И исходит дьявол - Деннис Уитли

— Что ты придумал? — крикнул он на ходу, впервые за несколько последних часов переходя на нормальный голос.

— Автомобиль! — де Ришло уже задыхался. Он тяжело перебежал через бугор, туда, где они оставили «хиспано». — Атаковать их, конечно, чертовски рискованно, но это, пожалуй, единственный реально оставшийся шанс.

Рекс первым подбежал к машине и распахнул дверцы. Герцог, нагнувшись, ввалился внутрь, сел за руль и включил зажигание. Двигатель мягко заурчал, и автомобиль, клюнув носом, перевалил через кромку холма.

— Встань на подножку, Рекс, — скомандовал де Ришло и выключил сцепление. К нему, казалось, полностью вернулось все его хладнокровие. — Шансы наши практически равны нулю, потому что, когда поедем вверх по противоположному склону, двигатель скорее всего заглохнет. Следи за мной. Как только я снова заведу мотор, сразу же включай фары. Когда будем ехать мимо этой твари на троне — брось распятие прямо в нее, а затем попробуй схватить и втащить в машину Саймона.

— Отлично придумано! — громко рассмеялся Рекс. Его уже больше ничего не сковывало, предстояла обычная опасная работа. — Вперед!

Автомобиль по инерции катился вниз, бесшумно набирая скорость. Не успели они и глазом моргнуть, как уже чуть не врезались в одного из беснующихся. Герцог завел двигатель, и Рекс не мешкая щелкнул выключателем. Мощные фары «хиспано» выбросили вперед два плотных пучка света.

Это было подобно удару молнии. Затихшая долина огласилась нечеловеческим ревом. Можно было подумать, что какое-то крылатое чудовище стремительно пикирует с небес прямо в центр взбесившейся людской массы. Разгул греха и порока предстал вдруг в ослепительном свете во всем своем безобразии. Огромная машина, подпрыгивая и качаясь из стороны в сторону, быстро мчалась вниз, выхватывая из темноты струящимся светящим потоком извивающиеся голые тела. Нога де Ришло до упора вдавила акселератор. Обращаясь мысленно ко всем высшим силам, он направил автомобиль на импровизированный трон с возвышающимся на нем Мендезским Козлом.

В первое ослепительное мгновение захваченные врасплох сатанисты ринулись кто куда в поисках укрытия. Эффект был просто потрясающий. Как будто окружающая их кромешная тьма неожиданно обернулась притаившимся кошмарным пугалом с двумя огромными сияющими глазами. Так же примерно реагирует какая-нибудь толпа протестующих, когда получает в лицо водяную струю из пожарного брандспойта.

Маниакальная экзальтация мгновенно спала. Одурманивающее воздействие алкоголя, зловонно смердящих трав и наркотикосодержащих втираний, которыми они умастили свои тела, утратило силу, и участники Шабаша как бы очнулись от страшного сна, осознав, наконец, всю свою наготу и беспомощность.

Многие в этот момент подумали, что настал час расплаты и что силы Тьмы разверзли перед ними в эту последнюю Вальпургиеву Ночь врата Ада и призывают их к себе. Другие же, чьи души не пропитались еще как следует тайным содержанием злых культов, в мгновение ока позабыли о щелкающем копытами потустороннем явлении, которому они только что засвидетельствовали свою преданность, и вернулись к нормальным мыслям, то есть поняли, в какой крупный скандал они влипнут, если появившиеся откуда ни возьмись огни означают прибытие полиции.

Пока нелепые голые тела с визгами и проклятиями разбегались врассыпную, герцог, перескакивая с бугра на бугор, вел машину прямо на трон Сатаны. Когда свет фар вырвал из ночи косматую козлиную морду, Рекс на мгновение испугался, что пагубное свечение недобрых красных глаз может нейтрализовать электрические устройства автомобиля. И действительно, лампочки замигали и накал стал более тусклым. Но видя, как ожесточенно герцог вцепился в руль и, не сворачивая, давит на газ, молодой американец сконцентрировал всю свою волю и попытался мысленно вообразить над головой крест и подкову. До боли в висках представляя святую сияющую ауру, он к тому же не забыл прочитать в уме строки девяностого псалма, имеющего на любые злые проявления магическое влияние:

«Живущий под кровом Всевышнего под сению Всемогущего покоится.

Говорит Господу: „Прибежище мое и защита моя, Бог мой, на которого я уповаю!

Он избавит тебя от сети ловца, от гибельной язвы“».

С того момента, когда Рекс врубил фары и широкий автомобиль подобно живому существу выпрыгнул в центр Шабаша, прошли считанные секунды. Свисая с подножки и одновременно удерживая мысленным взором святой символ у себя над головой, он максимально отклонился в сторону, размахнулся и что было силы запустил распятием из слоновой кости в копошащегося на постаменте Зверя, метя ему прямо между глаз.

Герцог резко крутанул руль, чтобы избежать столкновения с каменным возвышением и чтобы ненароком не сбить Саймона, который по-прежнему стоял перед троном, всеми оставленный и позабытый. Видно было, что Саймон невменяем.

Голубоватое пламя черных свечей на дьявольском алтаре вдруг погасло, как будто невидимые пальцы одновременно притушили все двенадцать фитилей. Лампы автомобиля опять засветились полным накалом, и в то мгновение, когда святое распятие, переливаясь в лучах вспыхнувших фар, насквозь пронзило рогатый лик Козлобородого Дьявола, долину наполнило и отозвалось жутким эхом на многие мили вокруг неземное, леденящее человеческую душу ржание.

Отвратительный, хоть нос затыкай, запах паленого мяса смешался с тошнотворным ароматом еще дымящейся смеси дегтя и серы, и воздух в ложбине превратился в какой-то смертельный, ядовитый газ. Однако времени анализировать чувства и впечатления не было. После душераздирающего крика трон опустел и снова стал беспорядочным нагромождением скальных обломков. Рекс изловчился и, обхватив Саймона за шею, всем весом своего тела откинулся назад, обратно в нутро уже начинающего выезжать на встречный склон автомобиля.

Стуча колесами по кочкам и бугоркам, он на хорошей скорости преодолел подъем и на секунду завис на гребне, как будто адские силы все еще пытались остановить его и опрокинуть. Но герцог включил первую передачу, и они, наконец, выбрались на более или менее ровное пространство.

Рекс тем временем расположился с Саймоном сзади. Бедняга лежал ни жив ни мертв, сжавшись в клубок и ни на что не реагируя. Рекс инстинктивно, несмотря на то, что де Ришло предупреждал его не делать этого, оглянулся и через заднее стекло в последний раз окинул взглядом долину, где они стали свидетелями таких событий, от воспоминаний о которых волосы еще не раз встанут дыбом. Но там все было темно и тихо.

Де Ришло чуть-чуть прибавил газу. Использовать всю мощь двигателя «хиспано» он пока не решался — опасался попасть в незаметную ночью яму или застрять в какой-нибудь канаве. Он беспрестанно бормотал себе под нос заветные слова из спасительного псалма: