Очарование Ремиты (СИ) - Григоров Сергей Львович

При подлете к королевскому дворцу они увидели, что внизу для встречи с ними собралось громадное скопление народа. Стройными шеренгами застыли гвардейцы в красивых, обшитых золотом парадных мундирах. Кокроша посадил лит у подножия центральной лестницы, взмывающей на третий этаж дворцового здания.

— Капитан, — сказал наставник, обращаясь к Эсу Мерлину, — я прошу вас выйти последним вместе с учителем Лоркасом. Мне бы не хотелось, чтобы вы привлекли даже малейшее внимание на предстоящей церемонии.

— Что еще за церемония? — фыркнула Джулия.

— Выход к своим подданным, — ответил Кокроша и продолжил, обращаясь к Лене, — Селена, дочь Предводителя Дворянского собрания графа Бюлова…

Лена в волнении заломила руки и покраснела.

— …и ты, Юлианна, дочь герцога Кунтуэского… — Джулия вскрикнула от удивления. Она то озарялась счастливой улыбкой, то кривила губы плаксивой гримасой.

— Куда нам идти? — спросила Лена.

— Мы все идем сейчас во дворец, но не спеша. Вы должны задержаться на пару минут.

— Это почему же? — Джулия, казалось, стала выше ростом.

— Потому, что первым перед своими подданными должен предстать законный глава Дома Медведя король Олмир Пятый…

— Ой! — воскликнула Лена. — Я как чувствовала!

— Нет, это я чувствовала, — перебила ее Джулия… нет, не Джулия, а Юлианна. Как ни оглушили его слова наставника, Олег почувствовал, что она действительно не испытала ни малейшего удивления.

— Да, именно он, — сказал Кокроша, предлагая Олегу выйти. — Ваше Величество, подданные рады приветствовать своего повелителя! Не заставляйте их ждать.

Решительно шагнув наружу, Олег оказался в окружении трех Служителей. У каждого из них обычные, соответствующие их сану плащи украшали красные квадраты с выдавленными внутри них символичными изображениями Дома Медведя. Склонившись в полупоклоне, они буквально ели мальчика глазами. Наконец один из них — вероятно, главный — поднял руку. В то же мгновение оглушающее ударили фанфары, а гвардейцы молодцевато отдали честь. Затем заиграла торжественная музыка. Забурлила многотысячная толпа встречающих. Где-то здесь, наверное, были и родные Свена Варги, отдыхающие от сельской жизни. То-то они будут рады неожиданным впечатлениям.

— Да здравствует король! Да здравствует Олмир Ремитский! — покатилось отовсюду. Как тяжело, оказывается, выносить эти выкрики. Сколько сил надо потратить, чтобы распрямиться под ними. Огромное количество глаз сейчас смотрело на Олега, и казалось, что они прямо вбивают его в землю, как гвоздь в деревяшку.

— Да пребудет в веках Надежда Ремиты! Слава Олмиру Пятому!

Внутренний голос подсказал, что ни в коем случае нельзя торопиться. Нельзя ускорять шаг и тем более переходить на бег. Олег не знал, куда идти. Но это знание и не требовалось. По обеим сторонам от него стояли бесконечные шеренги важных сановников, склоняющихся в глубоком поклоне при его приближении. Они ждали только одного — чтобы он не спеша прошел по этому живому коридору.

— Да здравствует король! Да здравствует Светоч Ремиты!

— Ну и как, нравится тебе встреча? — шепотом спросил Олега догнавший его Кокроша.

— Да, нравится, — ответил Олег не оборачиваясь.

— Тогда наслаждайся своим триумфальным шествием. Ты доказал, что достоин восхищения. Только учти, что большинство этих людей желает тебе зла, а их улыбки и почтительные поклоны лицемерны.

— Почему?

— Они не наказали убийц твоего отца. Палец о палец не ударили, чтобы помочь тебе в минуты смертельной опасности. Для всего мира ты пропал без вести, а они даже не смогли организовать планомерные поиски. Не ввели чрезвычайное положение, чтобы приструнить Большие Дома.

— Пусть вечно сияет Мудрость Ремиты! — оглушающе раздалось где-то совсем близко от них. — Да здравствует Олмир Великий!

— Подумаешь. — Олегу не хотелось думать о неприятном. — Вероятно, им просто что-то помешало. Король должен быть великодушным и не обращать внимания на… мелкие ошибки своих подданных.

