Страна Серых Снов - Наталья Заварзина

Вертикальные зрачки Варфоломея сузились, когда он посмотрел на костер.

- Да, ничего... - еще раз повторил Дух.

- Почему ты здесь?.. - сцепил пальцы демон на могучих руках.

- Почему я здесь. Тяжелый, ранящий глубоко вопрос. Я ожидал, пока ты его задашь. То, что ты видишь - лишь жалкая, уродливая оболочка моей души, исковерканная этой самой Серостью... - напряженные скулы и сжатые брови показали мимолетную ненависть. - Мою последнюю жизнь я совсем не помню, но отчетливо вспоминаю то, что я умер во сне... Вот поэтому я так изменился.

- Умер во сне?

- Именно! - Дух обхватил руками свой лысый череп. - Как и за всеми, за мною пришли. Никогда в жизни не думал о них, об этих... судьях, или как там их называют. Произошла ошибка. Какая-то идиотская ошибка с моим перерождением... или завершением. Не знаю, - отмахнулся он, словно ему возражали.

- Они не брали меня к Архонтам. Для меня не было выбора, суда и возмездия. А бывает ли оно? Что оно?.. Я никуда не попал - обе из Дверей остались закрытыми для меня. Но так или иначе, я стал серым. Более того, эти... судьи назначили мне самое страшное, что возможно в мире Снов. Это был ЧЕРНЫЙ ОКЕАН... - и дрожь скорби мытарств прошлась по тщедушному телу. Самое отвратительное и безысходное место Серости.

Они, ни на секунду не задумываясь, бросили меня туда. В эту черную гущу, поглощавшую души от начала миров. Ненасытное... Едва вдохнув его липкие воды, я почувствовал, как меняюсь. Этот гротескный образ с огромной головой и длинными ушами, эти руки-крючки, все это - работа верхней поверхности Океана...

Демон не пропускал ни слова, застыв в одной позе. Рассказ о Черном Океане тронул его гнилую суть: такое могло бы существовать по правам только в Аду, думал он. И здесь, в срединном мире, он находит такую новость.

Варфоломей не подозревал, куда его ведут.

- Как только я погрузился в него, думал, что погибну. Я бился и вырывался, как мог, из этой патоки. Но ощутил вдруг, что в мой разум вторгается иной... Он был очень силен и говорил так тихо, так успокаивающе... Я видел воронку. Он зажал меня в невидимые тиски, потом отпустил, словно проверял на прочность. За полсекунды я испытал ужасную боль, потом жар, потом одинокий вселенский холод. Наконец этот интеллект покинул меня, заставив ударом заснуть.

- И что потом?.. - от нетерпения Варфоломей приблизился к Духу вплотную.

- А потом  за мою спину уцепились когти. Как серпы. Но никаких ран или тепла крови на мне не было. Хотя, тогда я и не помышлял об этом. Но тупая злоба Океана покинула меня, когда эти когти вырвали меня из вод... Несколько бессознательных минут я, верно, как тряпка, болтался в воздухе, а потом меня бросили на что-то.

Потом выяснилось, что это и был тот, которого ты видишь напротив. Странник Серых Снов заметил мою душу. Я до сих пор не знаю, почему, - голос перешел в шепот. - Не разбуди его, иначе он начнет отнекиваться. В последний момент, когда я уже был готов свернуться в Черном Океане, Странник вызволил меня. Вызволил с помощью злохвата...

- Ммф... откуда же злохвату взяться в... Серости?

- Я этого тоже не знаю. И был ли этот злохват?..

Варфоломей с недоумением глянул на дремлющего бродягу. Странная мысль, смешанная с сомнением, мелькнула в его сознании. Изменение. Но как?

- Но главное то, что меня вызволили. Нет ничего лучше свободы. Ничего и нигде, демон, - в голосе Духа прослеживалась торжественная уверенность. - И я тогда был непередаваемо счастлив. Да, это ощущение я уже плохо помню, но отголоски все же иногда доходят...

Лежа на берегу Океана, я отдавал из моего существа остатки, которые исходили, словно гадкие черви, стремясь поскорей воссоединиться с породителем. Я вспоминаю их лютое ехидство. Что уж говорить о САМОМ Океане. Верно, он был зол на Бродягу.

Странник спас меня и я никогда не расплачусь с ним. Этот подарок бесценен. Он нарушил правила Архонтов, даже правила своей собственной Страны... ради жалкой, низкой, уродливой твари вроде меня. Вот почему я стараюсь быть с ним в Пути. Возможно, я мешаю ему или просто он равнодушен ко мне, но он позволяет мне ходить по Серости с ним. Я узнал много ее таинственных дорог, но я уже выдыхаюсь... Доколе я продержусь, не предполагаю.

Скоро они снова оказались в пути. Мнимый лагерь исчез так же быстро, как и появился. Налетавшая пыльная буря Холодной Пустыни заставила крепче зашнуровать сапоги и застегнуть плащ. Утопая в мягкой сыпучей пыли, они двигались в приглушенном свете неба так медленно и так долго, что Варфоломей невольно начал опасаться. Окидывая мерзлую жуть, он в сердцах выпалил:

- Этой проклятой пустыне нет края! Где мы, вы хоть знаете? уравновешенность бивачного слушателя как рукой сняло. - Мы дойдем или нас погребут здесь эти повторяющиеся дюны?!

Дух не издал и звука, а мерный шаг Безымянного остановился. Серый сжал кулаки и продолжил выслушивать пустые вопли противоположного.

- Да чтоб вы провалились!.. Почему мы тащимся так медленно? Почему не прибавить шагу или даже... побежать?! Что такого в том, чтобы ускорить мое наказание? - и оковы напряглись от сжавшихся мускулов.

- Глупец, - ответил подходящий Странник. - Снова ты просишь особенного... Ну что ж, я отпущу тебя.

- Э-ээ...- вставил Дух.

- Да, я отпущу его. Пусть идет, бежит. Может даже отрастить из своей спины два-четыре крыла и полететь... Я отказываюсь от него... - и он отвернулся.

Демон часто и шумно дышал, раздувая ноздри, не понимая ответа. Он уже почти перестал настаивать, но твердо зашагал от серых, набивая между пальцев горсти песка.

- И зачем?.. - спросил Дух. - Он же сейчас...

- Пусть убедится... Страна Серых Снов - место всяческих ограничений, которые надо знать и самолично испытывать на своей шкуре. А я - не ходячая энциклопедия.

Варфоломей оглянулся на спутников и кинул взор вдаль. Ничего. Белая пустыня. Сиреневое небо, которое заволокла сонная пленка. Смертная тоска. Ффу.

Он рванулся вперед и неожиданно почувствовал, как ноги становятся ватными. Краем глаза он увидел мелькнувший... грузовик? Он не мог ступить и шагу, не то что стремительно бежать. Рывок - разбитый самолет, еще перевернутый поезд. Пытался помочь руками, но странная судорога атрофировала его конечности. Пустыня не давала пройти, сковывая его пуще цепей. Варфоломей замер в мягком облаке, в которое превратилось холодный пустырь. Он сумел ступить еще один маленький шаг, который удался ему с мученическим трудом. Чудом ступил он еще, удивляясь, что ноги абсолютно его не слушаются. Но третий шаг он не смог осилить, испытывая, как примитивная мысль, отвечающая за движение, ужасающе стопорится и вязнет в окружающем. Флюидах, клетках, энергии. Обессилев окончательно, он упал на снег.