Обещания темноты - Роман Проксима

Он положил трубку. Люси не говорила взволнованно, значит бояться нечего. Женское чутье не предвещало беды. К тому же, «Тесла» хорошее людное кафе, где никто не захочет совершать противозаконные вещи. Все-таки, люди Зеленина нашли его. Рано или поздно это должно было произойти. Джон сам хотел отыскать полковника. А так они облегчили задачу. У Вероны имелось к нему пара вопросов. Но это будет завтра, а сегодня у Джона осталось еще одно незавершенное дело.

Он сел на скамейку, мимо которой реже всего проходили, потому деревья здесь росли редко, и ветер приносил холод со всех сторон. Люди гуляли в других местах.

– Эмма, нужно с тобой поговорить, – произнес Джон.

Спустя некоторое время на другом конце скамьи появилась девушка с нелепой шляпкой.

– Мы, пограничники, очень сильно благодарны, – сказал она, – да и все остальные. Теперь там все поменялось. Много душ погибло, но все же для очень многих началась новая эпоха. Мы отстраиваем мир заново. Хочешь посмотреть? Приляг, поспи.

– Нет, – отрезал Джон. – Я рад, что на уровнях все хорошо. Только я не хочу больше смотреть. Не хочу знать.

– Хорошо, не будешь. Все равно когда-нибудь узнаешь. И правильно, зачем тебе приходить на стройку, когда можно будет увидеть готовый вариант.

– Я не хочу видеть, не сейчас. Я не хочу быть медиумом, Эмма. Я устал.

– Но ты же очень многим помог. Твоя помощь неоценима.

– Спасибо, но я не хочу.

Он замолчал на некоторое время, потом продолжал:

– Пока я был медиумом, я забывал, что значит быть просто человеком. Я не всесилен. Я обычный смертный человек со своими слабостями. Я хочу умереть, не зная, что со мной произойдет дальше. И поверь, можно помогать людям, не обладая особыми способностями. Просто я хочу забыть эту силу, которая сводила меня с ума, – и после минуты молчания добавил: – я обещаю, что буду помогать людям, душам. Но только в своем теле, в своей голове, в своей душе.

– Я понимаю. Спасибо, Джон, ты обретешь свое счастье, – сказала Эмма пронзительно мудрым голосом. Она дотронулась до его лба.

Верона ощутил обжигающую боль по всему телу, особенно жгло грудь. Девушка исчезла. От ее присутствия осталось небольшое красное пятно на лбу. Джоном завладела слабость. Безмерная, человеческая, живая. Он вот-вот заснет. Но необходимо добраться до дома.

Верона взял такси, выйдя из парка вялыми шагами. У подъезда он встретил соседа, которого попросил довести его до лифта. Сосед предложил вызвать врача, но Джон отказался. Поднявшись на свой пятый этаж, он вошел в автоматически открывшиеся двери квартиры.

– Ты кушать будешь? – спросила Люси.

– Нет, любимая. Я посплю немного. Это тебе, – он всунул ей в руку маленькую коробочку конфет, которую купил еще утром и всюду таскал с собой.

Не раздеваясь, Джон рухнул на постель. Все, как всегда. Жизнь понемногу возвращалась в привычное теплое русло. И тепло дома окончательно сморило Верону. Он уснул беспамятным сном. Все, что снилось ему – темнота.

Он открыл глаза, когда уже было далеко за полночь. Люси спала рядом, под одеялом, свернувшись в комочек. Джон не будил ее, лишь слегка поцеловал в щеку. Она распрямилась, промычав что-то нежное, но так и не проснулась. Джон взглянул на дисплей телефона – там значились три пропущенных вызова от Волохова. «Перезвонить? Нет, пожалуй, три пропущенных слишком мало для срочного дела», – рассуждал Верона.

Джон выпил стакан воды и подошел к окну. На улице лил сильный дождь. Что-то зачастила погода обнажать свою капризную натуру. На стенах домов через дорогу висели огромные баннеры, значащие: «Аномалия растворилась аномально», «Конец света переносится». И тут же реклама авиалиний: «Летайте с нами. Наши самолеты оборудованы антигравитационным резонатором поля. Аномалия – это не зона на карте. Аномалия – это наши самолеты». И еще одна реклама: «Проснулся? Выпей чашку высокоэнергетического кофе. Заряжайся энергией, пока можешь, Джонни».

Верона не поверил глазам. Этот баннер был обращен к нему. Он присмотрелся еще раз – концовка изменилась. «…Заряжайся энергией» – значила она. Возможно, этому виной капли дождя, стекающие по окну. А, может, страх возник из ниоткуда, и сейчас рвался наружу с утроенной силой.

Сердце колотилось сильнее обычного, голова кружилась. Джон и вправду выпил кофе, который придал ему запас свежих сил. Уран по-прежнему находилсяна пятом уровне, где Джон его запер. Он погрузил его в свой сон, в который никогда не сможет вернуться. Пусть страх, леденящий душу, выходит наружу, но так будет лучше. Ничего не случится плохого ни с кем, пока шкатулка закрыта. Пока шкатулка лежит в темной яме, полной несбыточных желаний.

Джон вспомнил про Михаила, стал размышлять о нем, и к нему подступил ком к горлу. Это была жалость, смешанная с отвращением. Ничто не может оправдать убийство. Ничто не может оправдать зло. И Джон поклялся сам себе, он поклялся спящей Люси, он поклялся памяти Трона, что никогда не выпустит его наружу, ни за что не даст возможность Урану увидеть чистоту этого света. Потому, что рожденный во тьме, лелеет лишь тьму.

Джон вдохнул полной грудью и почувствовал, что снова хочет спать. Это было странно, но ему хотелось. Может, он разучился жить? Он отправился в кровать, на этот раз раздевшись. Суетясь, Верона нечаянно разбудил Люси.

– Почему не спишь? Ты можешь попить чая травяного. Там в шкафу. Успокаивает… – говорила она сонно.

– Не надо, дорогая, я уже лег. Спи, сладких снов.

Он обнял ее сзади, обхватив усталыми руками. Все, теперь можно ничего не говорить, ни о чем не думать. Только наслаждаться теплом, любовью, ночью. Пора было стать просто человеком, не владеющим никакой информацией по поводу истинных положений дел. Он лежал в постели с любимой женщиной. Большего счастья и придумать нельзя. Джон лишился огромного количества энергии, работы, с которой уволился две недели назад, но самое главное – он потерял друзей в бессмысленной и ненужной войне. И в его руках почти ничего не осталось. Осталось только одно, чем Джон владел в полной мере – его собственная жизнь.