Лицо врага - Ричард Фоукс

Эрш тоже был эриданец. Встретившись глазами с Андерсом, майор понимающе кивнул. Затем снова забрался в блоуер и вылез оттуда с тяжелым импульсным автоматом.

— Покажите мне позицию, лейтенант. Я вас прикрою.

Квонтараден содрогнулся от очередного удара тяжелого орудия «хозяев ночного неба». С потолка посыпался песок. В промежутках между оглушительными разрывами Грамманхатей слышал крики охотников, которые храбро, но безуспешно пытались отстоять квонтараден. Что ж, разве луки и стрелы могут тягаться с молниями?

«Хозяева» пришли за Грамманхатеем, потому что им нужен был «вопрошающий». Только им невдомек, что они опоздали. «Вопрошающего» больше не существует. А они это не понимают.

Закрыв ставни, Шессон отвернулся от оконного проема. Сквозь тонкие доски было хорошо слышно, как кричат умирающие. Седой старик скорбно произнес:

— Охотники проиграли. «Хозяева» вошли в квонтараден.

На другое никто не надеялся. Теперь ждать оставалось недолго.

Стая сбилась в кучу, ища утешения в тепле друг друга. От чужаков их отделяла всего лишь наспех сооруженная баррикада у входа проема. Теперь уже скоро…

Андерс ворвался в дверной проем, держа оружие наготове, но в помещении не было воинов. Луч из дверей осветил земляной пол и на нем — десятка два покрытых седым мехом стариков.

Кассуэлы отпрянули, заслоняя глаза от яркого света. У задней стены они сбились в кучу так тесно, что было невозможно понять, где чьи руки и ноги. Туземцы всегда жались друг к другу, когда их что-нибудь беспокоило. И еще они выли. От этого воя проснулся бы и мертвый.

Внезапно Андерс осознал, что один голос выделяется на фоне прочих. «Мы взываем о помощи, но нас не слышат», — произнес кто-то по-английски. Это мог быть только Элликот. Среди седого меха мелькнула белая кожа. Андерс включил передатчик.

— Майор, я его нашел.

— Вытаскивайте его оттуда к чертовой матери, — ответил Эрш.

Андерс направился к дальней стене и сразу почувствовал на своем комбинезоне кулаки, когти и даже зубы туземцев. Разумеется, для него все это не представляло никакой опасности.

— Профессор Элликот, вы должны немедленно отправиться с нами, — сказал Андерс.

Светлое пятно человеческой кожи тотчас исчезло среди меха аборигенов. Андерс вызвал к себе свой взвод, оставив у входа только Милано и Вилсона. Чтобы отцепить Элликота от аборигенов, потребовались все солдаты Андерса. Наконец, осознав свое поражение, кассуэлы отступили и снова сбились в кучу в углу. Но когда двое солдат подтащили Элликота к Андерсу, лейтенант усомнился в том, что они спасали того, кого нужно. Мужскую особь — несомненно, но вот человека ли?

Элликот, закутанный в шкуру кассуэла, дико озирался по сторонам. Его голову, словно капюшон, покрывала стянутая под подбородком ремнем кожа, снятая с головы мертвого кассуэла. Лапы от шкуры были тоже ремнями прикреплены к запястьям Элликота. Казалось, будто грязный социоксенолог одет в шубу из крысиного меха. Кроме того, на нем висели кассуэльские колокольчики, бусы и прочие побрякушки. Некоторые — под шкурой, другие — поверх нее, словно в свое время принадлежали мертвому кассуэлу. Весь этот наряд выглядел до крайности нелепо.

— Что они с тобой сделали, дружище? — спросил Андерс.

Элликот зашипел и злобно забормотал что-то на языке кассуэлов.

Потрясенный, Андерс приказал солдатам отвести Элликота вниз. Но едва они двинулись к дверному проему, один из кассуэлов, израненный и окровавленный, отделился от остальных и прыгнул к Андерсу. Речь его была лающей и невнятной, но он говорил по-английски.

— Он не хотеть уходить, — произнес старик. — Теперь он кассуэл. Грамманхатей. Наш брат.

Андерс не верил своим ушам.

— Ваш брат? Да ведь он даже не принадлежит к вашему виду!

Впрочем, глядя на завернутого в шкуру Элликота, Андерс не был уверен в том, что его можно причислить и к людям.

— «Хозяева» не понимают, Шессон, — заметил Элликот.

— Ты говорить с ними, Грамманхатей, — попросил кассуэл. — Ты заставить их понять.

Элликот скривился. Казалось, он смущен и разгневан одновременно. Андерс сгорал от нетерпения услышать его. Ему хотелось понять, что может заставить человека напялить на себя шкуру дохлого кассуэла.

Эликот боролся с собой, но тут в дверном проеме возник майор Эрш.

— Какого черта вы возитесь? — рявкнул он. — Пошевеливайтесь! Подъемник будет через пять минут. Или вам хочется торчать здесь, когда приземлится «Сверкающий»?

Андерсу, разумеется, этого не хотелось. Солдаты подхватили Элликота под руки. Тот зарычал и начал лягаться, пытаясь освободиться.

— Не смейте! — завопил он.

Солдаты заколебались. Они не привыкли применять силу по отношению к гражданским лицам.

— Я не ваша собственность! — осознав в конце концов, что ему не вырваться, Элликот обмяк. — Вы не имеете права!

Щиток Эрша, под которым было скрыто его лицо, повернулся к Элликоту.

— Война предоставила нам его.

Майор кивнул, и солдаты выволокли Элликота наружу. Андерс, не спуская глаз с туземцев, тоже направился к выходу. Впрочем, кассуэлы даже не пошевелились. Наверное, их честь была удовлетворена попыткой защитить своего «брата», а может, они просто были умнее, чем выглядели.

— На «Сверкающем». Мы поднимаемся.

Именно этих слов Эрша, эхом разнесшихся по командной рубке, Стоун так ждал. Он отдал необходимые распоряжения.

Потом он развернул свое кресло к экрану, на который передавали изображение мониторы, установленные его солдатами на планете. Разбитый на квадраты экран пестрел мозаикой вполне мирных сцен. Выбрав монитор, расположенный ближе всего к тому поселению, из которого эвакуировали последнего человека, Стоун вывел изображение на весь экран. Пушистые белые облака потемнели, когда их пронзили сверхмощные лазеры. Стоун увидел, как вспыхнула деревня кассуэлов. Лига нанесла свой первый удар по резервам врага.

Что ж, он увидел достаточно. Стоун отключил монитор.

Стратегия «выжженной земли» с трудом увязывалась с честью эриданцев, но приказ есть приказ. И выполнять приказы тоже было делом чести.

— Как только шаттл будет на борту, готовьтесь к прыжку. Заметаем следы, лейтенант Вотерс.

Казалось, приказ Стоуна бежать от противника огорчил штурмана.

— Разве мы не откроем огонь по кораблям реморов, сэр?

Стоун не собирался отчитывать Вотерса за этот вопрос: ему, командиру, не меньше штурмана хотелось вступить в бой.

— У нас есть задание. — Внизу полыхал под лазерами «Сверкающего» Дом Кассуэлов. Вскоре в атмосферу пойдут ракеты. Они будут сражаться с врагом. Стоун предпочел бы, чтобы борьба велась открыто и честно. Но солдаты делают то, что им приказывают. — И оно не будет выполнено, пока мы не вернемся с пассажирами. Сейчас мы не имеем права вступать в бой.