Непроявленные пленки (ЛП) - Харди Камрин

— Моя дочь держит на меня обиду, — замогильным голосом сказала Вивьен. — Если так продолжится, это плохо для неё закончится.

Бернарда прошиб пот. Ещё один призрак говорит предостережениями. Может быть, Кенна и Бонни из приюта имели в виду... Челси? Ей грозит смерть?

— И что же я могу сделать?

Призрак сделал ещё один шаг вперёд. Бернард ещё один шаг назад и интуитивно выставил руку, подавая мысленные сигналы: «Так достаточно. Ближе не надо».

— Поговорить. Она поймёт тебя. Вы схожи. Ты тоже держал обиду на своего отца.

Бернард прокашлялся, чувствуя лёгкую усталость. Как бы вновь не пошла кровь носом...

— Избавиться от обиды сможет только она сама, — сказал он. — Я за неё этого не сделаю.

Вивьен ничего не ответила. На её бледном призрачном лице вообще не отобразилось никаких эмоций, и она просто исчезла. Бернард сделал глубокий вдох, как раз в тот момент когда дверь в туалетную комнату открылась.

— Ю...

— Берн, ты как? — Юэн подскочил к нему едва ли не в один прыжок.

— Уже всё нормально.

Юэн недоверчиво смотрел на него долгих секунд пять.

— Я серьёзно, — сказал Бернард. — Ты оставил Челси?

— Она ушла.

Юэн подхватил Бернарда под локоть и повёл к выходу.

— Давай ты немного отдохнёшь в кабинете. У нас скоро закрытие, потом ещё полчаса на всякие внутренние дела уходит. Так что ты сможешь даже там поспать.

Бернард сопротивляться не стал. А зачем строить из себя героя? Он был даже рад посидеть где-нибудь в тишине и спокойствии минут десять-пятнадцать. Всего немного, чтобы вернуть себе ясность мыслей и стряхнуть слабые недомогания.

— Я попрошу, чтобы тебе принесли что-нибудь попить, — сказал Юэн, когда они оказались в кабинете, и Бернард уселся на диван.

— Спасибо.

Юэн мягко потрепал его по голове.

— Ты ухаживаешь за мной, как за маленьким ребёнком, — сказал Бернард.

— Вовсе нет. Я ухаживаю за тобой как... за тобой. И вообще, — Юэн приподнял одну бровь, — это плохо?

Бернард устало усмехнулся.

— Я не говорил, что плохо.

— Вот и отлично, — кивнул Юэн и коснулся рации у себя на поясе. — Ладно, я пошёл разгонять людей. Надеюсь, никаких ЧП не произойдёт.

***

На улице было прохладно. Небо сверкало звёздами.

— Я думал, что после встречи с призраком мы поедем домой. Как никак, тебе бы отдохнуть...

— Я хорошо себя чувствую. Получасовой сон в кабинете восстановил мои силы, и, если помнишь, я давно ещё говорил, что в окрестностях Глейд-Райт много интересного. Подумал, что раз мы сегодня здесь, то почему бы и не заехать? Заодно подышим свежим воздухом.

— Ты хотел сказать «пыльным».

— Нет, мы не полезем внутрь.

— Почему?

— Потому что у нас ещё действует негласное соглашение о том, что мы не залезаем в заброшки в тёмное время суток.

— Правила существуют для того, чтобы их нарушать.

Бернард с сомнением посмотрел на угрюмое серое здание с многочисленными окнами без рам, подсвечивая его фонариком. На территорию недостроенного отеля они попали легко. Ограждение в виде натянутой по периметру сетки просто завалилось в нескольких местах. Идти досюда правда пришлось долго, потому что машину они оставили на съезде у лесополосы, там где её совсем незаметно с дороги.

Юэн смело шагнул на крыльцо. Под подошвами его кроссовок заскрежетала крупная пыль.

— Ю...

— Что? — Юэн обернулся через плечо. — Я больше не боюсь темноты так, как прежде. Может быть, это ты начал бояться?

Бернард вздохнул и тоже поднялся на крыльцо.

— А ты упрямый.

— А ты только сейчас это понял?

