Непроявленные пленки (ЛП) - Харди Камрин

Становилось некоей традицией то, что Мария после Виктора заглядывала в фотостудию. Она подошла к галерее и с интересом стала рассматривать фотографии, которые заменял Бернард.

— Это место выглядит знакомым, — сказала она, указав на один из снимков, сделанный на плёночный фотоаппарат.

«Бинго», — подумал Бернард. Не зря он всё-таки решил сделать вид, будто занят своей маленькой галерей, когда услышал, что этажом ниже беседуют Виктор с Марией.

— Да, это некогда действующий приют «Грей Пайн». Недалеко от Сент-Брина.

— Слышала о нём. И видела несколько раз фото в газете.

Бернард взял ещё пару фотографий с изображением территории приюта, на одной были ворота, на другой облепленный мхом фонтан. Про фото в газете он тоже знал. Специально в библиотеке искал старые выпуски. В статьях использовались фотографии отца.

— Много ли слышали о нём интересного? — как бы невзначай спросил Бернард.

— То же, что и все, — не очень много. Когда я приехала в город, приют уже был закрыт.

Бернарда только сейчас осенило, что Сент-Брин — неродной город Марии. Теперь это казалось очевидным фактом, потому что банально имя «Мария» здесь не распространено. Чаще встречалось имя «Мэри». Но это такие тонкости, о которых он раньше и не задумывался. Он с самого детства слышал о некоей мисс Грант, а по факту оказалось, что знал о ней лишь то, что она просто

существует

.

Мария посмотрела обновлённые фотографии, оставила обед в контейнере и уже было собралась уходить, как Бернард обратился к ней.

— Извините, мисс Грант...

— Можно просто Мария.

— Хорошо, — Бернард замялся. — Могу я поговорить с Вами... вернее даже, попросить совета? Мне особо не с кем обсудить некоторые моменты... личного характера.

Накануне они с Юэном разговаривали о том, как можно попытаться узнать хоть что-нибудь от Марии насчёт Златы.

«Недавний случай с Джи навёл меня на одну идею, — говорил Юэн. — Возьми блокнот и записывай. Когда Мария зайдёт к тебе в фотостудию в гости, ты должен как-то в ходе разговора упомянуть приют. Может быть, как бы невзначай показать фотографии. А потом ты скажешь, что хотел бы обсудить кое-что личное, но не знаешь, у кого спросить совета, потому что мало кому доверяешь».

«Про доверие очень на меня похоже, согласен,— кивнул Бернард. — Но... думаешь, она на это клюнет?»

«Почему нет? Люди обычно не против выслушать что-то личное. В случае с Марией даю гарантию в девяносто девять процентов, что она согласится. Как бы странно это ни звучало, мы сыграем на её доброте, однако от этого никто не пострадает».

— Конечно, Бернард, — согласилась Мария, с обеспокоенным видом усаживаясь на стул. — Что ты хотел спросить?

Бернард вздохнул. Мисс Грант действительно вела себя так, как и предполагал Юэн. Бернарду было немного неловко. И непривычно, но он продолжал, придерживаясь стратегии, разработанной Юэном.

— Скажите, Вы когда-нибудь имели дело с приютами? Может быть, работали там или кто-то из Ваших родственников? Или приходилось приезжать в приют по иным причинам? Был ли опыт общения с органами опеки по поводу... усыновления?

«Такие прямолинейные вопросы, ты серьёзно?» — удивился Бернард, когда записал всё это в блокнот.

«То есть со мной ты можешь быть прямолинейным, а с женщиной, которая годится тебе в матери, нет?» — приподняв бровь, спросил Юэн.

«Полагаю, что это сложнее».

«Ну так, придётся постараться».

Мария посмотрела на Бернарда с проницательностью Виктора. Он практически ощутил, как у него на лбу проступил пот, но коснуться рукой не решился.

— Нет, — отрицательно мотнула головой Мария. — Ничего из этого.

Это было уже чем-то. Версия с тем, что Злата могла быть приёмной дочерью Марии, отпала. Бернард изначально с трудом в это верил, ему казалось, что они кровные родственники, но в данном случае приходилось использовать метод исключений.

— Тогда извиняюсь, — грустно улыбнувшись, сказал Бернард.

«Какой смысл будет от этого разговора, если он закончится так?»

«Спокойнее, Берн. Здесь нужно мыслить как при игре в шахматы. Ты когда-нибудь в них играл?»

