Непроявленные пленки (ЛП) - Харди Камрин

Бернард молча смотрел на Юэна, не зная, что ответить. Да, очевидно, что мать не желала Бернарду такой же судьбы, от которой страдала сама. Возможно, она подозревала о его способностях, но не знала наверняка, как уберечь от них сына. Она просто делала всё, что было в её силах. То, что Бернард всё-таки начал видеть призраков, не обесценивало её стараний. Благодаря крохам знаний, которые он успел получить, он может пытаться обезопасить себя сам. И не только себя.

— У неё, наверное, осталось много материала для амулетов, — улыбнувшись, сказал Юэн. Он, по всей видимости, заметил опечаленную задумчивость на лице Бернарда и попытался сменить тему.

— Да, — кивнул Бернард. Ему самому не хотелось предаваться тягостным размышлениям. Для подобного есть бессонные ночи. — Много всего осталось в её маленькой кладовке-мастерской.

— Ты вроде не показывал мне эту комнату.

— Не показывал, — согласился Бернард. — Могу показать, если хочешь. Когда вернёмся домой.

— Хочу, — прошептал Юэн, с воодушевлением смотря на Бернарда.

— Ладно, — коротко кивнул Бернард, в очередной раз поражаясь простодушному восторгу Юэна. Ещё бы. Один день, а столько новых локаций. За сегодня впечатлений ему вполне хватит до следующего выходного.

Придерживая край лоскутного одеяла одной рукой, другой Юэн внезапно потянулся к лицу Бернарда. Его пальцы едва уловимо скользнули по щеке, и спустя секунду он показал маленькое белое пёрышко.

— Фокус.

— Откуда ты его достал? — Бернард непонимающе уставился на маленькое пёрышко, которое Юэн держал перед собой.

— Из головы твоей торчало. Наверное, из одеяла. Или, как вариант, ты превращаешься в птицу.

Он сдул перо и, потянув край одеяла, довольно посмотрел на Бернарда.

— Тепло.

На экране определённо происходило что-то интересное, так как по паркингу прокатился отчётливый ропот зрителей, но Бернард почему-то не мог увести взгляд от глаз Юэна, размышляя, что может ещё сказать в продолжение их разговора. О чём они вообще разговаривали до того, как Юэн достал перо?..

— Да поцелуйтесь вы уже! — воскликнул женский голос.

Бернард машинально повернулся в сторону голоса и увидел парочку, сидевшую на крыше соседней машины, так же, как они с Юэном, укутанную в плед. Не в лоскутный с узорами ловцов снов, а обычный, клетчатый. Сведя брови на переносице, девушка напряжённо смотрела на экран, где главный герой робко, даже практически целомудренно на мгновение приобнял героиню, с которой по сюжету в самом начале зомби-апокалипсиса его свела судьба, и на протяжении всего фильма они помогали друг другу выживать, а теперь всё действо приближалось к концу, и герои, прошедшие столько трудностей вместе, просто стояли плечом к плечу и смотрели на закат над городом.

— Сколько переживаний, — со смешком сказал Юэн.

Герои фильма переглянулись, и по экрану побежали титры.

— Как меня бесит, — продолжала в сердцах расстроенная девушка на соседней машине, обращаясь к своему спутнику, — когда прописывают такую тесную моральную связь между персонажами, и всё указывает на то, что они друг другу не безразличны, но ничего не происходит. Это совсем не реалистично.

Её спутник заулыбался, что-то ответил, и они продолжили беседу, но уже не так громко.

— У меня мать так же фильмы смотрит, — усмехнулся Юэн. — Постоянно недовольна тем, что герои недостаточно решительны друг с другом.

— В данном случае как-то странно требовать от фильма ужасов романтики. Разные жанры. Здесь акцент на другом.

— Поэтому моя мать предпочитает мелодрамы и романтические комедии. Однако в любой ситуации поругать героев — это святое. Хотя ругать надо сценаристов и авторов, — ответил Юэн. — Мне, например, не очень нравится, что в каждый сюжет пихают любовную линию. Чаще это вообще не к месту, но существуют фильмы, где сюжет и романтические взаимоотношения героев удачно переплетаются друг с другом. За таким бывает интересно наблюдать.

— Я, кажется, давно не смотрел каких-либо фильмов и сериалов, чтобы сделать вывод, что мне нравится, а что нет. В любом случае я бы не стал «разговаривать с персонажами», а просто наблюдал бы за развитием событий, — сказал Бернард и скинул одеяло с плеч.