Отель был похож на лабиринт. В длинных и витиеватых коридорах и комнатах без какой-либо отделки — голые стены, голый пол — можно легко заблудиться. Иногда ориентиром служили стройматериалы, проржавевшие листы железа, доски, поддоны и прочее. И ещё надписи, зачастую нецензурные. Под ногами шуршала пыль, а эхо разносило даже шёпот голосов. Двери отсутствовали, и через проёмы гулял ветер, завывая в некоторых местах словно ребёнок, а где-то как собака. Здесь было холодно, будто бы намного холоднее, чем на улице. И никаких оставленных вещей, кое-где встречался только мусор, вроде смятых алюминиевых банок, окурков и упаковок от чипсов.

Призраков Бернард тоже не чувствовал. Он вообще старался о них не думать. Как и о недавней встрече с одним из них, хотя несомненно вскрывшаяся родственная связь его удивила. Главным образом потому, что когда Бернард впервые увидел Вивьен, тогда у лесной опушки, когда они разговаривали с Юэном на крыльце, с Челси он был не знаком. Значит ли, что призраки находят его как-то иначе? Не через знакомых людей?

— Эй, кто здесь? — громко и грозно раздался чей-то голос. Вопрос подхватило эхо и он повторился ещё пару раз, отскакивая от голых стен.

Бернард застыл и моментально выключил фонарик. В кромешной темноте они не остались. Из-за большого количества окон и ярко светящей Луны, помещения хорошо просматривались, хоть и очевидно, что перемещаться было безопаснее с источником света.

— Берн? — прошептал Юэн.

Бернард промолчал, вглядываясь в темноту, сгущающуюся в конце коридора. Он задержал дыхание, вслушиваясь в тихие отголоски чьих-то тяжёлых шагов. Сердце колотилось как бешеное. Юэн предпринял попытку ретироваться, но когда сделал шаг назад, задел прутья арматуры, и они повалились на бетонный пол с оглушающим грохотом.

«Почему я даже не удивился?»

От пока неведомого встречного послышалось громкое ругательство и обещания, что он «найдёт засранцев». В конце коридора вспыхнуло пятно света.

— Бежим! — скомандовал Юэн и сорвался с места, поднимая в воздух пыль.

С задержкой в секунду Бернард последовал за ним. Они сворачивали в комнаты и коридоры, из них — в другие комнаты и коридоры, а когда встречались там с тупиком, возвращались обратно. Казалось, этому отелю нет конца. Когда они стояли снаружи, он точно не был таким большим. И как в кошмарном сне человек с фонариком следовал по пятам, как бы они ни старались бегать от него по лабиринтам недостроенного отеля.

— Где этот чёртов выход? — прошипел Юэн, когда они оказались в огромном помещении, больше похожем на склад стройматериалов.

— Не знаю, — глубоко дыша, сказал Бернард. — Может, через окно?

Но за окнами только тьма и лес, а ещё они находились на втором этаже, о чём Бернард за охватившим его волнением даже не сразу вспомнил.

За спиной раздавались гулкие шаги. Незнакомец, кем бы он ни являлся, был уже близко. Бернард обернулся, но Юэн резко схватил его за куртку и потянул в сторону. Буквально запихнул в щель между стеной и нагромождением железных пластин или фанеры — всё так быстро, что даже не рассмотреть — и кое-как протиснулся сам. В укрытии едва мог поместиться один человек, поэтому Юэну приходилось вжимать Бернарда в стену. И как хорошо, что вышли они налегке, рюкзаки и фотоаппараты остались в машине.

— Что упирается мне в бедро? — с усмешкой прошептал Юэн.

— Фонарик, — ответил Бернард. Они стояли так плотно, что пару раз касались носов друг друга. — Встречный вопрос: что

мне

в бедро упирается, если у тебя фонарика не было?

Юэн тихо засмеялся.

— Ключи от дома.

— Ладно, верю.

— Тш-ш.

— Сам «тш-ш».

Звук шагов приближался. Незнакомец явно был охвачен жаждой кого-то изловить. И на кого им «посчастливилось» нарваться? У Бернарда колотилось сердце, готовое вот-вот выпрыгнуть, но он также чувствовал сердцебиение Юэна и не понимал, чьё сердце бьётся громче. Он затаил дыхание, когда в проёме появилась фигура, обрисовывая ярким лучом фонарика помещение.

Юэн издал что-то похожее на смешок. Бернард интуитивно нахмурился, а потом ощутил влажное прикосновение губ к своим губам, отчего кончики пальцев будто прошибло током. На это совсем неподходящее к обстановке действие со стороны Юэна тело отзывалось странным образом острее и ярче. От недоумения Бернард сильнее упёрся затылком в шершавую стену и приоткрыл рот, отчего Юэн поцеловал его настойчивее.