«Нет».

«И я тоже нет, но слушай дальше. Мария слишком добра и участлива, поэтому спросит...»

— А что такое, Бернард? Может быть, я всё-таки смогу чем-то помочь?

«Дальше самое интересное. Ты должен нахмуриться, будто весь в сомнениях. Но ненадолго, иначе она подумает, что пересекает твои личные границы. И ты расскажешь что-то вроде...»

— Мы хотим взять ребёнка из приюта. Не сейчас, но в будущем. И я совершенно не знаю, как это всё делать, какие документы необходимы, в какие конкретно инстанции обращаться. Да и в целом хотелось бы узнать, как можно обустроить дом, чтобы ребёнку было в нём комфортно. И я хотел бы переговорить с тем, кто прошёл через всё это, чтобы знать все тонкости и подводные камни.

Когда Юэн диктовал примерную речь, а Бернард записывал как прилежный ученик, потому что сам такую историю никогда не смог бы придумать, Юэн раскинул руки в стороны, широко улыбнулся и сказал:

«По вполне понятным причинам мы не можем завести ребёнка, хоть и пытаемся с особым усердием».

«Да, мы пытаемся», — повторил за ним Бернард.

«Берн, ты что, это записал?»

Бернард поднял на него взгляд, искренне не понимая, что не так.

«Марии необязательно это знать, — усмехнулся Юэн. — Я про последнее. Это была шутка».

Бернард опустил взгляд на листок блокнота и прислонил руку к голове.

«Я придурок», — сказал он, вычёркивая последнюю написанную строчку.

«Ладно. Если ты всё верно скажешь, то Мария посмотрит на тебя очень серьёзно. Возможно, именно в этот момент ты морально вырастешь в её глазах, поэтому она скажет что-то вроде...»

— Это очень добрый поступок.

Бернард кивнул. Мария задумалась.

— Я поговорю со знакомыми, — сказала она. — Кто-то наверняка сталкивался с этим. Сейчас уже не вспомню.

— Спасибо, — сказал Бернард, хотя не предполагал, что он будет делать с этой информацией, если она к нему всё-таки поступит. Пусть этим Юэн займётся, он всё это придумал.

«А дальше, Берн, когда ты почувствуешь, что в вашем с Марией диалоге появилось взаимное доверие, ты напрямую спросишь...»

— Мария, извините, но у Вас были дети?

Женщина округлила глаза. Губы её дрогнули, и она опустила взгляд на свои руки, сцепленные на коленях. Этой реакции было достаточно, чтобы понять, и тем не менее она тихо-тихо ответила:

— Да... Была. Дочка.

«Злата», — едва не произнёс вслух Бернард. Он отклонился на спинку кресла. Одно дело услышать от призрака, другое — узнать, что всё правда, от самого человека.

— Была, — эхом повторил Бернард.

Мария подняла на него взгляд грустных глаз и горько улыбнулась.

— К сожалению, её давно уже нет.

Бернард покосился в сторону, на фотографии.

«Не совсем так, — подумал он. — Она есть».

— Простите, — сказал он. — Не хотел тревожить Ваши воспоминания.

— Ничего, — сипло ответила Мария, поднимаясь. — Что ж, мне пора идти. Я обязательно поговорю со знакомыми и сообщу, если удастся что-то выяснить. Не забудь пообедать, Бернард. И в студии прохладно, одевайся теплее.

— Спасибо, Мария, за всё.

Когда она ушла, Бернард, уперев локти в стол, прислонил руки к голове. Он не давал никому обещаний и не рассказал Марии о том, что призрак её дочери обитает в бассейне местного спорткомплекса, но ему казалось, что этим разговором, он точно всколыхнул травмирующие воспоминания у женщины. И главное: подтверждения от Марии Грант он добился, а дальше что?

***

— А ничего дальше, — сказал Юэн Бернарду на ухо, прижавшись почти вплотную. — Я так далеко не загадывал.

За громкой клубной музыкой и рёвом толпы было не разобрать слов, поэтому приходилось друг к другу наклоняться или читать по губам.

— Возможно, стоит поговорить с призраком девчонки и спросить у неё, что в данной ситуации можно сделать, — предложил Юэн. Рука его при этом легла Бернарду на плечо, пальцы сначала сжали ткань джемпера, а потом будто бы случайно коснулись шеи.