Непроявленные пленки (ЛП) - Харди Камрин

— Красиво, — выдохнул Юэн и уселся прямо на взлётно-посадочную полосу. — Давай посидим и полюбуемся.

Бернард давно не видел таких необычайно живописных закатов. Уже отвык, так как над головой чаще было хмурое небо, либо протекающая крыша студии. «Почему бы и нет?». Они управились до темноты и никуда не спешили. Юэн говорил, что вечер у него свободен. Бернард пристроился рядом. Юэн, скрестив ноги, положил руки на колени, приподнял подбородок.

— В следующий раз я возьму с собой гитару, — сказал он, смотря на закат. — Уверен, мало кто может похвастаться, что сидел на заброшенной взлётно-посадочной полосе с гитарой в руках. И ещё, когда я созрею до своего сольного альбома, то мы обязательно приедем сюда, чтобы сделать фотосессию для промо.

— Ты хочешь записать сольный альбом?

— Держу эту мысль в голове. Надо же куда-то девать свои песни, что я написал за последнее время, — сообщил Юэн и с огорчением усмехнулся. — Хочется всего и сразу, но понимаю, что пока надо сосредоточиться на чём-то одном, в данном случае — на работе.

— Понятно, — только и сказал Бернард, изучающе смотря на Юэна. Свет заходящего солнца придавал его коже розовато-бронзовый оттенок.

Юэн повернул голову и улыбнулся.

— Я закатом предлагал полюбоваться, а не мной.

— Да, я что-то задумался над твоими словами, — сказал Бернард, наводя объектив на жёлто-розовое небо.

— Оправдывайся теперь, — ехидно усмехнулся Юэн.

На взлётно-посадочной полосе они просидели до тех пор, пока солнце окончательно не скрылось за деревьями. Розовый закат погас.

Плёнка #9

«Добрый вечер, друзья. С вами радиостанция «Призрачные огни FM», и я, Крис Белл, подготовил для вас замечательные композиции, которые, как обычно, будут играть до первых рассветных лучей. Надеюсь, вы хорошо проводите время. Ночь обещает быть звёздной и холодной. Одевайтесь теплее или крепче обнимайте друг друга».

Небо окончательно потемнело, когда они проехали Айрис-Вудс, небольшой городок в получасе езды от Сент-Брина. По радио заиграла медленная мелодичная песня. Юэн в очередной раз показал своё знание разнообразных музыкальных композиций, подпевая певцу с мягким голосом.

Все два часа, проведённых в дороге, ему спокойно не сиделось, он искал любого повода, чтобы подвигаться и что-нибудь спеть или рассказать. Они промчались мимо рекламного щита. Бернард успел прочитать, что на нём было написано, но не придал значения. Юэн нетерпеливо заёрзал на сидении.

— Не знал, что здесь есть кинотеатр под открытым небом, — сказал он. — Ты был когда-нибудь в таких?

— Нет, — ответил Бернард. Он потёр переносицу и уставшие глаза и машинально спросил: — А ты?

— Тоже нет, — отрицательно покачал головой Юэн, затем повернулся к Бернарду с широченной улыбкой на губах. В глазах его сиял озорной блеск. — Мы можем исправить это недоразумение. Поехали?

— Даже не знаю...

— Не будь таким занудным, — протянул Юэн. — Мне завтра в клуб к трём часам, а ты сам себе хозяин, можешь заявляться когда хочешь. Так что предлагаю посмотреть фильм под звёздным небом.

Бернард с ответом помедлил, но скорость сбавил, увидев вдалеке на обочине ещё один рекламный щит и поворот.

— Ладно. Я не против.

— Ладно? — с удивлением повторил Юэн. — Я уже подготовил речь, чтобы тебя уговаривать, а ты так быстро согласился.

Бернард улыбнулся, включая поворотник.

— Я давно не смотрел каких-либо фильмов. И для разнообразия можно допоздна посидеть здесь, а не на кухне за составлением досье на призраков. Только может быть холодно, — сказал он, кивнув на ветровку Юэна.

— Да всё нормально, я тепло одет.

— Ну-ну.

Они остановились у кассы при въезде. Юэн с важным видом заявил, что сегодня платит он. Бернард перечить не стал. Вместе с билетами им выдали по буклету. Как оказалось, тематические фильмы (на этой неделе триллеры и ужасы) крутили здесь до самого утра, уехать и приехать можно в любой момент. Кинотеатр представлял собой открытый паркинг на большой поляне в окружении леса.

