Нф-100: Долгая осень - Михаил Фиреон

Как раз в это время Гирке подошла к высокому столу, где насыпали закуску и разливали юво. Сделав неуловимое движение, проскользнула за спиной шинкаря в коридор на кухню. Ловко вытянувшись вдоль стены, пропустила катящего в зал бочку юва мальчика - слугу. Скользнув в тени, увернулась от вышедшего с кухни, чтобы скусочничать казенного мяса усатого повара. Только мелькнули аккуратные тяжелые складки рукавов ее шерстяной мантии и белые чулки над грубыми кожаными мокасинами, как она уже была между дверью жаркой и сумрачной полицейской кухни и почерневшей от сажи кирпичной трубой очага. Прямо перед ней на огромном столе сосредоточенно орудовали ножами двое утомленных буйными аппетитами посетителей помощников повара. Шинкуя капусту и морковку, они сталкивали ее с края стола в огромный, бурлящий посреди комнаты, наполненный аппетитным желто-зеленым варевом с помидорами и перцем котел. Приметив движение, один поднял голову, но канцелярская дева, словно почувствовала его взгляд и, легким поворотом на носках вышла из его поля зрении. Усталый подмастерье только вздохнул и промокнул передником взмокший от натуги и жара перетянутый черной мохнатой лентой, чтобы пот не лился в глаза, лоб. В зале снаружи гнусаво взвизгнула настраивающаяся скрипка. Волком завыла труба. Нестройно загремели скамейки. Полицейские и солдаты с приветственными криками вскакивали со своих мест, чтобы поскорее собраться в веселый хоровод - отвязный солдатский танец для большой компании напившихся мужчин.

-Веселятся! - в злорадной зависти проворчал тот из подмастерьев, что пониже и покрепче.

-Ничего-ничего! - подбодрил второй - вот доварим супешник и тоже вдарим! И пусть мастер Гимп там сам кувыркается!

И ножи еще яростнее застучали в такт начавшимся снаружи танцам.

-Мэтр Пуляй, ну-ка давайте с нами! - бросаясь в лихо пляшущую толпу, призывно заревел Турмадин - где леди Лила? Куда девалась эта чертовка?

-Прихорашивается для вас! - по-офицерски, будто говоря это даме, щелкнул каблуками и отсалютовал Элет. Пригладив волосы и оправив воротник, он тоже, без промедлений прыгнул в зал, где хоровод уже сменился двумя хлопающими в такт и не в такт шеренгами. Виолончель и гитара рвали струны медиаторами, наполняя воздух заветными для каждого пьяного сердца тремя аккордами. Даже если вы не учились бальным танцам и всю свою жизнь провели за сохой, пикой или конторским столом - нет ничего проще, чем напившись юва и закусив хлебом с чесноком станцевать джигу.

-А ну! - захлопали шеренги и Элет с Турмадином, схватившись под локоть и весело размахивая рукавами-крыльями, завертелись между рядов и разошлись по разным шеренгам в дальнем конце зала. Следом за ними между весело хлопающимися и едва не падающими от смеха полицейскими уже вертелась вторая пара - капитан Касет и толстый интендант Тукс. А за ними - постовой Мюк, тот самый, которого когда-то давно сунули головой в очко клозета на улице Подвалов и усатый долговязый стражник Писет - и так каждый с каждым, пока в начале хлопающего строя снова не оказались Элет и Турмадин. Один - высокий и могучий сорвал с какого-то стола чужую кружку и танцевал с ней как с мечем, а второй спрятал очки чтобы они от скачки не улетели в зал, выставил вперед толстое брюхо и, высоко закидывая ноги в такт музыке, подслеповато вглядывался в топу в поисках нежданно-негаданно бросившей его Гирке.

Тем временем канцелярская дева дождалась, пока очередной кочан капусты не превратится в крошево и не окажется в котле и пригляделась к темным, трясущимся от грохота музыки, смеха и топота стенам. Примерившись, она скользнула в угол к шкафу с посудой, легко сунула между стеной и полками руку, и, поддев доску с необычайной легкостью свернула стеллаж. Полка опрокинулась. Медные котлы и кастрюли с грохотом поскользнувшегося на катке духового оркестра, зазвенели по всей кухне. Последней к ногам озадаченных подмастерьев упала большая бронзовая крышка.

-Бе! - разочарованно выругались повара - ну кто складывал!

И они наперегонки бросились к опрокинутому стеллажу и так и встали перед ним в ожидании, кто первым нагнется чтобы начать убирать. Именно в этот миг канцелярская дева ловко обошла вокруг трубы и, нечеловечески стремительным движением раскрыв свою поясную сумочку, достала из нее маленький сероватый пузырек, отщелкнула пробку и вылила его в суп. Словно почуяв неладное, подмастерья одернулись к котлу, но было уже поздно. Развернувшись на носках, Гирке сделала окрестный шаг и прижалась спиной к трубе очага вне поля зрения кухарей.

Подмастерье что чуть повыше сорвал с головы повязку и со вздохом утер лицо.

-Что встали-то? - на пороге уже возвышался усатый и сутулый мастер Гимп. Дожевывая казенный бутерброд, он грозно взирал на разгром - прибираться-то кто будет, а?

И он спустился по ступенькам в кухню, причем Гирке прошла как раз за его спиной так, что растерянные подмастерья, только и успели, что распахнуть рты от изумления. Светлая, как голубой лунный призрак тень на миг проскользнула за плечами грозного мастера полицейской кухни и вылетела в коридор.

-Сейчас все уберем... - растерянно схватился за большой котел тот подмастерье что потолще.

-Убирайте-убирайте - мастер Гимп взял поварешку и ломоть белого хлеба, зачерпнул супа, смачно и с брызгами подул на него и сделал большой и шумный глоток.

-Помои - выплескивая остатки в чан, с видом знатока, сообщил он - это вам не Джульбарс-тулл.

Когда музыканты слегка подустали и столпились перед прилавком чтобы получить внеочередные кружки юва, а публика в изнеможении попадала на скамейки, придерживая ногой дверь в кухонный коридор, на пороге появился усатый и исполненный гордости, мастер Гимп. В его могучих руках на алом полотенце покоилась огромная кастрюля полная горячего свежего ароматного супа. Толпа приветственно зашумела, а повар задрал нос и сделал такой важный и горделивый вид, словно в его руках был не котел с дешевой полицейской баландой, а праздничный торт, какой готовят на столичный, проводимый в королевском дворце раз в двенадцать лет бал.

-Ва! - приветственно взвыла голодная толпа. Застучали миски, зазвенели монеты.

-Ох хорош супец! - хватая ломоть хлеба, зачерпнул ложкой густое варево Элет.

-Ага - довольно отозвался Турмадин - Лила, вам налить? Угощаю!

-Наливайте! - зажато улыбнулась, смущенно сверкнула своими огромными очками и, словно отрезав рукавом, заявила Гирке.

И Турмадин вразвалочку заспешил к раздаче, чтобы угостить даму дешевым полицейским супом-ассорти из капусты, картошки, кабачков, гороха, крапивы и крошечных как патроны тридцать второго калибра из стены мансарды банкира Зулета, по-северному вечнозеленых помидор.