Константа - Андрей Соболев

моментально расчистила небо, будто разрывая изнутри и оголяя его нутро ярко-голубого цвета. А после волна от взрыва понеслась во все стороны, уничтожая всё, что встречала на своём пути: деревья, машины – всё уносилось прочь и превращалось в пыль, а дома разрушались и выжигались дотла. Всего пара секунд – и смертоносный вихрь дойдёт до полицейского участка, и тогда кто знает, что будет после. Переродится ли мир, сможет ли Вселенная собрать Евгения заново из пепла и атомов, на которые скоро его разметает ударная волна? «Но нет, эта игра так просто не закончится», – подумал Новиков, наблюдая, как в другой части города происходит новый взрыв из тёмной, густой материи, который он уже видел однажды. Всего за долю секунды в центре города вырос шар из тьмы и, будто защищаясь, начал мгновенно расширяться, устремляясь навстречу смертоносному взрыву. И в этот раз небытие оказалось сильнее любого хаоса и, на первый взгляд, совершенно непреодолимой мощи. Оно успело накрыть и пожрать за собой всё, опередив волну: город, свет, полицейский участок и Евгения, который мёртвой хваткой вцепился в решётку на окне и наблюдал за жестокой битвой человеческих пороков.

Часть II. Постоянная. #124

Обжигающе яркий свет обволакивал со всех сторон, забирался под кожу, проникал в каждую частичку тела и готов был разорвать на куски, но в последний момент его будто что-то останавливало и заставляло отступить. Раньше Евгений не ощущал ничего подобного. Был только краткий миг между забвением и моментом пробуждения в новом обличии. Старая личность быстро растворялась вместе с миром, чтобы её место занял другой человек, зовущий себя Евгением, чем-то похожий на старое воплощение, но живущий каждый раз своей, немного иной жизнью. Так было раньше. Но сейчас сознание будто отказывалось уходить, оно цеплялось за исчезающую реальность, а потом за собственные ощущения, когда не оставалось больше ничего. Теперь Евгений остро ощущал момент перехода, отвергал любые изменения и помнил всё с того мгновения, как мир накрыло разрушительной темнотой. Он, может, и хотел забыть, отринуть внутренние муки и терзания, успокоить мятущуюся душу, но увиденное перед концом мира не давало ему покоя. Огромное грибовидное облако от немыслимого взрыва впечаталось в память, повисло перед ним ужасающей картиной неизбежного будущего. Евгений ощущал, как всё тело горит, будто охваченное огнём, как жар заполняет лёгкие, не позволяя вздохнуть или закричать.

Новиков не мог думать ни о чём другом, случившееся его настолько потрясло, что он будто очнулся от затянувшегося сна. Его давно не заботила собственная судьба или окружающих людей, но заглянув в глаза тотальному уничтожению, он впервые ощутил страх перед будущим. Пусть он погибнет сам, но ведь где-то там, в тысячах других миров, живёт его возлюбленная жена, а самое главное, его дочь Анна.

Вскоре первозданный свет отступил, скрываясь за окнами в лучах майского солнца, в зелёном пиршестве проснувшейся природы и в радостном щебетании птиц. Для Евгения пребывание в пустоте могло показаться вечностью, но он понимал, что на самом деле прошли считаные секунды, которых прочие люди вообще не замечали. Они продолжали жить, только уже с новыми воспоминаниями, даже не подозревая об этом. Новиков не сразу смог осознать, что вновь оказался на рабочем месте в своей старой и привычной юридической конторе. Будто и не было этих безумных дней и событий, он снова вернулся туда, где всё началось. Но это было потом, а в момент, когда свет отступил и Евгений снова смог дышать, он понял, что неистово вопит во всё горло, вцепившись ладонями в край стола. Не отдавая отчёта своим действиям, он попытался резко встать, но только опрокинул стул вместе с собой и повалился на пол, больно ударившись затылком. В глазах потемнело. Сотрудники в страхе повскакивали со своих мест, не понимая, что происходит и почему их коллега заходится в крике и так странно себя ведёт. Они застыли в нерешительности, боясь приближаться к Евгению, и только его лучший друг Роман выскочил на крики из кабинета генерального директора и устремился к нему.

– Женя? Женя? Что с тобой? Тебе плохо? – причитал напуганный Роман, тряся своего друга за плечи, а потом повернулся к остальным: – Чего встали как вкопанные, придурки? Скорее вызывайте скорую!

Евгений затих. Он часто и отрывисто дышал, глядя в потолок отрешённым взглядом, а глаза наполнялись слезами.

– Бомба… – прошептал Новиков.

– Что? – не расслышал Роман и наклонился ближе.

– Ядерный взрыв. Война…

– Да-а, война. – Роман озадаченно посмотрел на коллег. – Но вроде пока не настолько всё плохо. Ты о чём, Жень? Что случилось? Как ты себя чувствуешь?

Тут к ним подошла одна из сотрудниц, прижимая к груди мобильный телефон, и тихим голоском пропищала:

– Я вызвала скорую, Роман Викторович, вот-вот будет.

Роман лишь отмахнулся от неё и уже с некоторым подозрением посмотрел на лежащего на опрокинутом стуле Евгения. Тот немного пришёл в себя, повернулся к другу, схватил его за руку и как-то странно улыбнулся.

– Рома! – с хрипом и негромко воскликнул Евгений. – Ты жив!

– Хм, пока Господь миловал. – Роман нахмурился и слегка отстранился. – Ну ты нас и напугал. Ты чего, уснул, что ли, кошмар увидел? Что за глупости несёшь? Или головой об пол сильно приложился?

Евгений потянулся рукой к ушибленному затылку, слегка ощупал его и зашипел от боли. Картины неизбежного будущего постепенно рассеивались, освобождая место для здравого рассудка. Первоначальный шок от увиденного уже прошёл, оставив после себя лишь гудящую в голове тревогу и не покидающее чувство страха. Евгений сполз с кресла и, опираясь на своего друга, поднялся на ноги, а затем посмотрел вокруг. Да, это был тот самый офис, где он впервые ощутил странное зудящее чувство, будто в окружающей реальности что-то не так. Сколько же времени прошло? Неделя? Две? Месяц? Новиков не мог найти ответа. Понадобилось немало времени, чтобы научиться подмечать изменения вокруг себя, отделять фальшивое прошлое от