Звёздотрясение - Роберт Л. Форвард

а затем используем ее в качестве базы для строительства посадочного модуля и пусковой установки.

Пьер был озадачен. – Я с трудом представляю, как вам удастся это провернуть. Даже если вы сможете сжать астероид до размера, при котором его поверхностная плотность совпадет с таковой у нейтронной звезды, уравнение состояния при таких условиях будет неустойчивым, и в итоге тело просто сколлапсирует в миниатюрную черную дыру.

– Мы в курсе, – ответила Плазменная Оболочка. – Внедрив в астероид монополи только одного типа, мы сможем увеличить плотность центра за счет образования монополия, однако атомы монополия имеют свойство отталкиваться друг от друга в силу одноименного магнитного заряда. Мы надеемся, что этот метод поможет нам удержать коллапс астероида под контролем и не даст ему схлопнуться до состояния черной дыры.

– Звучит рискованно, – заметил Пьер. – Вы уверены в расчетах?

– Нет, – ответила Плазменная Оболочка. – Но это риск, на который мы обязаны пойти.

Неожиданно на экране появился еще один чила. Пьер узнал двухзвездные грозди на коже Разрезающего Сталь, адмирала, возглавлявшего космическое поселение чила.

– Нас беспокоит не это, – вмешался он. – Мы хотим использовать модулятор не только в качестве базы для постройки гравитационной катапульты, но и для того, чтобы доставить на Яйцо саму катапульту. Нам придется сместить астероид с его привычной орбиты.

– Мы не возражаем, – ответил Пьер. – Все, что нам нужно, – это его гравитационное поле, и нет никакой разницы, создает ли его вырожденный астероид, миниатюрная нейтронная звезда или черная дыра. Снаружи гравитационное поле будет одинаковым. Главное верните его на прежнюю орбиту, когда доведет дело до конца, чтобы мы смогли снова попасть на Сент-Джордж. Вы ведь не заберете его надолго, так? Наша миссия была рассчитана на восемь дней, так что припасов нам хватит всего на несколько недель.

– В этом-то и проблема. – На экране остался только Разрезающий Сталь. – Есть вероятность, что компенсаторная масса будет уничтожена в процессе доставки катапульты на Яйцо.

Шокированный этими словами, Пьер на несколько секунд потерял дар речи, но быстро понял, что впустую тратит время, которое по меркам чила исчислялось целыми неделями; судя по мерцающему изображению, его собеседник появлялся у консоли по пять раз за секунду.

– Без орбитального модулятора нам отсюда не выбраться… Каковы оценки вероятностей?

– Мы не оставляем поиски альтернативных решений, – ответил Разрезающий Сталь, – но в данный момент шансы составляют 12 к 1.

– Что ж, – сказал Пьер. – Звучит не так уж плохо.

– С вероятностью 11/12 модулятор будет уничтожен приливными силами во время доставки катапульты, и лишь с вероятностью 1/12 уцелеет за время путешествия. Все зависит от того, как в процессе движения будут сочетаться орбитально-приливная динамика и внутренние колебательные моды астероида.

Пьер снова умолк на несколько секунд, но в этот раз его мозг уже не беспокоился о чила.

– Есть еще Оскар, второй крупный астероид, при помощи которого мы вывели модулятор на его орбиту. Вы можете использовать его?

– При наших скудных ресурсах нам просто не хватит энергии, чтобы изменить законы небесной механики для больших масс низкой плотности, – ответил Разрезающий Сталь. Астероид уже приближается к границам системы Яйца Дракона. Чтобы его вернуть, нам потребуется не меньше шести месяцев. Но для нас это целая вечность.

– Хммм. Обдумав варианты, Пьер сказал:

– Думаю, мне стоит обговорить это с командиром Свенсон и остальной командой.

Для обсуждения экипаж Драконоборца собрался в комнате отдыха. Когда они вошли, Доктор Вон довел тонировку напольного иллюминатора до непроницаемо черного цвета. Решение и без того было непростым, и мельтешащее перед глазами ярко-желтое пятно далекого Солнца лишь усложнило бы им задачу.

– Командир Свенсон говорит, что выбор за нами, – сообщил Пьер. – Она поставила только одно условие: мы проведем тайное голосование, и решение о том, чтобы позволить чила использовать Отис, должно быть единогласным.

– Будь шансы выше, ответить «Да» было бы куда проще, – заметила Джин. – Восемь процентов – не лучший расклад.

– Восемь и одна треть процента, – поправила Сейко. – Плюс, не стоит забывать о том, сколько разумных жизней стоит на кону. Рискнув нашей пятеркой, мы можем предотвратить крах целой развитой цивилизации.

– Мне просто не по душе такая смерть, – высказался Абдул. – Как по мне, умирать с голода не самое приятное занятие. Лично я бы предпочел, чтобы все закончилось быстро.

Слово взял Цезарь. – Я бы хотел напомнить, что чуть больше трех часов назад быструю смерть чуть не испытали мы все, и спастись нам удалось, лишь благодаря усилиям двух чила, адмирала Разрезающего Сталь и инженера Утесного Паука, которые теперь просят нас о помощи.

Пьер ждал продолжения дискуссии. Но его не последовало, и тогда он раздал команде чистые листки бумаги.

– Напишите «Да», если согласны предоставить Отис в пользование чила, и «Нет» – если считаете, что риск слишком велик. – Затем Пьер собрал бюллетени и быстро просмотрел результаты.

– Четыре голоса «За» и один «Против». Я сообщу адмиралу Разрезающему Сталь, что им придется найти другой способ высадки на Яйцо. А после перепрограммирую ракеты-погонщики, чтобы изменить орбиту Отиса и вернуться домой.

– Минутку, – вмешался Абдул. – Я передумал. Я тоже голосую «За». Чила не виноваты в смерти Амалиты, а злиться на нейтронную звезду попросту глупо. Ей нет до нас дела.

Вторник, 21 июня 2050 г., 10:25:02 GMT

Разрезающий Сталь и недавно омолодившийся Утесный Паук наблюдали с разведывательного судна, как грузовой корабль, доставивший первую партию северных магнитных монополей с далекой монополиевой фабрики, вываливает их на созданный людьми орбитальный модулятор. Освободившись от своего контейнера, монополи рассеялись под действием взаимного отталкивания, образовав диффузное облако. Затем гравитационное поле модулятора втянуло облако, и оно исчезло под шероховатой поверхностью километрового шара. На поздних этапах уплотнения намагниченный шар придется обстреливать монополями из электромагнитной пушки.

– Первая, – сказал Утесный Паук. – И еще целая бесконечность впереди. – Он пососал красный жевательный шарик, выданный одним из новых пищевых автоматов.

– Работа будет долгой и нудной, – согласился Разрезающий Сталь. – Сорок поколений, потраченных на перетаскивание монополей через один и тот же однообразный кусок пространства между фабрикой и орбитальным модулятором. Ситуация открывает массу возможностей для скуки, ошибок и даже бунтов. Я хочу, чтобы в школах-яслях преподавали как можно больше истории, чтобы работники паромов получали максимум