— Стал больше зарабатывать и теперь соришь деньгами? — усмехнулся Бернард, когда они отъехали от касс и принялись искать свободное место перед огромным полотном, на которое транслировался фильм.

— Сегодня у меня хорошее настроение. Так что, почему бы и нет? — невозмутимо пожал плечами Юэн. — Или тебя смущает, что я заплатил за тебя?

— Нет, не смущает, но кому-нибудь со стороны может показаться, будто у нас «свидание», — с сарказмом произнёс Бернард.

— Кто знает, может, так и есть? — улыбнулся Юэн и указал вперёд на свободное местечко. — Всё зависит от личного восприятия. Вообще, терпеть не могу слово «свидание». Звучит пафосно и слащаво-романтически. А люди способны докопаться до чего угодно. То, что мы живём в одном доме, даёт широкий простор для размышлений. Однако какая, собственно, разница, что могут подумать остальные?

— Никакой, — твёрдо ответил Бернард, подъезжая к свободному месту. Машины зрителей рядами располагались на расстоянии друг от друга. — О моей семье в городе всегда ходили слухи, поэтому мнение людей меня давно не беспокоит.

— Вот и я придерживаюсь таких же установок. Что думают другие — исключительно их проблемы.

Когда они вышли из машины, на большом экране уже неслись титры и многие люди зашевелились в перерыве перед следующим фильмом. Кто-то решил размяться и пройтись, кто-то направился к туалетным кабинкам, кто-то отправился к киоскам за закусками. Некоторые уезжали, а на их места приезжали новые.

— Как разместимся? — спросил Юэн, оглядевшись. — Многие, смотрю, сидят на крышах.

— Можно и так, — кивнул Бернард. — Только осторожнее. Не хотелось бы новых царапин и вмятин.

— Я постараюсь сдержать свои порывы прыгать и танцевать на крыше.

— Подожди, — сказал Бернард, предостерегающе подняв руку. — Просто поинтересуюсь на всякий случай, пока ты ещё не проделал дыру в крыше, сколько ты весишь?

— Какие неприличные вопросы ты задаёшь. Очевидно, меньше тебя. Больше переживай за то, что вмятину оставишь

ты

, — сказал Юэн и насмешливо показал кончик языка.

Поставив одну ногу на капот, другой он оттолкнулся от земли, залез на крышу автомобиля и свесил ноги на лобовое стекло. Затем развёл руки в стороны и самодовольно улыбнулся.

— Ни вмятин, ни царапин. Ни на машине, ни на мне, — гордо заявил он.

Бернард усмехнулся и тоже забрался на крышу. Перерыв ещё не закончился. Экран светился белым, новый фильм пока не поставили, и люди вокруг активно беседовали друг с другом, так что стало даже шумно.

— Поесть или попить ничего не хочешь? Можно сходить, пока есть время. Я угощаю, — предложил Юэн.

— Может, позже.

Юэн кивнул и достал из кармана буклет.

— Ты смотрел этот фильм? — спросил он, протягивая буклет и указывая на фильм, который должен был вот-вот начаться.

— Нет.

— Серьёзно? Я думал, не осталось тех, кто его не смотрел. Ладно, а этот?

— Тоже нет...

— Вообще смотрел что-нибудь из этого списка?

Бернард скользнул взглядом по названиям фильмов в буклете.

— Ничего.

— Ты меня удивляешь.

— Я работал с подросткового возраста, некогда было смотреть фильмы и сериалы, и с фотоаппаратом не расставался, поэтому киноман из меня не получился. В редких случаях мог что-нибудь почитать.

— Ты трудоголик, — вынес вердикт Юэн, — а трудоголизм ведёт к стрессу. В студии и вне студии ты слишком много думаешь о работе. Или, — Юэн притих, приблизившись к Бернарду, хотя они и так сидели достаточно близко, — не совсем о работе. Я прав?

— Возможно, — выдохнул Бернард, прекрасно понимая, что Юэн имел в виду призраков и заброшенные места.

— Надо уметь отдыхать, Берни, позволять себе заниматься какой-нибудь ерундой время от времени. Может, и бессонница твоя пройдёт,  — авторитетно продолжал тем временем Юэн. Он практически без умолку болтал в дороге, и желания помолчать у него даже не возникало. — Не знаю, как ты можешь днями не вылезать из студии и проявочной. Лично я вне работы хочу заниматься чем-нибудь, что с ней никак не связано, хоть мне и нравится моя работа.