— Король — да. Но пусть не вводят тебя в заблуждения глупые крики. Ты еще не король, так как Коронный Совет не объявлял тебя монархом.

— Ну так объявит, коли я появился в своем дворце.

— Этого, мой мальчик, очень трудно добиться. Так трудно, что большинство встречающих считает твое вступление на престол абсолютно невозможным событием. Потому-то и радостны их лица.

И Олег затравленно улыбнулся, продолжая свое вынужденное плавание по безбрежному океану лицемерия.

ЧАСТЬ 3: ДА ЗДРАВСТВУЕТ КОРОЛЬ!

Лишний

Гулко закрылись за спиной тяжелые двери.

Олмир не сразу понял, что тяжкий путь его завершен. Вместе с ним в зале оказались Кокроша с Лоркасом и Эсом Мерлиным, Юлианна с Селеной, трое встречавших его Служителей да туча очень важных незнакомых людей. У входа, картинно расставив ноги и положив руки на широкие пояса, как и у капитана увешанные множеством каких-то футляров, молодцевато застыли четверо гвардейцев — по два с каждой стороны дверей. Позже Олмир узнает, что такие пояса назывались оружейными и предоставляли своим владельцам большие возможности для нападения и защиты.

Один из незнакомцев, маленький и тщедушный, с совершенно лысой головой, болтающейся на длинной тоненькой шейке, начал распоряжаться. Бесцеремонно оттолкнув Кокрошу — наставник никак не прореагировал на такую наглость — он приблизился к Олмиру и гнусаво процедил:

— Граф Борис Краев, канцлер.

Роскошный костюм его, щедро украшенной позолотой и драгоценными камнями, торжественно сверкал, а в руке он держал какой-то жезл.

— Очень приятно, — сказал в ответ Олмир, с трудом выдавив из себя улыбку.

— Я полагаю, Ваше Величество, что наши дамы, учитель Лоркас и следователь федеральной полиции Содружества капитан Эс Мерлин сгорают от нетерпения осмотреть достопримечательности дворца. С Вашего разрешения, я распоряжусь, чтобы их уместное любопытство было удовлетворено. А заодно чтобы они смогли освоиться в отведенных им комнатах и привести себя в порядок перед ужином.

— Надеюсь, мне отвели надлежащие моему сану апартаменты, — сказала Юлианна. — Вообще-то я хотела бы остановиться в королевских покоях. Олег, распорядись, пожалуйста.

Она держала себя так, словно была самым важным здесь человеком. Селена же, наоборот, вся сжалась в комочек.

— Да-да, — быстро сказал Олмир, — сделайте так, как желает наследница Дома Павлина. Считайте всех, прибывших со мной, самыми почетными гостями.

— Я не прочь остаться… — начал было Эс Мерлин, но, подхваченный с двух сторон под руки, вынужденно попятился к выходу.

— Здесь вам будет совершенно неинтересно, господин капитан, — усмехнулся ему в спину Краев, — нас ждут чисто семейные дела.

Как только за насильно изгнанными — иначе и не скажешь — закрылись двери, к Олмиру обратился один из Служителей:

— Ваше Величество, прошу Вашего распоряжения о приеме у Вас порции крови для генетического анализа.

— Это еще зачем?

— Чистая формальность, Ваше Величество. Должна быть стопроцентная уверенность в том, что Вы тот, кем Вы являетесь на самом деле, — Олмир Сеонский.

— Почему вы зовете меня «ваше величество», хотя Коронный Совет еще не утвердил меня королем? — спросил Олмир.

— Как прикажете Вас величать? — спросил канцлер.

— Ну… просто — Олмир. Или герцог Олмир. Можно еще…

— Слушайте все, — закричал Борис Краев, — с этого момента при обращении к предполагаемому главе Дома Медведя рекомендуется использовать «Олмир» или «герцог Олмир».

— Вашу руку, Ваше Ве… герцог Олмир! Развернутый ДНК-анализ снимет все сомнения в принадлежности Вас к королевскому роду. Буквально через часик все расчеты будут готовы — мы работаем весьма оперативно…

— Неужели внешнего сходства недостаточно?

— Никак нет, мой герцог. Заодно мы снимем и все другие Ваши индивидуальные параметры, необходимые для изготовления государственной печати, — отпечатки пальцев и ступней ног, расположение особых точек на мочках ушей, рисунок на сетчатке глаз…