Лицо врага - Ричард Фоукс

Неужели на этот раз его никто не спасет?

Боль обожгла левое бедро и отдалась в грудь.

Этого не может быть! Его ноги не должны ничего чувствовать. Он не мог ими пошевелить, а значит, не мог их чувствовать. Видимо, защемило нерв, случился болевой шок или еще что-то в этом роде. Но боль в бедре уличала Курта во лжи. Если он может чувствовать ноги, значит, он не на Доме Кассуэлов.

Теперь он вспомнил. Все кассуэлы погибли.

И он не в разбитой машине, а на борту потерпевшего крушение шаттла. Курт открыл глаза, чтобы удостовериться в правильности своего умозаключения. Да, это шаттл МЛЗ, упавший на Чуген IV.

Ширрел, представитель премьер-министра Уисс, сказал ему, что Чугенская Миссия даст Элликоту возможность вернуть себе доброе имя. Эту возможность сбили влет, словно птицу. Но сейчас судьба предлагала ему другой шанс, и этот шанс Курт принимал без колебаний. На Доме Кассуэлов он был беспомощен. Здесь — нет. На сей раз он не станет спокойно лежать и смотреть, как умирают другие!

Элликот ударил по кнопке, размыкающей аварийную раму. Кнопка вдавилась и замок открылся, но рама не шевельнулась. Профессору пришлось хорошенько поработать локтями, чтобы поднять ее и отодвинуть в сторону. Надувная подушка, ремни… Курт выбрался из кресла, неуверенно поднялся на ноги и тут же закашлялся из-за удушливого дыма, который струился по проходу вдоль потолка.

Между Куртом и дырой в корпусе сидела Локхарт. При аварии ее подушка лопнула, и Локхарт серьезно пострадала. Она со стоном повернула к Курту голову и посмотрела на него одним глазом: все ее лицо было залито кровью.

— Элликот?

— Да.

— Кажется, у меня сломаны ноги. — Видно было, что она изо всех сил старается не потерять сознание от боли, — Вы целы? Кто еще выжил?

— Вы. Я. Кто еще, не знаю.

Послышались чьи-то крики, плач: другие оставшиеся в Живых пытались освободиться.

— Дым… — Локхарт закашлялась. — Надо… надо выбираться отсюда.

Она взялась было за ремни, однако ее залитые кровью Руки не слушались.

— Сидите спокойно. Я попробую вытащить вас через Дыру.

Локхарт молча кивнула. Держась за ее перекошенную аварийную раму, Курт перелез через кресло и сквозь дыру выбрался наружу. Оттуда было проще вытянуть раму и освободить раненую от ремней. Когда Курт попытался приподнять ее с кресла, она закричала от боли. Элликот замер.

— Нет, — с трудом выдавила Локхарт. — Продолжайте. Вытащите меня отсюда.

Собравшись с духом, Курт повиновался. Когда он протаскивал ее через отверстие, Локхарт потеряла сознание. «Хотя бы не кричит», — подумал Элликот, положив раненую на траву.

— Шок, — прошептала Локхарт, очнувшись. — Нужно одеяло.

— У меня нет одеяла.

— В аварийном отсеке, — проговорила она, кривясь от боли. — Наверху. Над вашим креслом.

Забравшись в шаттл, Курт достал аварийный комплект. Затем укрыл Локхарт термоодеялом и начал искать лекарства. Раненая протестовала, настаивая на том, чтобы Курт шел помогать другим, но он не слушал. Он видел ее ноги и понимал: если не заняться ими прямо сейчас, Локхарт не выживет. Он вколол ей болеутоляющее, неумело перевязал раны и, остановив кровотечение, наложил шины. Локхарт снова потеряла сознание, а Элликот вернулся на шаттл.

Изуродованный отсек напоминал склеп. Многие погибли, потому что не сработали подушки. Мертвым было уже не помочь, но оставались живые, и профессор продолжал их искать.

В проходе он обнаружил Джулиану Тиндал. Она сидела на корточках, держала безжизненную руку Сандры Корс и, уставившись на ее изувеченное тело, без конца шептала: «Боже мой».

— Джули?

Джулиана подняла на него полные муки глаза.

— Это мое место, — еле слышно проговорила она. — Здесь должна была сидеть я.

— Но не сидели, — ответил ей Курт. — Вы живы и вам нужно уйти отсюда.

Джулиана покорно позволила ему увести себя. Усадив ее на траву, Курт принес еще одно одеяло и, закутав в него Джули, снова направился к кораблю. Возле люка он увидел Берка, который пытался вытащить из шаттла Джилл Зандовски. Вдвоем мужчины вынесли биолога Коалиции наружу и устроили ее рядом с Джулианой.

Не сговариваясь, оба вернулись к разбитому шаттлу. Из задней части салона доносились душераздирающие крики. Курт обернулся в ту сторону, но Берк взял его за руку:

— Это Пастон. Стойка аварийной рамы пронзила ему живот. Он безнадежен. Больше в хвостовой части никто не уцелел. Давайте проверим, что впереди.

Там они нашли еще троих — Джоунса, Лангдорфа и Сингха. Все были серьезно ранены. Чтобы освободить Джоунса, Курту и Берку пришлось немало повозиться. Лангдорф был в сознании и сам помог им снять аварийную раму. Он настоял на том, чтобы сначала из салона вынесли третьего уцелевшего, а уж только потом — его. Пока они этим занимались, Пастон затих.

— Сколько еще живых? — спросил Лангдорф, когда они вернулись за ним.

— Вместе с нами — восемь, — ответил Берк.

— Не считая экипажа, — добавил Курт.

— Кто-нибудь из пилотов уцелел? — задал вопрос Лангдорф.

— Они этого не заслуживают, — проворчал Берк.

— Как вы можете так говорить? — горячо возразил Лангдорф. — Они тоже люди.

Берк ничуть не смутился.

— Хотите узнать, живы ли они? Так идите и посмотрите.

Раненный, Лангдорф не мог этого сделать, однако он был прав.

— Я схожу, — сказал Курт.

Во время падения шаттл развалился надвое, и носовая часть, пробив в зарослях пятидесятиметровую дорожку, лежала на боку.

Сейчас, когда первая порция выброшенного в кровь адреналина закончила действовать, Курт снова почувствовал свое поврежденное бедро. При каждом шаге всю ногу пронизывала резкая боль, но он старался не обращать на нее внимания. Если кому-то из экипажа и удалось остаться в живых, то они наверняка в гораздо худшем состоянии, чем пассажиры.

Пробираясь по носовой части шаттла, залитой призрачным светом — аварийные батареи отдавали лампам и консолям последнюю энергию, — Курт увидел двоих выживших: пилота и сержанта. Сержант был ранен легко, а вот пилот потерял руку. Скафандр затянул рану, но, к сожалению, запечатать разрыв на животе не сумел. Несомненно, раненый потерял немало крови. Курт помог сержанту освободиться от аварийной рамы, и вдвоем они вытащили пилота сначала из покореженного кресла, а затем наружу.

Пилот открыл глаза, и его замутненный болью взгляд остановился на Курте.

— Элликот? Вы живы?

— Я уцелел, командир.

— А я, кажется, нет.

— Ерунда. Все будет хорошо.

— Вы не умеете лгать. Ничего. Ничего. Риск — часть нашей работы. — Пилот поднял руку, очевидно, желая подозвать Курта поближе, и только сейчас заметил, что у него нет кисти. — Сообщите майору, что посадка произведена.