Обещания темноты - Роман Проксима

– Может ты вернешься и попросишь свечу у кого-нибудь? – предложил Трон.

– Нет, Уран закрыл проход. Отсюда напрямую не выйти.

Наступила тишина, которая спровоцировала Люси на мысль:

– Нужно попросить помощи. Нам придут на помощь.

– Кто из нас живой только, хотелось бы знать? – спросил Трон.

– Все просим помощи, – приказал Ник. – Ты, Джон, тоже проси.

Верона знал, что у него точно не получится. Но ничего не оставалось. Он закрыл глаза. «Помоги нам…» Чаще всего он звал на помощь Яаголя.

Вдруг вспыхнуло синее пламя, из которого появился предводитель ассасинов.

– Скорее, бежим отсюда. Туман подбирается!

Ассасин без лишних слов перенес всех, кто был на площадке. В пещере остался только один Джон. Он начал подозревать неладное, когда прошло уже несколько минут. Давно пора было уже вернуться. Что-то не то… Снова подвох, снова все идет крахом. Из этого кошмара никогда не выбраться. Зачем Джон подписался на это? И обиднее всего являлось осознание того, что ни к чему хорошему это не приведет. Он же побывал на всех уровнях, и что бы с ним не произошло сейчас, ничего нового он не увидит, если вообще что-либо увидит. Смерть могла обещать ему лишь пустоту.

– А, вот ты где, Джонни! – за спиной очутился Уран, все такой же самодовольный, хитрый. – А где все?

Джон не удостоил его ответом, лишь презренно смотрел на него, готовый в любой момент напасть.

– Да ладно, Джонни, расслабься, не переживай, я шучу! – махнул рукой Уран. – Это я их забрал. Теперь они в надежном месте, там их никто не найдет, даже я.

– Что ты с ними сделал? – Джон накинулся на проводника, но тот увернулся.

– Ничего я не делал, что ты так встревожен? Пусть отдохнут немного у меня в гостях, пока я с тобой вожусь.

Джона взяла дикая досада. Он опять все упустил. Сколько можно гоняться за свободой, если она всегда ускользает? Он рухнул на землю, схватившись за голову. «Будь проклято все. Эти уровни, туман, проводники, эти сны, чувства. Будь проклят Зеленин. Погнал нас в западню. Сам, небось, отсиживается где-нибудь подальше от этого ужаса», – говорил про себя медиум. – «Да все он знал. Все они знали. Им выгоднее молчать. Так легче и правильнее. Чем меньше информации, тем меньше сомнений».

Джон сокрушался своим положением, потеряв любой смысл. Уран смеялся, кружась вокруг него:

– Да, Джонни, не сопротивляйся. Так будет быстрее. Раньше сдашься – раньше решится твоя судьба. От задуманного, как не пытайся – не уйдешь. Тогда зачем так долго ждать?

– Незачем. Давай, забирай меня, куда хочешь.

– Разумеется, Джонни. Все будет, как и должно. В очень редких случаях, один из миллиона, какие-то детали выходят из общего плана, не смирившись с предначертанным. Кто знает, что ждет эти детали? Вот и я: хотел тебе приготовить сюрприз, желал, чтобы ты мучился, смотря умирают твои дружки. Как умирает твоя Люси. Уже было придумал хитрую ловушку. Но потом подумал и решил – нет, сразу заберу их себе. Так я буду уверен, а потом отыграюсь, втройне.

– Что ты сказал? – очнулся Джон. Его виски пульсировали в бешенстве. – За что отыграешься?

Уран улыбался все шире и шире:

– Я отыграюсь за испорченный сюрприз. И это будет незабываемым зрелищем.

Верона встал. Его уверенность стерла улыбку с лица Михаила, погрузив его в недоумение.

– Ты чего это, Джонни?

– Боюсь, некоторые детали на столько рушат план, что его невозможно становится восстановить, – Джон толкнул оцепеневшего проводника в грудь. Тот, пролетев несколько метров, упал на скопление сталагмитов. Его тело прошилось насквозь. Крови не было. Медиуму слабо верилось, что Уран убит, но какое-то время он выиграл.

«Это был настоящий ассасин!» – ликовал Джон. – «Он забрал их в безопасное место. Как теперь мне выбраться?»

– Джон, отдай нам коробку, – позади него появился предводитель убийц в окружении своих бойцов.

– Какую коробку, не понял Джон, обрадовавшись появлению приятелей.

– Которую тебе подарил пограничник. Это ловушка для проводника.

Джон вытащил пустую шкатулку, про которую совсем забыл. Он не понял, как эта ловушка должна работать, но ему было не интересно.

– Переместите меня наружу, – попросил медиум.

– Непременно, – отозвался вожак. – Мы присоединимся к вам позже. У нас тут незаконченное дело.

Медиум отдал пустую коробочку. И тут раздался жуткий рев. Рев, погружающий в желание умереть. Этот звук издавал Михаил, пытающийся встать. Но ему не удавалось подняться. Сталагмиты резали его плоть, затрудняя движения. Верона никогда не видел проводника таким серьезным. Его настой пугал сознание медиума, и ему хотелось поскорей уйти отсюда.

– Уходи, Джон. здесь живой душе нет места.

– А свеча? Как вы вернетесь?

– Мы найдем способ. Свечи нужнее в бою, беги!

Ассасин толкнул Джона и тот зажег пламя на фитиле.

Последнее, что он увидел в этой пещере было обезображенное тело Михаила, забиравшегося на противоположную платформу. Он встретился с ним взглядом. В его единственном уцелевшем глазе читалось лишь одно – злоба.

Глава 21

Джон вышел из пламени и оказался в самой гуще толпы душ. Рядом были Трон и Люси.

– Мы думали, что ты не выберешься. Проводник очень силен и хитер.

– Да, но еще он очень зол, – ответил Джон. – Злоба погубит его.

Трон задумчиво и тревожно смотрел вниз:

– Туман готовится напасть, необходимо действовать. Думаю, пока мы находимся здесь, то являемся отличной мишенью для врага. Нужно больше пространства.

У Вероны в голове промелькнуло что-то мелкое, но необычайно важное. Нечто забытое, но необходимое, чем все остальное. Она часто снилась ему, только тогда он не понимал. Это была…

– Бутылка, Трон! – улыбнулся медиум.

Лейтенант посмотрел недоуменно, но потом тоже улыбнулся.

– Какая бутылка? – озадаченно посмотрела на них Люси, будто упрекала их за распитие горячительных напитков. – Нашли время!

– По-моему, – сказал Верона, – сейчас самое подходящее время.

Медиум скомандовал сообщить всем подготовиться к перемещению. Джон не мог переместить всех одновременно, поэтому решил делать это по очереди. Первая партия очутилась в пустыне памяти, рядом с одиноко стоящей в песке полупустой бутылкой виски.

– Надо же, даже никто не отпил, – поднял тару Либетт.

– Кому захочется блуждать по пустыне, оставаясь наедине со своим прошлым? – Джон отпил из бутылки вслед за другом. Ощущение вкуса было острым, но кратковременным.