Времяточец: Исход - Терренс Дикс

– А что же?

– Ну, скажем, влияние.

– То есть, власть.

– Если вам угодно. Гиммлер – доверчивый дурак, но он самый влиятельный человек в Рейхе.

– Не считая Гитлера.

– Разумеется. Что возвращает нас к Доктору. Вы уверены, что не знаете, где он?

– Нет, не знаю, – Эйс начала медленно смещаться к двери. – Пожалуй, я схожу поищу его.

С паучьей скоростью Кригслитер перегородил ей путь.

– Нет, не стоит, дорогая. У меня есть идея получше.

– Да что вы?

– Просто оставайтесь с нами. И Доктор наверняка придёт и найдёт вас, рано или поздно.

Эйс покачала головой:

– Моя идея мне больше нравится.

– А мне нет, – мягко сказал Кригслитер.

Эйс прикинула расстояние до двери. Если она оттолкнёт Кригслитера в сторону, то останется прорваться мимо одного...

– Пожалуйста, пропустите меня, – вежливо сказала она. – Я ухожу.

Доктор Кригслитер поднял трость с серебряным набалдашником, и Эйс увидела, что её конец светится красным, словно это гигантская сигара. Он поднял трость и взмахнул ею. Один из деревянных стульев между ними развалился на две половинки, словно его распилила невидимая вертикальная пила.

– Довольно простой образец лазерных технологий, – сказал Кригслитер. – Если помните, вы уже имели с ним дело в Мюнхене. Для меня это было шестнадцать долгих лет назад, но для вас, наверное, гораздо меньше?

Эйс вспомнила энергетический луч, подпаливший ухо Доктора, и семенящую фигуру, спрятавшуюся за деревом.

– Пожалуйста, не двигайтесь, дорогая, – сказал доктор Кригслитер. – Мне бы очень хотелось сохранить вас в целости, во всяком случае, до прибытия Доктора. Я так долго ждал этого момента.

Эйс стояла, не шевелясь. Когда она заметила, что другой мужчина каким-то образом подошёл к ней сзади, было уже слишком поздно.

***

Не догадываясь о том, что часы его спокойствия подходят к концу, шофёр Доктора дремал в автомобиле. Лобовое стекло было опущено, он наслаждался солнечным теплом. Может быть, он так провёл несколько минут, может быть – несколько часов, он этого не знал, и не хотел знать. Извоз высокопоставленных лиц был неплохой работой, а Мартин Борман был приличным, хотя и суетливым начальником. Почти без интереса он заметил ещё один чёрный лимузин, почти как у него, который припарковался неподалёку. Из лимузина вышли двое мужчин и подошли к нему. На них были одинаковые чёрные кожаные пальто и чёрные шляпы, у них были одинаковые безразличные лица и холодные безразличные глаза.

Они посмотрели на шофёра Доктора.

– Имя и место работы?

Шофёр не спорил. Он понимал, кто они такие.

– Хорст Шульц, кабинет Мартина Бормана. Я только что привёз герра Бормана и ещё одного пассажира.

– Имя пассажира?

– Я его не расслышал.

Они посмотрели на него.

– Честно, он просто вышел из «Адлона» вместе с герром Борманом, – с внезапным вдохновением водитель добавил: – Герр Борман называл его герр Доктор, это всё, что я знаю, честно. Невысокий, тёмные волосы, ничего особенного.

Двое мужчин переглянулись. Первый кивнул, словно подтверждая что-то. Второй мужчина сказал:

– Это он?

Шульц высунул голову из окна и увидел спускавшегося по ступеням Доктора. Он молча кивнул. У него на глазах двое мужчин подошли к Доктору и стали по бокам от него. Он услышал голос Доктора:

– Что это значит? Я был в Канцелярии по личному требованию Фюрера. Затем у меня была конференция с самим рейхсмаршалом Герингом.

А малыш не из пугливых, – подумал шофёр, но на двоих мужчин его речь не произвела впечатление.

– Документы! – бесстрастно сказал первый.

Доктор порылся в карманах и вынул предоставленный Борманом пропуск.

Мужчина изучил его.

– Вы герр доктор Йоханн Шмидт?

– Отлично! Вы умеете читать. В таком случае, вы видите, что этот пропуск выдан Мартином Борманом, секретарём Фюрера?

Мужчина вернул ему пропуск.

– Садитесь в машину, герр Доктор, – сказал он скучающим тоном. – Вы поедете с нами.

– По какому праву?

Второй мужчина вынул из кармана чёрный кожаный бумажник, и раскрыл его, демонстрируя Доктору серебряный значок-свастику.

– Гестапо, – сказал он.

Доктор понимающе кивнул, прошёл ко второму автомобилю и сел сзади. Гестаповец пошёл за ним.

Второй человек из гестапо наклонился к окну автомобиля Доктора.

– Вы ничего не видели, ясно? – мягко сказал он. – Ваш пассажир не явился, больше вы ничего не знаете. Или, может быть, хотите навестить Принцальбрехтштрассе?

Шульц молча покачал головой, его горло пересохло от ужаса. Мужчина резким жестом велел шофёру убираться. Водитель Доктора завёл автомобиль и быстро уехал.

Гестаповец сел во вторую машину, и она тоже уехала.

8. ЧЁРНЫЙ КОВЕН

Штаб Гестапо в Берлине был красивым зданием на Принцальбрехтштрассе. Выйдя из чёрного лимузина, Доктор увидел приятную улицу, усаженную деревьями, на которой не было ни одного человека. Никто не хотел даже проходить мимо штаба Гестапо без необходимости. Здание было оцеплено кордоном страха.

Идя рядом с ним и немного сзади, его безразличные спутники провели его мимо вооружённых эсэсовцев, стоявших на посту у двери, и повели вверх по лестнице. Они провели его в приёмную мимо ещё одного охранника, передали его сидевшей за столом суровой женщине в очках, и ушли, не сказав ни слова.

Женщина указала на ряд стульев у стены и вернулась к своим документам.

Доктор прекрасно знал, что будет дальше – ничего. Его будут держать тут, в итоге, возможно, несколько часов, будут игнорировать, не будут ничего ему объяснять, пока его совесть (несомненно, виновная) не расшатает его нервы. Доктору вообще-то не очень-то и хотелось спать, но раз уж больше заняться было нечем, то почему бы и нет? Откинувшись на спинку стула, он закрыл глаза и очистил своё сознание...

В самый разгар спора с президентом Борусой и леди Флавией о наиболее подходящем оттенке розового для штор Капитолия он почувствовал, что его сердито хлопают по плечу. Открыв глаза, он увидел склонившуюся над ним женщину в очках.

– Герр Доктор, это неуместно и даже неслыханно – спать в приёмной рейхсфюрера СС.

– Я не спал, я задумался, – с большим достоинством сказал Доктор.

– Вы храпели, герр Доктор.

– Что же, неудивительно, – сказал Доктор, меняя тактику. – Если меня и дальше будут тут держать, я буду вынужден настаивать на том, чтобы из гостиницы привезли мою пижаму.

– Заключённые Рейха не настаивают.

– Но я ведь не заключённый, – спокойно сказал Доктор. – Я гость – почётный гость, прошу заметить – самого Фюрера. Я только что встречался с ним. Ему буден очень интересно узнать о том, как меня тут приняли... когда мы встретимся по его возвращении из Польши.