Русская фантастика 2012 - Евгений Гаркушев

— И что делать? — спросила Алиса.

— Ждать, — посоветовал хакер. — Старт к Четырехлистнику только через три часа, что-нибудь придумаем.

Таможенник торчал около шлюза, провожая взглядом семейство китайцев, Сару Бритман, большого негра и всякий другой народ.

— А ведь китайцы вышли пообедать в порту, — сообщил Фил. — Они летят к Четырехлистнику. Значит, они могут вернуться, потом снова выйти…

— Наверное. Но нам это зачем? — спросил я.

— Нужно создать путаницу. Как ты думаешь, вернуть их?

— Пусть занимаются своими делами, — сказала Алиса. — Таможенники — не более чем манипуляторы системы безопасности. Знаешь, что такое манипулятор?

— Естественно, — ответил Фил, а я невольно поморщился. Слишком свежа была память о моем манипуляторстве.

— Можем ли мы через манипулятор обмануть систему?

— Думаю, без труда, — отозвался хакер.

Через десять минут к «Медее» потянулись разносчики пиццы. Причем это были люди. Механического разносчика на чужом корабле слишком легко обмануть и выпотрошить или даже увезти с собой. Похоже, Фил решил не скромничать и собрал разносчиков из всех закусочных сектора. Я насчитал пятерых. Таможенник слегка заволновался и, видимо, доложил о нестандартной ситуации своему начальству. Но что ему могли посоветовать?

Между тем Фил, приоткрыв дверь, уже беседовал с первым разносчиком.

— Хочешь бесплатный билет на Эдем?

— Нет.

— Дело твое. Пиццу заказывали в соседней каюте. Но, похоже, они как раз отправились в ионный душ.

Пока парень ругался, негодуя, что ему придется ждать, хакер беседовал со следующим торговцем вразнос:

— А ты не откажешься даром прокатиться на Эдем?

— Что для этого нужно?

— Посидеть здесь минут десять. И продать нам десять коробок пиццы. Найдется?

— Без проблем.

Алиса с несколькими коробками пиццы прошла мимо таможенника первой. Он не обратил на нее ровно никакого внимания — ведь она попадала в категорию разносчиков пиццы, учитывать которых необходимости не было. Следить нужно было за пассажирами.

Следом за ней вышел я. Потом и сам Фил. Вероятность того, что нас засекли, казалась мне не слишком высокой. Возможно, чуть позже агент и сообразит, что число вошедших и вышедших разносчиков было разным. Но может быть, и нет. Как сказал Фил, «главное — устроить движуху».

— Нехорошо было обманывать парня с обещанием билета до Эдема, — не сдержался я, когда мы собрались в блинной — Алиса объявила, что на пиццу смотреть не может, и выбросила все коробки, а также добычу с Песчаного Зева в мусорный контейнер.

— Ты полагаешь, я его обманул? — равнодушно спросил Фил. — Ошибаешься. Он в самом деле получил билет на предъявителя до Эдема. В один конец.

— То есть?

— Без подтекста. Просто билет до Эдема. Не знаю, зачем он ему понадобился, красная цена этому билету — сотня гамов, и продать его нельзя, но жадность людская не знает пределов. Предложи человеку что-то даром, и он не сможет удержаться.

— А ты-то где взял билет?

— Добыл. Благо здесь это не проблема. Люблю летать через Комариную Плешь. Дешево. Кстати, вам я тоже обеспечу бесплатные билеты — если вы согласны лететь эконом-классом.

— Согласны, — заявила Алиса. — Но мне интересно, как получить здесь бесплатный билет. Расскажешь или тайна?

— Комариная Плешь — терминал. Здесь время от времени тусуются разные отбросы общества, которым удобно отираться при космопорте и обделывать свои темные делишки. Или те, у которых просто внезапно закончился кредит. Содержать их до выяснения обстоятельств гораздо муторнее, чем отправить домой, — благо на звездолетах почти всегда есть свободные места. Поэтому достаточно заявить на Комариной Плеши, что ты остался без средств, и билет на родину тебе обеспечен. Важно лишь добраться сюда.

— Здорово. Но дом у нас не на Капле Меда. Да и светиться я не хочу.

— Ну, тут дело техники, — хмыкнул Фил. — Я заказал билеты на троих, мы получим их у стойки регистрации через час. Общество заботится о социально незащищенных слоях населения. Демократия! А можно мне блинов с икрой за счет работодателя? По-моему, я заработал.

— Заработал, — согласилась Алиса.

