Обещания темноты - Роман Проксима

– Видишь ли, – пытался дать желаемый ответ Джон, – чем больше помогаешь, тем лучше видишь, что еще совсем далеко до конца. И помочь всем никто не в силах. Таких людей по пальцам можно пересчитать.

– А зачем доходить до самого конца? Каждый делает то, что умеет. И нельзя его в этом винить.

– Все у тебя так легко и правильно, – медиум обнял девочку и ощутил неимоверное спокойствие. Скованная боль, которую он ощущал, находясь здесь, исчезла. Он глубоко вздохнул и отошел в сторону.

Девочка побежала рвать цветы, что росли рядом со зданием отеля. Все здесь напоминало прошлую жизнь. Джон стал верить в нее. Он привык к непостоянной, изменчивой среде, к ощущению ненасыщенности просторами жизни после смерти. Но никак не мог смириться с покоем. Многие люди на планете считают, что после смерти человек обретает покой. Верона ни разу его здесь не ощущал. Ему хотелось что-то изменить, пытаться выбраться отсюда. Лезть выше, дальше, глубже. Ему хотелось жить. Сидеть на месте здесь было невозможно, да и неправильно. Окружающая обстановка могла измениться за мгновение, не дав времени понять, как действовать дальше. А сейчас медиум вообще ничего не понимал, так как не понимал состояния своей души и тела. Находится ли он все еще в коме, или мертв давно – загадка номер один. Но жить хотелось.

Пару минут спустя из холодного пламени появились трое мужчин – Трон Либетт, Андрей Волохов и Уран. Джон думал, что будет больше, но чем меньше людей – тем меньше потерь. Он окликнул девочку, которую звали Кира, и они приблизились к компании.

– Ну что Джон, куда направляемся? – спросил его Уран.

– Искать выживших в этом страшном месте. Кира нам поможет.

Девочка кивнула. Верона склонился перед ней, и спросил:

– Ты хорошо можешь представить себе то место?

Она опять кивнула и зажмурилась. Медиум передал ей свечу, и сказал дунуть, что есть сил, на пламя. Но у девочки плохо получалось. Огонь не разгорался.

– У нее не хватает сил. Она же столько времени провела в страхе, – говорил Уран. Он склонился над предметом, лежащим у дороги в пыли. Это была свеча Леонида. – О! Вы нашли еще свечи? Нам пригодится.

– Возьми ее себе, – сказал Джон. А ведь он был прав. Самому то Вероне приходилось трудно порой сосредоточиться, или того вовсе кружилась голова. А тут сейчас стояла маленькая девочка, запуганная, давно не видевшая света. – Попробуй представить, что когда у тебя получится, то все плохое тут же исчезнет. Останется только хорошее и светлое.

Кира еще раз закрыла глаза, да так сильно, что Джон прищурился тоже. Огонь разлился из фитиля, и девочка дунула на пламя, охватив им всю компанию.

Секунда забвения и огонь погас. Та же дорога, тот же город. Только отель немного изменился. На порядок ниже предыдущего, но шире и краше. Богатые узоры на каменных стенах придавали особую значимость этому дому. Высокие готические окна придавали красоту и изыск. Табличка на входе значила: «Обещания роскоши».

– Кому что могла роскошь пообещать? – задал вопрос Либетт.

– О-о, – улыбнулся Уран. – Много кому и много чего. На сколько я помню – самый многочисленный отель когда-то был. А сейчас там в нем – человек сто-сто двадцать. Уран посмотрел на свою маленькую дощечку, на которой в одной куче сбились несколько десятков белых точек.

Джон услышал легкий стон позади себя. Кира упала навзничь. Перелет отнял у нее много сил. Медиум поднял девочку на руки. Она дрожала всем телом, продолжая сжимать свечу.

– Андрей, бери ее и перенеси в лагерь. Ждем тебя двадцать секунд и отправляемся внутрь, – приказал Джон. Волохов перенял девочку и оба исчезли.

– Нам надо вызволить души оттуда и навалить этим синим засранцам, – разъярился Верона. Он терпеть не мог, когда взрослую работу приходится делать детям, и оттого вдвойне тяжелее была гора на плечах. Он ждал секунд тридцать. Потом прошла минута. Две… А Андрея все не было.

– Нужно отправиться за ним, – предположил Трон.

– Нет, – отрезал медиум. – Может что-то случилось, нам не стоит соваться туда поодиночке. Спасем оставшихся и вместе отправимся. Втроем мы сильнее.

Мужчины все, как один ринулись в отель. Джон еще раз напоследок обернулся: «Ну где же ты, Андрей?». Двери за мужчинами закрылись. Они стояли внутри.

Богатство – вот оно единственное слово, которое подало ассоциацию медиуму с внутренней отделкой гостиницы. Он не стал рассматривать все более подробно – лишь крикнул друзьям бежать в одном из направлений, где светились белые точки душ. Они бежали, и Верона ощущал, что бежит по монетам. Монеты сверкали так ярко, что казалось синих солдатам здесь делать нечего. Но враги здесь были.

– Берегись! – Либетт пламенем свечи сжег троих бездушных солдат. Они не боялись яркости, исходящей от денег. Казалось, наоборот, подпитывались ею.

Еще двое, вылетевших из-за угла были уничтожены огнем из свечи Урана.

– Не тормозим. Надо спешить!

Атака продолжалась. Синие души вылетали из дверей номеров и лестничных пролетов. Но ловкие маневры мужчин помогали защититься от нападений. Камень Яаголя выручал как никогда. Пот выступал на лбу Джона, мешая держать глаза всегда открытыми. И все же, никто не смел отдыхать. Видимо, враги прознали про присутствие их здесь, и теперь солдаты нацелено летали строем или группами, чтобы нанести поставленный удар. Свет оказался сильнее смерти. И спустя полчаса непрерывной борьбы, компания добралась, наконец, до двери, за которой и была их цель.

– Открываем! – Джон встал напротив, чтобы нацелить свет камня на возможных врагов. Трон открыл дверь, а Уран следил за прикрытием.

Дверь не поддавалась. Лейтенант корчился от напряжения, но все без толку.

– Трон, открывай дверь! Попробуй сжечь ее! – Джона брала досада, что опять у них все не ладится.

Либетт дунул пламенем свечи, дверь обуглилась слегка, но значительных повреждений не было. Джон подбежал к ней и пнул что есть мочи. Ногу он ударил, надо сказать, основательно. От боли зашумело в ушах. Верона только и произнес Трону, который в такой же растерянности смотрел на него:

– Вроде и умер уже, а боль осталась. Зачем? – и медиум свалился без чувств. Поднялся ветер, в коридоре стал нарастать гул. Жуткий сквозняк?

Либетт не знал, что делать. Он еще раз попытался открыть дверь.

– Оставь их. Им не помочь, – перекрикивал ветер Уран. – Они ни за что свои деньги не бросят. Бери Джона, выбираемся отсюда. Трон подобрал тело Вероны, не без усилий водрузил его на плечи и ждал, пока Уран зажжет свечу. Огонь скрыл от глаз все – золото, рассыпанное по полу отеля, стены, увенчанные портретами состоятельных людей и даже ветер, разъяренный не на шутку. Но все же ему не удалось скрыть одну вещь. Деталь, казавшуюся раньше глупой или неправдоподобной. Трон видел это раньше, только он подумал, что померещилось. От этого не могла поменяться суть событий, однако, как раньше быть тоже не могло.