Очарование Ремиты (СИ) - Григоров Сергей Львович

— Давайте побыстрее завершим формальности, — громко сказал Борис Краев, — и дадим присягу этому мальчику.

Почему-то «этот мальчик» сильно резануло слух, и Олмир, рывком поднявшись, сказал:

— Извините, пожалуйста, я очень устал с дороги. Разрешите мне провести эту… процедуру как-нибудь в другой раз. Все произошедшее в последние часы так ново для меня… Я бы хотел вначале свыкнуться со своим королевским саном.

— С саном герцога Сеонского, — не моргнув глазом поправил его канцлер. — Правильно, Олмир, что Вы отказались принимать присягу у своих ближайших подданных. Дело это утомительное. Отдыхайте, пожалуйста. Я осмелюсь также посоветовать Вам отменить званый ужин с наследницами герцога Кунтуэского и графа Бюлова. Девочки тоже сильно устали и, как только что мне доложили, пребывают в полнейшей растерянности по поводу выбора надлежащих случаю нарядов.

— Курицу не накормишь, девицу не оденешь, — встрял Кокроша, улыбнувшись.

— Хорошо. Званый ужин я отменяю, — сказал Олмир.

— Прекрасно! Лео, пошли официальные извинения Юлианне Кунтуэской и Селене Бюловой. А вас, Анна Михайловна, я прошу взять девочек под опеку и помочь им освоиться во дворце. Так, за работу, коллеги…

— Одну минуточку, — остановил его Олмир. — Мне, право, неловко, но я хотел бы немедленно назначить наставника Кокрошу своим Главным советником.

— Что здесь неловкого? — удивился канцлер. — Это Ваше право. До сего момента обязанности Главного советника исполнял по совместительству я и, надо признаться, весьма тяготился этими заботами. Лео, подготовь соответствующий указ.

И канцлер Борис Краев, поглощенный текущими заботами, повернулся спиной к своему молодому господину.

Вроде бы приходили Служители, объявляли принадлежность Олмира Дому Медведя, была перенесена церемония принятия присяги, появился новый Главный советник… А вроде бы ничего и не происходило. Разве что Кокроша переместился ближе к центру группы самых надутых сановников, занятых какими-то сверхважными делами. Баба Аня — свет в безликом царстве — тоже куда-то исчезла. Вероятно, отправилась выполнять поручение Краева. Опять Олмир остался один. Вновь никто не обращал на него внимания.

Когда сидеть без дела стало совсем невмоготу, Олмир встал, отыскал в толпе Леона и, потянув за непоправимо испачканный черной краской рукав, отвел в сторону.

— Я хочу вас кое о чем спросить.

— Пожалуйста, я всецело в Вашем распоряжении.

— Кокроша, вероятно, перестарался, скрыв от своих воспитанников их настоящие имена. Вы знаете, как зовут моих… однокашников?

— Конечно! Ваш наставник регулярно посылал в канцелярию полные отчеты о своей деятельности.

— Хорошо, тогда просветите меня. С Юлианной-Джулией, Селеной-Леной и со мной полная ясность. Я также знаю, что Юра на самом деле Георгий Цезийский, Барбара — Варвара Миркова, дочь Президента Академии наук. А кто такая Злата-Синди?

— Зоя Луонская, родная сестра Виктора, нынешнего главы Дома Дракона.

— А Джон-Иван?

— Это Ван, сын Верховного Служителя графа Вана Мерсье. Алик или Алексей, как еще вы его иногда называли, на самом-то деле Аполлон Шойский, внук нынешнего главы Дома Кабана.

Как бы не перепутать: Джон — это Ван, Алик — Аполлон. Зоя, Селена, Варвара, Георгий и Юлианна. Надо же: Злата — родная сестра этого выродка Виктора, главного врага королевского Дома!

— Хорошо. Вот мой следующий вопрос. Почти сразу после рождения каждому дворянину Служители подбирают его будущую жену или, соответственно, мужа. Я слышал, что все восемь подопечных Кокроши разбиты на пары. Так это или нет?

— Совершенная правда! Вам, дорогой герцог, рекомендовано взять в жены Зою Луонскую, Георгию Цезийскому — Селену Бюлову. Юлианна Кунтуэская должна обручиться с Аполлоном Шойским, а Ван Мерсье в качестве супруги должен провозгласить Варвару Миркову.

— Интересно…

— Что именно, мой герцог?

— То, что… наши… симпатии совершенно естественным образом склоняются примерно к такому же варианту. Неужели случайное совпадение?

