Лицо врага - Ричард Фоукс

— У нас есть задание. — Внизу полыхал под лазерами «Сверкающего» Дом Кассуэлов. Вскоре в атмосферу пойдут ракеты. Они будут сражаться с врагом. Стоун предпочел бы, чтобы борьба велась открыто и честно. Но солдаты делают то, что им приказывают. — И оно не будет выполнено, пока мы не вернемся с пассажирами. Сейчас мы не имеем права вступать в бой.

Стоун не любил поворачиваться спиной к врагу, особенно когда у него были все шансы победить. Но для эриданцев долг — превыше всего.

— Однако нам не запрещено защищаться. Если реморы вздумают нам помешать, открывайте огонь.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

2317 год

Притяжение окружающего

1

Кен Коной сидел, склонившись над панелью управления. Он чувствовал себя самым несчастным человеком во всем Пан-Стелларе. Он снова и снова заново пробегал глазами столбики цифр, но всякий раз ответ получался один и тот же. Как ни крути, к этому времени станция должна была возвратиться.

Изменения, внесенные в конструкцию стандартной космической станции BIN-6100, никаких осложнений вызвать не могли. Конечно, 6100 предназначалась скорее для курьерской, чем для научно-исследовательской работы, но тем не менее была спроектирована для целей военных. Запас прочности у нее был очень большой; даже вероятность благополучного возвращения из зоны боевых действий по расчетам составляла семьдесят восемь процентов. Так где же станция?

Черт побери, неужели она в самом деле приземлилась в зоне боевых действий?

О такой возможности не хотелось и думать. Нет, проникнуть так далеко в освоенный людьми космос реморы не могли. Кен Коной, без сомнения, знал бы, если бы это случилось. Значит, надо искать другую причину.

Цифры утверждали, что все в порядке. Согласно расчетам, станция должна была находиться в ста километрах по правому борту «Берда». Только ее там не было…

Безумие какое-то! Коной знал, что его расчеты верны. С ними согласилось Исследовательское Управление ОПС. По пути он сам раз десять все перепроверил. И Уинни тоже. Вот же они, цифры! Вот они!

Но где станция? Дыра либо перемещала все, либо не перемещала ничего. Станция исчезла, значит, перемещение произошло — иначе бы она до сих пор торчала на том же месте.

Только почему она не вернулась? И где она может быть?

Коной еще раз попробовал пересчитать все заново; он дошел до того, что ввел переменную для межзвездной пыли. Ответ получился тот же самый. Тот же неверный ответ!

Измученный, Коной уставился на экраны, заклиная их показать возвращавшуюся станцию. Ничего не изменилось.

Может, корпус станции ионизировался?

Коной снова взялся за расчеты.

— Капитан? — окликнула его Джейн ван дер Нугт.

Ее голос отвлек Коноя, и он рассердился. Он хотел получить ответ, а не отвечать на вопросы. К несчастью, результат оказался таким же, как и предыдущие. Придется смириться. Коной вновь сосредоточил все свое внимание на пульте управления «Берда».

«Берд» был типичным кораблем Объединенного Исследовательского Управления, в котором все модули и грузовые отсеки были автономными и могли легко заменяться другими. Официально он входил в состав военного флота Пан-Стеллара, но на самом деле не был исключительно боевым кораблем. Строго говоря, весь флот ОПС представлял собой этакий коктейль из снабженных орудиями торговых и исследовательских звездолетов. Картели, контролирующие Руководящий Комитет Объединения, интересовались только торговлей. Исследовательское Управление существовало лишь для того, чтобы искать для торговых кораблей Объединения новые пункты назначения.

По внешности Джейн дан дер Нугт ни за что нельзя было сказать, что она занимает пост старшего помощника командира корабля. Простой комбинезон военного покроя делал ее больше похожей на великовозрастную студентку, чем на ученого с именем. Джейн с презрением относилась ко всяким нашивкам и знакам различия. «Не мой стиль», — говорила она, хотя ничего не имела против его капитанских нашивок. Конечно, и ее должность, и должность Коноя носили временный характер. Практика Объединения назначать капитанами предпринимателей и ученых служила поводом для насмешек у представителей других государств, но она приносила плоды. Как-никак интерес к заданию важнее, чем опыт космических путешествий. Особенно когда в вашем распоряжении есть компьютеры, способные пилотировать звездолет лучше, чем большинство людей.

Джейн назначили старпомом, поскольку она входила в исследовательскую команду Коноя и работала не меньше его. Коной заметил знакомое недовольное выражение на ее лице, от которого лошадиная физиономия Джейн вытягивалась еще больше. Очевидно, пока он занимался вычислениями, она давно и безуспешно пыталась привлечь его внимание.

— Я говорю, что у нас есть вторая станция, — сообщила Джейн с заметным раздражением и торопливо начала перечислять список модификаций. Пожалуй, она волновалась за судьбу первой станции не меньше капитана.

Коной не слушал. BIN-6100 могла и не возвращаться. Он взял ее на борт только лишь потому, что правила требовали дублировать все оборудование в полетах к отдаленным системам. Коной возмутился, когда, изучив его декларацию груза, чиновник из Комитета напомнил ему об этом. И вознегодовал еще больше, когда чиновник отказался дать разрешение на покупку этой чертовой станции на средства Комитета. На нее ушли все сбережения Коноя. И от второй станции будет зависеть не только успех задания.

— …Ждать катастрофы. Джерри запрограммировал, чтобы она немедленно загружалась в главную память системы. На всякий случай, чтобы «охранить данные.

— Но у нее мощная защита, это же военная разработка. Она не должна…

— Да ты меня совсем не слушаешь! Я говорю о звездной картографической системе с аварийным устройством, а не об этой паршивой станции. Господи, Кен! Где твои мозги?

— Извини. Просто я беспокоюсь.

— А кто не беспокоится? Не один ты вкладывал деньги.

— Знаю. Как ты думаешь, она — я имею в виду первую станцию… Тебе не кажется, что ее умышленно уничтожили?

— Кто? Все на корабле знают, как важно нанести на карту маршрут.

— Я не имею в виду саботаж. — Капитан боялся высказать свои опасения вслух, чтобы не накликать беду, но ему хотелось, чтобы кто-нибудь убедил его в том, что он ошибается. — Я думал о реморах.

— Что за ерунда, Кен! Их кораблей не видели в радиусе ста световых лет от этого сектора. Реморы не вторгались в пространство Объединения уже четырнадцать лет. И вряд ли полезут сюда сейчас.