Юэн сделал то же самое.

— Это одеяло даже слишком тёплое. Я не просто согрелся, а запарился, — сказал он. — Как тебе фильм?

— Неплохой. Я, правда, сбился на моменте, когда мы начали рассматривать одеяло. А потом окончательно потерялся, когда ты достал перо.

Юэн улыбнулся.

— Останемся или поедем?

— Можно посмотреть, что будет за фильм. Если не зацепит, поедем домой.

— Согласен, — кивнул Юэн и огляделся по сторонам. Люди вокруг вновь зашевелились, — Должно быть, здесь собираются все парочки Айрис-Вудса. Куда ни посмотришь, все либо обнимаются, либо сидят в преддверии обниманий.

— Почему же? Вон там на раскладных стульях сидят большой компанией, — сказал Бернард, кивнув прямо и чуть влево. —  С той стороны, близко от нас, тоже компания. Там — трое девчонок, вон там два парня. Так что, я бы сказал, что парочек тут не так уж и много.

— А ты внимательный, но по-прежнему недостаточно, насчёт тех двух парней очень сомневаюсь.

Бернард посмотрел в сторону, где сидели два парня, чтобы развеять посеянные Юэном сомнения, и не заметил в их поведении ничего из того, на что намекнул Юэн. Да, они сидели близко друг к другу (а как ещё расположиться на крыше автомобиля?), но вели себя как обыкновенные друзья.

Ладно, может, и не совсем обыкновенные. Потому что один из них только что закинул руку второму на плечи и поцеловал в щёку.

— Ну-у... — с неохотой признавая своё поражение, протянул Бернард и пожал плечами. — Выходит, я немного ошибся.

— И снова один ноль в мою пользу, — рассмеялся Юэн и спрыгнул на землю. — Я пройдусь до киосков с закусками. Тебе что-нибудь взять? Пить не хочешь?

— Нет, спасибо, ничего не надо.

— Опять смущаешься.

Махнув рукой, Юэн отправился к киоскам. Бернард свернул одеяло и положил его на крышу за спиной. Титры закончились, экран белел большим прямоугольником. Девушка, недовольная тем, что герои не поцеловались на фоне заката в конце фильма, и её спутник уехали, а на их место приехала другая пара.

Бернард осматривал запылившиеся мыски своих ботинок и внезапно ощутил, как вдоль позвонков пробежался холодок, а в солнечном сплетении возникло то самое, ни с чем не сравнимое ощущение присутствия чего-то сверхъестественного. Призрачный радар.

Бернард медленно поднял голову и огляделся. Парочек и компаний здесь действительно было много, поэтому неподвижная, одинокая фигура, очертания которой проступали сквозь сумрак, сразу бросилась в глаза. Какие-либо отличительные черты рассмотреть не удавалось — фигура стояла далеко, чуть поодаль от экрана, ближе к деревьям. Бернард по-прежнему чувствовал себя в такие моменты сумасшедшим. К этому вообще можно привыкнуть? Или он каждый раз будет сомневаться в целостности своего рассудка?

Вдруг это вовсе не призрак, а кто-то из посетителей, по какой-то причине вставший недалеко от экрана? Бернард огляделся по сторонам, может, помимо него кто-то тоже видит эту фигуру, однако окружающие были заняты друг другом, живыми людьми, и никто из них не обращал внимания на души умерших, а «призрачный радар» сигналил как раз о том, что таинственная фигура явно не человек.

Призрак не исчез, когда Бернард вновь на него посмотрел. Он стоял без движения, не подзывал, не махал руками, не передавал телепатически какие-либо послания, но своим холодным и безжизненным взглядом, который Бернард испытывал на себе, настойчиво захватывал внимание. И Бернард не мог отвести от него взгляда, желая приблизиться и рассмотреть призрака.

А ещё ему хотелось остаться на месте, закрыть глаза, дождаться Юэна, потом открыть глаза и не увидеть никаких странных статичных фигур. Эти два чувства боролись в нём, пока он смотрел на призрака и мысленно посылал ему вопросы: «Кто ты? Чего ты хочешь?» Однако тот никак не реагировал, а через некоторое время вовсе медленно начал растворяться в сумраке, будто просто отходил вглубь рощи, прячась в темноте. Вместе с ним исчезло и странное ощущение. «Призрачный радар» не подавал сигналов, однако лёгкий осадок после такой «встречи» остался.