Мы взяли блинов с икрой — по двенадцать гамов за порцию. Расточительство, если учесть, что в этой порции калорий от силы на два с половиной гама. Зато вкусно и необычно, в исконно русском стиле, как я его себе представляю. В России, правда, я не был, да и на Земле тоже, но по национальности-то я русский и говорю на русском языке!

Вспомнив о своих русских корнях, мы с Алисой заказали по пятьдесят граммов водки. И Фила угостили. Водка мне не особенно понравилась, А Фил вообще с трудом удержался от того, чтобы сплюнуть. Но надо ведь было прочувствовать, как жили наши предки.

Заплатить пришлось Филу, который не забыл оговорить погашение стоимости обеда в счет, который он выставлял Алисе. Я порывался использовать свою карточку, но на меня посмотрели как на сумасшедшего.

— Парень, ты проходишь по полицейским сводкам, — объяснил Фил. — Держись меня и своей подруги. А главное, не отсвечивай.

— Отступать поздно, — подтвердила Алиса. — Даже если ты добровольно явишься в полицию, тебя будут мурыжить несколько месяцев.

— А потом? После того, как мы осуществим акцию?

— Потом — суп с котом, — бросила девушка. — Вали все на меня. А уж я постараюсь потеряться.

Фил перестал довольно урчать, пожирая блин, и, облизнувшись, поинтересовался:

— Кстати, — что за акция? Надеюсь, массовые убийства не планируются? Я бы не хотел участвовать в таком даже опосредованно.

— Есть предложение поговорить об этом там, где нас никто не услышит.

— Например?

— Скажем, в аквапарке.

— Не понимаю, чем аквапарк козырнее любого другого места, — начал Фил.

— Тем, что там есть вода, — сообщила Алиса. — Мне надоел ионный душ. Хочется немного отмокнуть.

Водопад падал в небольшое озерцо, вздымал фонтан брызг и сильно шумел. Опасаться того, что нас подслушают, здесь не приходилось — мы и друг друга слышали не очень хорошо. Впрочем, что можно сохранить в тайне? Даже скрытую мысль специалисты прочтут по выражению лица, по электрической активности мозга, по невзначай сделанному жесту. Вопрос только в том, когда станет известна охраняемая тайна — спустя час, день, неделю…

Гравитация в парке была существенно меньше стандартной, и посетители радостно прыгали в воду с десятиметровой высоты, кричали на лету — а лететь приходилось долго, больше полутора секунд, которые понадобились бы при стандартной силе тяжести. Мы с Алисой тоже прыгнули несколько раз, а Фил сразу расположился на бортике, словно боялся, что его импланты размокнут.

Напичкан металлом в аквапарке был не он один. Хакеров, программистов, энтузиастов вирта здесь, как и везде, хватало. Но только сейчас я обратил внимание, что все они вели себя почти так же степенно, как Фил, — не прыгали, мало плавали, а в основном тихо болтались в воде у бортиков или лежали в шезлонгах. Наверное, им было скучно в реальной жизни, и развлечениям в аквапарке они предпочитали экстремальный отдых в киберреальности, среди стометровых волн Планеты Бурь или на порогах и водопадах многочисленных горных рек Тибета. Сюда их притащили подруги, дети или необходимость скоротать часок-другой перед отправлением звездолета.

Алиса купалась с водонепроницаемой сумкой-кошельком, купленной здесь же, в аквапарке. Туда она положила две вещи: пробирку с вирусом и шар коммуникатора. Оставалось надеяться, что пробка в пробирке надежна — попади вирус в воду, проблемы у нас и у всего человечества начались бы сразу же.

В купальнике девушка выглядела еще лучше, чем в костюме. Хотя что здесь удивительного?

— Так что насчет диверсии? — поинтересовался Фил, когда мы вылезли на берег передохнуть.

— Лучше не употреблять таких слов, — начала осторожничать Алиса.

— Реальность определяют идеи, а слова — лишь их выражение. От слов ничего не зависит.

Взгляд Фила стал таким умиротворенным, что я заподозрил его в употреблении расслабляющих препаратов в одиночку. Да и мощный пробой сознания хакера в области философии, изменение его лексики и интонаций указывало на то, что он пытался расширить свой кругозор не только с помощью библиотек и познавательных программ.

— В ближайшее время я собираюсь применить вирус со свойствами глобального антиконнекта, — сообщила девушка. — Он у меня есть.

Фил и бровью не повел, мускулом не дрогнул. Подумал немного, потом сообщил:

— Вряд ли.

— Что вряд ли?

— Вряд ли у тебя получится.

Алиса, похоже, ожидала любого ответа, но не такого.

— Почему? Ты не веришь в действенность вируса?