Доктор Кто: сказания Трензалора (сборник) - Джордж Манн

Фергин посмотрел на лежащих без сознания караульных:

– Они в порядке?

– Спят, как дети. Проснутся не скоро.

Караульных оттащили с дороги, затем Доктор отошел в сторону, а горожане с Фергином во главе навалились на огромные двойные двери сарая. Те затряслись и затрещали, но не подались. Очевидно, они были заперты изнутри, возможно, заложены прочной доской.

– Скорее! – поторопил Доктор, хотя знал, что горожане стараются изо всех сил.

Внезапно раздался громкий треск, и двери просели внутрь.

– Почти получилось! – крикнул Фергин. Его круглое лицо, несмотря на холод, покраснело и вспотело. – Еще разок! Все вместе…

Горожане снова навалились на дверь. Снова раздался треск, и двери распахнулись. От неожиданности некоторые горожане упали, но им немедленно помогли подняться на ноги. Стоявший в стороне Доктор увидел мерцающий бело-голубой свет, исходивший из сарая, и услышал тихое ритмичное потрескивание. Часть горожан отпрянула с изумлением и ужасом на лицах. Теперь, когда можно было войти, они не знали, что делать дальше, и оглядывались на Доктора. Прихрамывая, Доктор пошел вперед так быстро, как только позволяли его старые суставы и деревянная нога.

В сарае было просторно, кругом валялись инструменты и солома. В дальнем углу на самодельных носилках лежал скелет Джалена Феллвуда. Вокруг него, как деления на циферблате, лежали на спинах горожане, оказавшиеся под влиянием Мары. Они находились в групповом трансе, тела дергались и дрожали, зрачков не было видно из-под полуприкрытых век.

Бело-голубой свет испускали потрескивающие потоки энергии, исходившие прямо из сознаний сновидцев и направленные к скелету. Со стороны это напоминало огромного паука – скелет был его телом, а нити энергии – изогнутыми тонкими ногами.

Сбитый с толку, Фергин посмотрел на Доктора:

– Уже можно бросать бомбы, Доктор?

Злясь не столько на кого-то другого, сколько на себя, Доктор рявкнул:

– Какой смысл? Уже слишком поздно!

Скелет, пульсируя, светился. Доктор вытащил звуковую отвертку и включил ее, надеясь заблокировать энергетическую волну. Но и это не помогло. Энергия сна стала слишком сильной. Прикрыв глаза, Доктор приблизился к сновидцам и скелету, все еще хмуро настраивая параметры отвертки.

Сквозь свет он видел, что червеобразные нити уже ползут по костям, создавая мышцы, вены и органы. Приближаясь, он почувствовал кожей неприятный зуд. Глубоко вздохнув, Доктор шагнул внутрь энергетического поля и тут же громко вскрикнул. Треск, вспышка боли – и его отбросило назад.

В следующий миг Доктор обнаружил, что горожане столпились вокруг него, поднимают его на ноги и спрашивают, в порядке ли он. Доктор нетерпеливо кивнул и снова посмотрел на скелет. Его глаза расширились. Горожане ахнули, некоторые попятились.

Скелет Джалена Феллвуда медленно сел на носилках. Повернув голову, он посмотрел на них.

Мара все еще не был завершен – глаза смотрели из голого черепа, под тонкой оболочкой еще только формирующейся кожи были видны мышцы. Однако сразу стало ясно, что тело, растущее на костях, не было человеческим – во всяком случае, не совсем. Глаза принадлежали Маре – желтые и змеиные. Кожа, покрывавшая плоть, становилась чешуйчатой и ребристой – она быстро темнела, приобретая отпугивающий красный цвет.

– Что нам делать, Доктор? – спросил Фергин, тихо подойдя к нему.

Доктор обдумал варианты. Их было не так уж и много.

– Передай остальным: как только Мара воплотится – бросайте бомбы.

Фергин кивнул:

– Это его остановит?

Лицо Доктора было мрачным.

– Стоит попробовать.

Ждать пришлось недолго. Гибрид Мары и человека был почти готов. Он встал с носилок и потянулся, оценивая новое тело. Его голова была плоской, морда удлиненной, на бледной чешуйчатой шее был капюшон, как у кобры. Мара открыл рот и зашипел, показав черный раздвоенный язык и изогнутые клыки.

Как только бело-голубые нити энергии между сновидцами и Марой истончились и исчезли, Доктор крикнул:

– Давайте!

На Мару обрушился дождь серебристых шариков, которые раскрывались, падая на землю. Взметнувшееся облако белого порошка окутало существо. Прищурившись, Доктор затаил дыхание, надеясь на лучшее.

Но затем он услышал скрип, что-то красное метнулось к левой стене сарая.

Раздались крики, вопли, кто-то показывал пальцем на странное существо. Больше напоминая паука, чем змею, Мара взобрался на стену и пополз по ней. Прежде чем ему успели помешать, он вскарабкался наверх и выскользнул в открытую дверь сарая.

Доктор развернулся на деревянной ноге и захромал следом, пытаясь догнать Мару. Но когда он наконец пробился через толпу и вышел наружу, существа уже нигде не было.

– Ну как? Что-нибудь изменилось?

Саманда Глайд отошла от пациента, которого осматривала. Доктор стоял на пороге, опираясь на трость, и хмуро оглядывал два ряда больничных коек.

Рождественский лазарет был не больше сарая, и все койки в единственной палате сейчас были заняты. Хотя в этом не было ничего необычного (после каждого инопланетного вторжения были жертвы), на этот раз больше всего пугало то, что пациенты молчали. Лучшая подруга Саманды, Таския, вчера была в сарае Сворсенов и рассказала ей, что случилось. С тех пор Мару никто не видел. Напряжение в городе было почти осязаемым, тревога нарастала. А заботиться о жертвах Мары приходилось Саманде.

Не то чтобы за ними требовался особый уход. Все они мирно спали. Отчасти потому, что Доктор сделал для всех «подавители сна» – странные маленькие устройства, собранные из деталей и запчастей, хранившихся у него в Часовой Башне. Он собирал их из разных деталей, и все подавители выглядели по-разному, но кое-что общее у них было. Включившись от импульса звуковой отвертки Доктора, они начали издавать ритмичный сигнал, который, как Доктор заверил Саманду, не позволит Маре добраться до сознания своих жертв.

В ответ на вопрос Доктора Саманда покачала головой и сказала:

– Нет, они все еще спят. Но это ведь хорошо, правда?

– И да, и нет.

Хромая, Доктор двинулся по центральному проходу, мрачно осматривая одного спящего за другим. Лица жертв Мары были красными и в пятнах, а на руках четко проступала метка в виде змеи.

– Почему нет? – спросила Саманда.

– Потому что они – глаза и уши Мары, и пока он не будет уничтожен, будить их нельзя – риск слишком велик. Но чем дольше они спят, тем слабее будут становиться, пока…

– Пока не умрут, – пробормотала Саманда.

Доктор ничего не ответил.