Хорошо. В таком случае идем наверх. Флер нам очень может помочь сегодня.

— Флер?! — изумился Ричард. И герцог стал объяснять:

— Молитвы девственной женщины особенно имеют силу в таких случаях, и чем она моложе, тем сильнее ее излучения. Поэтому такой ребенок, как Флер, которая достаточно взрослая для молитвы, но абсолютно безгрешна во всех отношениях, — это и есть почти идеальное человеческое существо. Ты ведь должен помнить слова Господа нашего: «Пока не станете как дети малые, не войдете в Царство Божие». У тебя нет возражений, чтобы я приобщил ее?

— Конечно, нет, — сразу же согласился Ричард. — Чтение молитвы за спасение Саймона вряд ли может повредить ребенку. Давай пройдем через библиотеку.

Семь сторон огромной восьмиугольной комнаты были до потолка уставлены книгами, а восьмая состояла из широких французских окон и двери, через которые полдюжины каменных ступеней выводили на террасу, а за ней виднелась часть сада.

Ричард направился к одной из стен с книгами и нажал на золоченую шапочку кардинала на обложке книги. Низкая дверь, замаскированная под фальшивыми корешками книг, широко раскрылась, открывая узкую винтовую лестницу внутри массивной стены. Они поднялись по каменным ступеням и через несколько мгновений были уже в детской Флер.

Сама детская была пуста, но они нашли Саймона в ванной комнате. Поверх костюма он был повязан фартуком Нанни и спокойно купал Флер. Тут же на краю ванны сидела Мэри Лу и давилась от смеха. Это была операция, которую Саймон проделывал каждый свой визит в Кардиналз Фолли и к которой Флер привыкла и воспринимала как должное. Купание ребенка было привилегией, которую де Ришло никогда не испрашивал, поэтому, когда он вошел, Флер выказала такие знаки девичьей скромности, которые казались весьма удивительными для ее возраста.

— О, мамочка, — воскликнула она. — Он не должен смотреть на меня, да ведь? Потому что он мужчина.

На это вся взрослая компания отреагировала взрывом смеха.

— Пусть он уйдет, — настаивала в возбуждении Флер, встав на ноги и прижимая огромную губку к груди.

Делить было нечего, и де Ришло улыбаясь вышел обратно в детскую вслед за Ричардом. Через несколько минут присоединились к ним и остальные. Здесь герцог торопливым шепотом сообщил что-то Мэри Лу.

— Конечно, — ответила она. — Если это поможет, делайте все, что считаете нужным. Я выпровожу Нанни.

Подойдя к Флер, де Ришло улыбнулся:

— Мама смотрит на тебя, когда ты молишься по вечерам? — мягко спросил он.

— Да-а, — пролепетала она тихо. — А сегодня вы все можете послушать.

Он снова улыбнулся:

— А ты слышала когда-нибудь, как она читает свои?

Флер на мгновение сосредоточенно задумалась.

— Нет. — Она покачала своей темной головкой и серьезно посмотрела на него большими голубыми глазами. — Мама читает свои молитвы к Боженьке, когда я уже сплю.

Он спокойно кивнул головой и сказал:

— Понятно, но ты знаешь, сегодня мы будем читать молитвы все вместе.

— О-о-о, — пропела Флер. — Это как будто, что мы будем играть в новую игру, да?

— Нет, это не игра, миленькая, — вступила в разговор Мэри Лу. — Потому что молитвы — это всегда серьезно и мы должны думать именно то, о чем просим.

— Да, мы будем молиться сегодня очень серьезно и все встанем на колени в круг, а дядя Саймон будет посередине.

— Прямо как в игре «поцелуй в круге», — добавила Флер.

— Правильно, — согласился герцог, — или «стук почтальона». И ты будешь почтальоном. Только это все серьезно, и вместо того чтобы трогать за плечо, ты должна крепко держать за руку.

Затем все опустились на колени, и Флер протянула пухленькую ладошку Саймону, но герцог мягко положил ей руку на плечо.

— Нет, — прошептал он. — Левую руку, мой ангел, в правую руку дяди Саймона. И сначала ты скажешь свою молитву, а затем я прочитаю молитву для всех.

Они опустили головы и закрыли глаза, и первые строчки из «Отче наш» запинаясь сошли с детских губ. Затем была короткая заминка, подсказывающий шепот Мэри Лу и концовка на одном дыхании. После этого небольшие персональные благодарения за маму, папу, дядю Саймона и дядю Рекса, дядю Серо-глазку и дорогую Нанни прозвучали еще большей скороговоркой.

— Нет, нет, — прошептал де Ришло. — Я бы хотел, чтобы ты повторяла за мной все слово в слово. — И низким четким голосом он стал читать мольбы о том, чтобы Господь Всемогущий простил грехи рабов Его, и укрепил их от соблазнов, и не отринул их от лона власти Своей Всемогущей, и защитил от сил дьявольских, блуждающих в темноте, и даровал им Спасение бесконечным милосердием Своим, а в жизни сей увидеть славу утреннего света.

Когда все было сделано, Флер подняли, поцеловали и уложили в кровать между ее любимыми куклой и медведем. Затем спустились в гостиную Мэри Лу.

Де Ришло беспокоился за Рекса, но еще один звонок в гостиницу не принес ничего нового. Ван Рин не вернулся, и друзья молча расселись кружочком, слегка подавленные. Ричард был расстроен больше других, потому что это было время шерри, а герцог еще раз строго напомнил об алкоголе. Наконец он спросил:

— Ну и что бы ты хотел, чтоб мы сейчас делали?

— Нам следует пораньше поужинать, но слегка, — объявил де Ришло. — А после этого я бы попросил вас объявить Малину, чтобы никто из слуг не заходил в это крыло дома до завтрашнего утра. Скажи, если хочешь, что я собираюсь всю ночь проводить опыты с новым радио или телеприемником и нам ни под каким предлогом не должны мешать.

— Не стоит ли нам… э-э… отключить и телефон? — неуверенно предложил Саймон. — Ну на тот случай, если он вдруг зазвенит после того, как мы приготовимся.

— Да, с разрешения Ричарда, я сделаю это сам.

— Делай, как считаешь нужным, а я пойду к слугам, — согласился Ричард бесцветным голосом. — Но что ты называешь легким ужином?