Измененная - Лисса Прайс

– Бутылки с водой брать? – спросила Флорина.

Я покачала головой. Она явно удивилась.

– Точно?

– Ладно, на всякий случай.

Мы продолжили молча собираться, просматривая наше скудное имущество. Флорина остановилась, уперев руки в бока, явно прикидывая, стоит ли обременять себя воспоминаниями, а потом взяла одну вещь, на которую я уже обратила внимание. Это был ее рисованный портрет, приклеенный скотчем к картонке.

Я прекрасно знала, кто сделал этот рисунок.

Я быстро отвернулась, так что она моего взгляда не заметила. На одну секунду – на одну словно вмороженную в лед секунду – я чуть было не сорвалась в пропасть под названием «жалость к себе», но успела удержаться. Туда мне совершенно ни к чему попадать.

Мы втроем спустились с вещами по лестнице. Двое совсем юных новичков навалились на мою машину. Я отогнала их и осмотрелась, убеждаясь, что больше никто рядом не затаился, а потом открыла багажник.

– Машина? – выкрикнул Тайлер.

Я прижала палец к губам. Мне хотелось уехать отсюда без стычки с немирниками. Я приехала на машине Эммы, самой неброской из всех.

– Откуда она у тебя? – спросила Флорина.

Я закрыла багажник и велела им поскорее садиться в машину.

– Ты ее правда можешь вести? – спросил Тайлер.

– Мне ее дали в пользование на работе, – объяснила я, заперев дверцы.

– Ого! Крутое место! – восхитился Тайлер.

Пока ремни безопасности с тихим жужжанием подстраивались под них, оба охали и ахали, восторгаясь автомобилем. Хоть это и была наименее роскошная из машин Хелены, она все равно воплощала в себе все технические достижения. С заднего сиденья Тайлер принялся нажимать все кнопки, до которых мог дотянуться.

– А вот эта что делает? – спросил он, нажимая кнопку на дверце.

– Она открыла бы дверь, если бы я не включила блокировку от детей, – ответила я, глядя на него в зеркало заднего вида. – Поскольку у нас в салоне явно есть ребенок.

Я показала ему язык, и он ответил мне тем же.

– Подражала! – поддразнила я его.

– Мартышка!

Я включила двигатель и тронулась с места.

– Смотрите! Мартышка за рулем! – засмеялся Тайлер.

В отеле Тайлер и Флорина воззрились на роскошное лобби с огромным количеством цветов. Хелена нас не подвела: она направила нас в отель самого высокого класса. Администратор за стойкой посмотрел на нас с огромным удивлением: одни несовершеннолетние, причем одна девица явно богатая, но ее сопровождают двое уличных ребят с потрепанными сумками. Однако я попросила вызвать управляющую, с которой Хелена была знакома, и все прошло легко. Я показала ей мое удостоверение личности с именем «Кэлли Винтерхилл», объяснив, что я – внучатая племянница Хелены. Она с радостью взяла у меня наличные и предоставила нам номер на пятнадцатом этаже.

Когда я открыла дверь номера, Тайлер рот разинул. Ему уже давно не приходилось бывать в такой шикарной обстановке. Комната оказалась огромной, с двумя полутораспальными кроватями и диваном, который тоже можно было разложить в большую кровать.

– Диван путь занимает Майкл, – сказал Тайлер. – Потому что его ведь нет здесь, чтобы получить кровать.

Мы с Флориной переглянулись.

– Если он появится, – сказала она чуть слышно.

Тайлер бросился к вазочке с орехами, стоявшей на столе.

– Орехи!

– Это еще не все. Смотри.

Я открыла мини-бар.

– Ого! – воскликнул он, хватая супертрюфель.

Флорина подошла ближе, и я вручила ей пачку чипсов и банку газировки. Она моментально выдула газировку и вскрыла чипсы.

– Чур, мне кровать у окна! – заявил Тайлер, жуя конфету.

Я его удержала:

– Погоди, приятель. Сначала ванна.

– С пеной! – с энтузиазмом подхватил он.

После того как он принял ванну, Флорина долго стояла под душем. В одном нижнем белье Тайлер оказался таким худеньким, что я испугалась. Отвернув одеяло в чистом белом пододеяльнике, я уложила его в постель.

– Она такая мягкая, что я сейчас уплыву в небо! – сказал он.

– Изволь оставаться здесь! – потребовала я, прижимая пальцем кончик его носа.

При виде его головки, утонувшей в мягких подушках, я вспомнила наши счастливые годы, когда мы засыпали в собственных спальнях на своих кроватях, с ночниками, плюшевыми зверушками и родителями, которые заглядывали к нам, чтобы поцеловать и пожелать хороших снов.

Я давно покинула этот мир, но, может быть, у Тайлера еще остается шанс туда вернуться. Я ощутила сквозную рану в сердце. Мне не удалось сдержать нахлынувшие слезы.

– Эй, Кэлли! Все же хорошо!

Он взял меня за руку. Его ручонка была такой костлявой!

– Очень хорошо, – подтвердила я.

Я не ожидала, что мне будет так трудно уйти. Я ведь надеялась, что очень скоро снова увижусь с Тайлером и после этого уходить мне уже не понадобится. Если Хелена сдержит слово, заплатит мне и предоставит мне дом, то мы с братом снова станем семьей. Я найду ему хорошего врача, и он с каждым днем будет крепнуть. Я всегда представляла себе, что к нам присоединится Майкл, но, возможно, он и не захочет жить с нами теперь, раз они с Флориной так сблизились. Мне это казалось несправедливым. Я ведь отправилась зарабатывать деньги. У нас с Майклом не было возможности посмотреть, как будут складываться наши отношения.

Поскольку Блейк был для меня скорее всего навсегда потерян, мысль о том, что я потеряю еще и Майкла, стала просто невыносимой.

Я оставила Флорине денег, чтобы оплатить три ночи в отеле, и еще немного – на то, чтобы заказывать еду в номер. А еще я спрятала немного денег у Тайлера в сумке. Ему хотелось, чтобы я побыла с ними дольше, но я чувствовала, как утекает время, и понимала, что Хелене необходима моя помощь. Я смогла улизнуть без скандала, когда Тайлер вырубился, осоловев от всех лакомств, которые нашлись в мини-баре.

Пока я дожидалась, чтобы парковщик пригнал мне машину, Хелена вернулась в мои мысли и стала планировать наши дальнейшие действия.

«Я хочу, чтобы ты поговорила с одной девицей, у которой могут оказаться сведения об Эмме».

– Где она?

«Там, куда тебе ехать не захочется».

Я мысленно перебрала свой список нехороших мест. Неспокойный квартал? Так теперь везде было неспокойно. Она явно не направит меня в банк тел: раньше она умоляла меня туда не ездить.

– Сдаюсь. Куда это?

«В приют номер 37».

У меня перехватило дыхание. Я привалилась к стене.

– А можно мне лучше в ад?

«Я понимаю. Эти приюты ужасные. На самом деле это тюрьмы. Я побывала во многих, когда искала Эмму. Мне стало известно про одну девочку, Сару, которая что-то знает. Но в тот день, когда я туда приезжала, ее отправили на работы».

– Нет. Я не могу туда ехать. Я могу встретиться с ней где-то вне приюта – где угодно. Только не там!