— Не думаю, мой дорогой герцог. Я слышал, что у людей взаимное влечение развивается под влиянием многих неосознаваемых и, казалось бы, неприметных факторов. В первую очередь, несомненно, от того, насколько приятен запах партнера, а также от скрытного воздействия привычного жеста, характерного наклона головы и прочих мелочей. Все это в той или иной мере предопределяется наследственностью, полученным от родителей набором генов. То есть как раз тем, чем руководствуются в своих расчетах Служители. Так что ничего случайного и тем более странного в совпадении ваших симпатий с рекомендациями Служителей нет.

Как хорошо, что Юлианна не его суженая! Да и… если б ему предназначалась, скажем, Варька, то было бы как-то не совсем удобно перед Джоном… А Злата… нет, Зоя — наилучший вариант!

— Что такое «Совершенство» и «Конечная зона»?

— О, это специфические термины Служителей, и я не в полной мере понимаю значение этих слов. На каждого ремитца при рождении заводится особый генетический паспорт. Упомянутое Вами Совершенство определяет степень близости к некоему идеалу, известному только Служителям. Существует негласное, не занесенное в Кодекс чести правило, согласно которому каждый род должен возглавляться тем, у которого это самое Совершенство максимально. Как только рождается ребенок с более высоким Совершенством, чем у всех других его родственников, то при первом же удобном случае он должен быть провозглашен главой рода. Я доступно для Вас излагаю?

— Может быть. А что такое «Конечная зона»?

— Когда Совершенство принимает одно из предельных значений, то Служители говорят, что оно попало в эту зону. Это значит, что, по их мнению, данный человек достиг идеала.

— Совершенство моего отца попадало в Конечную зону?

— Несомненно.

— А у других людей?

— Насколько мне известно, близкое к идеалу Совершенство было отмечено у Зои Луонской, Юлианны Кунтуэской и Варвары Мирковой. Были и другие случаи… Спросите, пожалуйста, у Служителей — это область их профессиональных интересов. У Вас будут еще вопросы ко мне, мой герцог? С Вашего разрешения, я бы отошел подготовить ряд бумаг…

— Вопросы? Пожалуй, нет. Впрочем, остался еще один: где здесь туалет?

— Вам лучше всего пройти вот сюда. — Леон повел Олмира к маленькой и почти незаметной дверце справа за троном. — Этот коридор ведет прямо в покои для краткосрочного отдыха. Мне проводить Вас?

— Спасибо, я сам.

Вызов

Олмир шел по узкому коридору, машинально касаясь стен, украшенных причудливой лепниной. Вдруг после одного касания часть стены пошла в сторону. Не успев испугаться, Олмир увидел перед собой человека в одежде Служителя. Низко опущенный балахон скрывал его лицо.

— Вы кто?

Незнакомец низко поклонился.

— Войдите, пожалуйста, мой герцог. Не бойтесь.

— Я не боюсь, — поспешил заверить Олмир, делая шаг вперед. — Просто я хочу знать, кто передо мной.

— Для всех я — один из многих помощников Ваших Хранителей крови. А на самом деле начальник Тайной службы. Ваш отец, Олмир Обаятельный, скрытно от всех основал наше учреждение всего два года назад для борьбы с внутренним врагом.

Голос у незнакомца какой-то безликий, чуть приглушенный, отметил Олмир. Он тогда еще не знал, что разговаривающий с ним человек использовал особое устройство, вымарывающее характерные для его голоса обертоны.

— Ваше имя? Как мне к вам обращаться?

— Я предлагаю называть меня Шерлоком. При желании Вы, естественно, можете узнать и мое настоящее имя, и имена всех наших агентов, да и вообще все, чем мы располагаем… только в соответствующем помещении. Таково было распоряжение Вашего отца, продиктованное элементарными правилами конспирации.

— Хорошо. Как-нибудь я удосужусь сделать это, а пока буду звать вас так, как вы желаете — Шерлоком. Что вам нужно?

— Мне? Ничего. Я встретился с Вами, Ваше Величество, чтобы представиться и предупредить о том, что в настоящее время во дворце затаился один наемный убийца, посланный Виктором Луонским для Вашего умерщвления. Ваши верные слуги пытаются его найти, но я все же призываю Вас проявить предельную осторожность. Кроме того, я спешу заверить Вас в своей готовности исполнить любое Ваше указание, относящееся к моей компетенции. А также заявляю, что в любой удобный для Вас момент я готов повторить свою присягу Дому Медведя.