Обещания темноты - Роман Проксима

В руках у душ были зеркальца, линзы, чтобы отражать свет от камня, который Джон держал в руках. Его заряда не хватит на долгое время, к тому же зарядить больше негде. Свет почти исчез, и полумрак, воцарившийся на всех уровнях, не предвещал надежды. Яаголь держал свечу наготове, так же, как и Либетт. Они стояли в первом ряду, ближе всех к подползающему войску синих мертвецов. И не было ничего, что могло бы предотвратить битвы, или отсрочить его.

Туман подлетел слишком близко. Казалось, что прошло всего пара мгновений, и вот, могучее войско Роза остановилось перед батальоном живых душ. Роз был впереди.

– Ну что, Джон, все-таки ты еще надеешься на счастливый конец? – прокричал он.

– Нет, я не надеюсь на конец. Наш путь не будет завершен, в отличие от вашего.

Роберт рассмеялся.

– Слова ничего не решают, – предводитель тумана выпятил грудь вперед. – Давай покончим с этим. Меня ждут.

Верона задумался. Кто мог ждать этого мертвого поганца? А главное, где? Кому он сдался? И Джон вспомнил, что они отправились сюда, чтобы остановить медиума, который менял магнитное поле Земли. Может быть, он?..

– Роберт! – взвизгнула Люси. – Когда ты стал таким черствым? Ты же всегда был другим!

Роз посерьезнел, совсем как тогда, когда возник среди хаоса. На его бледно-синем лице проступил гнев с оттенком страха. Он не хотел будить в себе другую, созидательную личность. Ему больше приходилась роль жнеца, собирающего душевные порывы других людей ради собственного тщеславия. Его веселил да властвования над судьбами душ. Он его возбуждал. Только вовсе это не дар, а умение. Это всего-навсего оплата за идею, которую он вселил в несчастных. И сборщиком налогов в данном случае был тот таинственный медиум, не иначе.

– Да брось, Люси, дорогая, – ерничал Роз. – Не тешь себя иллюзиями. Если хочешь, могу убить тебя последней. Вспомним родню, поболтаем.

– Будешь болтать с самим собой! – вскричал Джон так громко, что все, он почувствовал, все поняли это как знак начала борьбы. – Не будем заставлять Роберта ждать, закончим это. Впере-е-ед!

Началось. Джон не заметил сколько времени прошло с тех пор, как он впал в кому, но это показалось ему слишком коротким промежутком, чтобы понять устройство загробного мира. И сейчас он рисковал своей душой, сражаясь, толком так и не поняв ее ценности. Одно чувство захватило Джона в эту секунду – страх за будущее людей. и в острых когтях солдат тумана он видел не оружие, способное убить, а карающий бич, способный перечеркнуть на «нет» всю историю человечества.

Вспышки света повсюду. Солдаты тумана сгорали от натиска живых душ, которые тоже терпели потери. Но Роза не было… Он где-то в другом месте, не в поле зрения Джона. Света камня не хватало на всех. Кто-то так и остался лежать в пустыне, забытый герой.

Войско синих немного обступило Верону, подарив возможность отдышаться, однако он все равно продолжал наступать, чувствуя, как силы его умирают. В какой-то момент он увидел в толпе самого себя, помолодевшего, улыбающегося. И медиуму снова захотелось быть им, самим собой, но многие годы назад. Этот двойник вытащил зеркало и направил его поверхность прямо на свет камня. Луч отразился и попал в одного из противников. Это память… Воскресшая память!

– Андрей справился! – кричал Трон, пробегающий мимо и умело орудующий свечой. – Смотри, Джон, они помогают нам!

Многие тысячи фантомов появлялись тут и там, протискиваясь вперед, замыкая всех живых в безопасное кольцо. Туман не выдерживал напора. И войско ощутимо стало редеть.

– Не-е-ет! – вскричал Роз, раскрыв свое местоположение.

– Вон он Роберт! – указал на него Люси. – Давай сожжем его.

– Надо заманить его в ловушку! – кричал Верона, пытаясь заглушить поднявшийся шум захлебывающихся стонов противника. – Ник! Эй, Ник, держи камень!

Ник перенял у Вероны камень Яаголя, и медиум с Люси побежали вперед, в известном только ему направлении.

– Куда мы бежим?

– Туда, откуда нельзя выбраться. Я заманю его в яму. А ты найди способ зажечь фитиль. Брось бутылку незаметно. Мне ничего не будет, не бойся.

Люси вытаращила на него удивленные глаза. Всем своим видом она показывала, что никаким образом она не готова к таких действиям. Медиум жадно поцеловал женщину, с силой отогнав от себя образ Эммы, возникший в памяти. Этот поцелуй казался ему неуместным. Но оттого значил больше.

– Вот и ты, Джонни, – раздался тихий, до ужаса знакомый голос Урана. – Как видишь, все это бесполезно. Убить смерть может только жизнь. А от твоих телохранителей толку было мало.

Уран выглядел потрепанным, ослабленным. Он реже улыбался и хромал на одну ногу. А на лице возник жуткий шрам – от правого глаза до виска зиял глубокий порез. Но кровь из него не сочилась.

– Но тебя, видимо, жестоко потрепали. Что-то ты сегодня не в форме, – пытался держаться уверенно Джон.

– Не переживай за меня, я еще заберу себе немало душ. Как думаешь, куда они попадают, когда сгорают? А? вот видишь, Джонни, я всегда в победителях.

Верона смотрел, как десяток за десятками души синего тумана сгорали в ярких лучах света. Ему не верилось, что все они попадают на третий уровень. Это замкнутый круг, из которого не вырваться. Это задача, не имеющая решения.

– Вижу у вас тут весело, я добавлю немного трагизма обстановке, – Уран сел за появившееся из ниоткуда фортепиано. – Вы не обращайте внимания, бегите, куда бежали. Я тут сам с собой поиграю немного. А, кстати, – Уран остановил жестом Верону, который решил накинуться на него. – Как думаете, ребята, какое произведение сейчас подойдет больше всего? М?

– Похоронный марш! – Джон бросился вперед, запрокидывая кулак. Но проводник сильным ударом тыльной стороны ладони откинул его назад.

В ушах зазвенело. Боль оказалась реальной. Что это значило? Снова загадки.

– Думаю, полонез подойдет. Зачем же похоронный марш? Ты же еще не умер? Так, сыграю тезку, Огинского.

Уран принялся бренчать музыку. Нет, он не фальшивил, только эта музыка звучала странно. Словно последняя песня, звучащая для людей. она рассказывала, что мир не будет прежним, что все исчезнет, канет в лету, а останется лишь темень, безнадежная, гнилая. А вокруг трупы, вспышки, смерть. И нет никакого другого метода поддержания мира, чем война. Верона лежал на руках у Люси. Оба мола слушали завороженно свой приговор. И, может, обездвижение Джона стало тому виной, но откуда-то взялся Трон. Он должен был защищать оставшихся душ, только зачем-то лейтенант подбежал сюда. Зачем, Джон так и не понял. Либетт дунул на Урана синим пламенем. Тот уже закончил играть композицию и как раз вставал. От неожиданного нападения проводник даже не защищался. Его тело находилось в огне, но не произносил не звука. Быстрым точным движением он проткнул сердце Трона своей палочкой и отправился прочь, не проронив ни слова.