Доктор Кто: сказания Трензалора (сборник) - Джордж Манн

Часть леса, где собрались сновидцы, находилась примерно в двух милях от места, охраняемого Томалином Пилком. Там, почти в самом центре леса, росли редкие низкие и полуголые деревья. Доктор, над головой которого гудела вертушка, смотрел вниз, на сновидцев, а те смотрели на него, держа в руках инструменты для раскопок. На их лицах было одно и то же пугающее выражение – гнев и совершенно нечеловеческая ярость. В какой-то миг лица горожан стали почти прозрачными, словно сквозь них он мог видеть существо, проникшее внутрь.

Доктор весело помахал рукой, как недавно махал Томалину:

– Привет!

Сновидцы одновременно оскалились и зашипели на него, издавая звук, похожий на выделяющийся газ.

– Не очень-то это дружелюбно, – пробурчал Доктор, хотя на самом деле подобная реакция его не удивила и не расстроила. Он оценивал местность, осматривал участок, который сновидцы уже успели раскопать.

В земле была прямоугольная яма, еще темнее, чем окружавшая ее листва, но Доктор не видел, что в ней находится.

– Чертовы старые глаза, – пробормотал он, настроил отвертку, уменьшив частоту вращения лопастей, и плавно спустился пониже. Снижаясь, Доктор осторожно лавировал между тянувшимися к ночному небу деревьями; сновидцы заволновались. Они столпились внизу, некоторые особенно шустрые подпрыгивали, их скрюченные пальцы тянулись к нему, как когти кошки, тянущейся к клубку шерсти.

Доктор оставался вне досягаемости. Он снизился лишь настолько, чтобы увидеть, что именно лежит в раскопанной яме.

На темной земле что-то белело. Это был человеческий скелет, на костях еще оставалось полуистлевшее тряпье. Судя по виду, останки находились в земле многие годы. Зачем инопланетному захватчику понадобился этот труп?

Доктор был скорее встревожен, чем озадачен. По опыту он знал, что иногда останки – это больше, чем просто останки. Он успел повидать множество трупов – и черепов, – которые оказывались вместилищем для мощных инопланетных сил.

– Кто ваш приятель? – крикнул Доктор, не особенно надеясь на ответ.

И он его не получил. Сновидцы продолжали шипеть и тянуться к нему.

Доктор обдумал, стоит ли тратить силы, чтобы убедить людей в необходимости сопротивляться инопланетной силе, которая подчинила их себе, предупредить, стоит ли объяснять, что загадочные скелеты, похороненные в лесу, не приводят ни к чему хорошему…

Но он не стал этого делать. Смысла не было. Вместо этого он прямо и с насмешкой обратился к существу, которое скрывалось за их глазами.

– Все еще боишься посмотреть мне в лицо, да? По-твоему, лучше прятаться в лесу, играть в куклы и возиться со старыми костями? – Он пожал плечами. – Если честно, я разочарован. Противник из тебя настолько никудышный, что с тобой даже разговаривать стыдно. – Он посмотрел на часы: – О, уже почти пора пить чай с печеньем. Когда надоест прятаться, найди меня, поболтаем. Но предупреждаю, к тому времени все Джемми Доджерс уже, скорее всего, будут…

В этот момент в него угодил первый камень.

Доктор не видел, кто его бросил. Камень просто взлетел вверх и попал ему в ногу. К счастью, это оказалась деревянная нога, и камень с глухим стуком срикошетил.

– Эй! – возмутился Доктор. – Осторожнее! Так весь лак облупится!

В него полетел еще один камень. На этот раз Доктор сделал поспешный маневр, чтобы избежать столкновения. Камень просвистел так близко, что Доктор почувствовал дуновение ветра.

«Пора уходить», – подумал Доктор. Ведь если камень его оглушит, он упадет вниз. К несчастью, вертушка была не так уж надежна. Чтобы подняться, Доктору нужно было стабилизировать возвратно-поступательное движение, а для этого – сменить настройки отвертки, что оказалось довольно непросто. А в него летели все новые снаряды – не только камни, но и мастерки, лопаты и ледорубы.

Большинство пролетало мимо или вообще не долетало до цели, но не все. «Тук!» – какой-то снаряд угодил в деревянную ногу. А затем то ли камень, то ли кусок дерева ударил в плечо (к счастью, защищенное), заставив охнуть от боли.

Но в синяках и шишках не было ничего страшного. Гораздо больше Доктора обеспокоила лопата, пролетевшая мимо, словно копье, и вонзившаяся в одну из вращающихся лопастей.

С жутким хрустом лопасти замедлили ход и задергались.

– А-а-а! – завопил Доктор, почувствовав, что стремительно несется к земле.

Однако лопасти быстро измельчили лопату, выплюнув осколки металла и дерева, и Доктор снова взмыл вверх, словно выпущенный из пращи. Он отчаянно пытался стабилизировать устройство с помощью отвертки. Ему это удалось, но вертушка явно была повреждена. Она издавала тревожный звук – нечто среднее между пронзительным скрежетом и негромким пыхтением, и – несмотря на движение вверх и примерно в заданном направлении – Доктор не мог отделаться от ощущения, что вертушка хромает в воздухе.

– Ну, давай же, старушка, – пробормотал он тем же тоном, каким в былые времена уговаривал ТАРДИС. – У тебя получится.

Он крепко сжал отвертку и приложил ее пульсирующий зеленый наконечник к круглой пряжке ремня, к которой крепился винт. И вертушка медленно, словно спотыкаясь, поплыла над кронами деревьев обратно к мерцающим огням Рождества.

Миновав лесополосу, Доктор перевел дух. Хоть вертушка продолжала сбавлять ход и терять высоту, отсюда до города его отделяло всего несколько полей, разделенных дорогами. Вертушка летела метрах в шести над землей и дергалась, как машина, когда кончается бензин. Наконец, издав пронзительный лязг, она испустила дух.

Падение Доктора нельзя было назвать свободным, все же скорость его была больше, чем хотелось бы. Он сжался, ожидая столкновения со стремительно несущейся навстречу поверхностью, а в следующий миг уже крутился и кувыркался на земле. Лопасти, приделанные к самодельному винту у него за спиной, крошились на кусочки.

Наконец он остановился. Лежа на остатках рюкзака, смягчившего падение, Доктор оценивал только что проделанный путь. Все тело болело, но Доктор решил, что вряд ли серьезно ранен. Впрочем, когда он вернется в город, пальто и штаны придется почистить.

Он со стоном сел – и увидел, что кто-то идет к нему по тропинке. Вокруг было темно, но незнакомец двигался быстро и уверенно. Доктор поднял отвертку, используя ее как фонарь.

В зеленом свете он увидел яростное лицо Томалина. Глаза юноши стали желтыми, с вертикальными черными прорезями вместо зрачков, он ощерился, обнажая зубы, с которых капала слюна. Томалин так крепко сжимал грабли, что костяшки его пальцев побелели.

Со всей возможной властностью, на которую он был способен, Доктор рявкнул: