Воины Церкви - Антон Вильгоцкий

– И как мне это сделать? – в глазах стоявшего напротив человека вспыхнул огонек надежды.

– Нужно отстоять вечернюю службу в церкви, – веско молвил иеродьякон. – Потом – явиться в храм с рассветом, исповедаться, причаститься и отстоять заутреню. Только тогда вы получите право снова носить крест. Купить его можно при каждом крупном храме, или в магазинах церковной утвари.

– Спасибо, святой отец, – парень склонился, чтобы поцеловать руку тому, кто наставил его на путь истинный. – Я непременно именно так и сделаю. Прямо сегодня вечером пойду в храм и отстою службу. А то уж думал все, скоро помру, и поминай, как звали, – юноша развернулся и пошел прочь.

"Все-таки, не перевелись еще на Руси достойные люди, – подумал иеродьякон, возвращаясь к своей прерванной трапезе. – Такие, как этот отрок – и есть главная надежда нашей страны, главная опора Церкви".

Доев вареники, Амвросий сделал несколько глотков кофе. Через мгновение взор его помутнел, а изо рта пошла пена. Выронив стаканчик, предсмертным движением сведенной судорогой руки сбросив со стола тарелку с нетронутыми чебуреками, иеродьякон Амвросий замертво рухнул на грязный пол привокзальной закусочной.

– Поп так упоенно жрал, что даже не заметил, как мы подошли! Совсем забыл видать, что чревоугодие стоит первым номером в списке величайших грехов! Ах-ха-ха-ха-ха!

В безлюдном парке неподалеку от вокзала, где умер дьякон Амвросий, два юноши, одетых во все черное, оживленно обсуждали удачно проведенную операцию. Каждый сжимал в руке по бутылке портвейна "777" – словно в насмешку над убитым ими человеком. Они, конечно, не знали, какую должность занимал в Церкви Амвросий. Но ничто не мешало выродкам глумиться над священным христианским числом как таковым.

– А ты молодец, Леха! – второй участник убийства, на голове у которого красовался низко надвинутый на глаза черный капюшон, с размаху хлопнул своего подельника по плечу, от чего тот пошатнулся. – Мастерски святошу развел. Я не то что яду в стакан сыпануть – десять раз успел бы нож ему в спину воткнуть и сказать, что так и было. Буга-га-га!

То были те самые ребята, что сошли с курского поезда вслед за Амвросием. Они неотступно следили за священником в течение всего времени его пребывания в Курске и области. Поняв, что служитель Церкви вышел на след лидера их организации, сатанисты – а то были именно они – снарядили этих двоих, чтобы проследовать за опасным гостем, куда бы он ни отправился.

У адептов Алексея и Никиты были с собой удавки и ножи, но все удалось провернуть гораздо проще. Священник, на беду свою, завернул в привокзальный ресторанчик, где Леха отвлек его внимание разговором о религии, а Никита тем временем подсыпал в кофе цианистый калий, незаметно приблизившись с другой стороны.

– А он, значит, думал, с нами так просто все будет, да? – с веселой злобой молвил Алексей, как следует приложившись к своей бутылке. – Лешего, значит, завалил, подноготную перед этим из него вытянув, и к себе в Москву мотанул. А вот х…й! – Леха произвел неприличный жест, едва не расплескав содержимое зеленого сосуда. – Они не знают, на кого нарвались. И никогда не узнают, покуда есть такие люди, как мы. Ave Satana!

– Ave, – поддержал его Никита. – Только кое в чем ты не прав, брат. Они все-таки узнают, на кого нарвались. Только будет уже поздно! Буга-га-га! – Никита жадно присосался к бутылке.

Прозвище "Леший" носил один из высокопоставленных членов сатанинской секты, которого агенту 777 Амвросию пришлось убить во время поездки в Курск. Именно у Лешего посланец Русской Православной Церкви выпытал информацию об имени и местонахождении лидера организации – человека, который черной тенью стоял за творящимся почти по всей России кровавым беспределом. Но иеродьякон не учел одного – внутри таких "коллективов", как тот, с которым ему пришлось иметь дело, мало кто по-настоящему доверяет друг другу. Никита с радостью удавил бы Алексея, а тот – охотно зарезал стоящего рядом, если ребята точно знали, что это поможет им продвинуться хотя бы на одну ступеньку вверх по лестнице внутренней иерархии. В доме Лешего, где все происходило, были установлены видеокамеры и "жучки", при помощи которых лидер секты наблюдал за своим подчиненным. Так главарю сатанистов стали известны внешность и намерения Амвросия. Оставалось послать сигнал послушным убийцам в Курск.

– Ну что, братан, рвем когти? – спросил Никита, допив остатки портвейна и отшвыривая прочь пустую бутылку. – Или сначала погуляем по Москве? Может, своих поищем?

– Нельзя своих палить, – замотал головой Леха. – Никто не должен знать, что это все взаимосвязано. Проверяешь меня, что ли?

– Ага, – осклабился парень в капюшоне. – Проверяю. Давай тогда просто погуляем, покуражимся. Трахнем кого-нибудь.

– Это можно, – согласился Алексей. – Кстати, идти, похоже, далеко не придется. Смотри.

На присыпанной опавшими листьями позабытой тропинке показалась девочка лет двенадцати, со школьным ранцем за плечами. Она, должно быть, решила срезать дорогу домой через заброшенный парк. Она не знала, чем это для нее закончится…

Глава 3

Смерть не опаздывает в гости

Поезд, в котором ехал домой старший лейтенант Николай Ветров, приближался к Ростову. Там, в одной из квартир на улице Ленина, все уже было готово к встрече героя. Семья Николая – мать, отец, маленькая сестра Света – а также присоединившаяся к ним девушка Ветрова Зоя, хранившая своему любимому лебединую верность – пили чай за праздничным столом. Через некоторое время должны были подойти также несколько Колиных друзей.

Но зло успело явиться сюда раньше, чем подошли крепкие парни, способные ему противостоять. Раньше, чем прибыл сам Николай, который мог бы, воспользовавшись своим наградным пистолетом, дать отпор циничным убийцам…

Звонок в дверь никого не удивил – здесь ведь ждали гостей. Открывать пошла мать Николая Ветрова, Надежда Степановна. Она думала, что это пришли друзья сына, но, посмотрев в глазок, увидела на пороге красивую молодую девушку с длинными черными волосами. В руках та держала какие-то документы.

– Кто там? – на всякий случай спросила Надежда Степановна.

– Перепись населения, – мило улыбнувшись, ответила красавица.

В стране той осенью действительно проходила перепись, и сообщения о ней то и дело передавались по телевидению и радио. Не заподозрив подвоха, Ветрова открыла дверь. А девица, бросив на пол папку с бумагами, пустила хозяйке в глаза тугую струю из газового баллончика.

Схватившись за лицо, женщина повалилась на пол. А в квартиру, поднимаясь по ступенькам с нижнего этажа или сбегая сверху, один за другим проникали молодые люди в черной одежде. Было среди них и еще несколько девушек, кроме той, что притворялась переписчицей.