Безумие - Марина Наумова

Не исключено, что если бы не тела, лежащие в коридоре и предупреждавшие об опасности, как красные оградительные буйки пляжей, кто-нибудь не выдержал бы и поддался этому искушению.

И все же молчание захваченного дома действовало на нервы. Что-то подозрительно неверное было в самом принципе атаки: разделались с кучей народу — и стихли, будто все в порядке.

«Ведь специально же, гады! — думал Донэ. — Знают, чем нам можно досадить!» — Донэ, почему вы молчите? — затрещала, скатываясь в ультразвуковой тошнотворный визг, мембрана передатчика.

— Наблюдение за объектом ведется, попыток прорваться со стороны противника нет, — четко доложил начальник охранного подразделения.

— Не слышу!

— Все ти-хо!!!

— Говорите громче!

— …!!!

— Прекратите ругань и докладывайте, что у вас произошло!

Новый приступ треска и визга в трубке оказался настолько силен, что Донэ и стоявшим рядом с ним показалось, что в ушах что-то лопнуло. Вслед за этим наступила тишина.

— Сэр, вы меня слышите? — обеспокоенно заговорил, тычась носом в микрофон, Донэ. — Вы слышите?

Молчание после грохота казалось мягким, почти ватным. Оно лезло в уши, распирая их изнутри, убаюкивало, отупляло…

«Уж не оглох ли я?» — испуганно подумал начальник охраны, дергая себя за ухо. По черепу тихим звоном раскатилась зудящая боль.

— Капрал Сил! — рявкнул Донэ, называя первое пришедшее на ум имя.

— Я! — врезало по уху ответом. Донэ сморщился от боли и повернулся к вскочившему негру:

— Проверьте радиовышку!

— Есть!

— И не орите так — я не глухой! — сорвался Донэ. Ему показалось, что кто-то вставил ему в ухо острый и длинный, доходящий едва ли не до мозга, гвоздь и каждое громкое слово вбивало острие еще глубже.

Капрал послушно затопал по лужам, оставшимся после работы поливальной машины.

— Алло! — Донэ потряс передатчик, прислонил его к губам так, что во рту стал ощутим привкус металла, и заговорил, морщась почти при каждом новом слове: — Алло, вызываю начальника космопорта… вызываю начальника космопорта… Ответьте мне… Алло, вызываю службу оповещения… вызываю участок 16-В… Вызываю пожарную службу…

Передатчик молчал. Неизвестно было, слышали ли голос начальника охранного подразделения капитана Донэ упомянутые службы, — сам он не слышал ничего.

— Они здесь! Сюда! — раздался где-то вдали вопль, и тут же на него наложился треск выстрелов.

— Взвод, встать! За мной! — заорал Донэ, и от боли в ушах у него потемнело в глазах. Охранники сорвались с воинственным призывным кличем, и тут в голове у Донэ что-то взорвалось… Когда он оказался в состоянии вновь открыть глаза, последние солдаты скрывались за углом. Донэ выругался — на этот раз мягким, почти нежным шепотом — и бросился вдогонку.

Если бы он задержался хотя бы на пару минут, ему удалось бы увидеть, как над главной стереорадиовышкой вспыхнул голубой фейерверк, после чего ее изящный шпиль рухнул, вздымая кверху язык пламени. Правда, ему удалось различить какой-то грохот — но разве могли определить направление источника звука его истерзанные уши?

Тем более, что через минуту ему стало не до этого: прямо в окно ввалился бронированный монстр…

31

Доктор Риггем запер за собой дверь, метнулся к столу и извлек из-под него небольшой передатчик. Что-то случилось с обычным видеотелефоном — иначе ничто не заставило бы его прибегнуть к столь экзотическому способу связи.

Нужно было срочно что-то предпринять — оставаться здесь хотя бы на полчаса было слишком опасно. По взгляду шефа внутренней безопасности Компании, брошенному возле входа, Риггем понял, что ему здесь больше делать нечего. Правда, Долли что-то напутала со взрывателем, а еще скорее — заподозрила, что и сама может взлететь на воздух вместе с Лейнарди и его яхтой, и смылась… Ну что ж — пока Глава Компании находился на Эпсилон-Кси, дело еще рано было считать проваленным. Да и не его вина, что девчонка сплоховала…

Задумавшись обо всем этом, он чуть не забыл, что связь уже давно должна была включиться.

Передатчик не работал. Быстро откинув крышку, доктор пробежал глазами по схеме, проверил контакты — поломки заметно не было.

— Чертовщина! — Доктор вытащил из кармана сигарету. Его руки неожиданно начали дрожать, закурить ему удалось с большим трудом. Но что же могло случиться с этой проклятой штукой в самый неподходящий момент? И телефон…

Сигарета запрыгала в дрожащей руке, разбрасывая во все стороны искры и пепел. Риггем попробовал затянуться — но закашлялся.

«А если они подстроили все специально? — пришло вдруг ему в голову. — Вычислили, взяли на заметку… Нет, тогда они сами были бы заинтересованы проследить, с кем именно я связываюсь — простое блокирование связи им невыгодно. Или… — при этой мысли доктора обдало жаром, — они и так знают все? Тогда я погиб. Погиб вдвойне — шеф меня не простит…»

На минуту перед ним предстало лицо нанявшего его человека. Вроде бы обычное лицо — если не знать ни биографии этого человека, ни его планов. Он был не из тех, кто прощает даже мелкие просчеты.

«Но ведь я не виноват… — зажмурился Риггем. — Я все делал как надо, и если что-то и сорвалось, то не из-за меня!» Он поднял глаза к потолку и вдруг услышал, что в дверь стучат. Вначале сдержанный, отрывистый, стук становился все громче и требовательней.

«Вот и все — пришли!» — вздохнул доктор.

— Кто?

— Риггем, откройте… Так будет лучше для вас самого!

«Я ничего не знаю, ничего не слышу… меня нет…» — Риггем расслабился в кресле. Только сердце еще жило, пульсируя в груди. Так, судя по всему, сработал последний сюрприз… Бедняжка Долли!

— Откройте, Риггем, не заставляйте нас ломать дверь!

«Надо было оставить себе немного порошка, — посмотрел на свои руки Риггем. — Это ведь так удобно — уйти у них из-под носа… Мне все равно ведь уже нечего терять».

— Откройте, Риггем! Считаем до трех!

«Пусть… пусть делают, что хотят… Вот только зачем они отключили связь? Или не они? Может, тот загадочный маньяк или террорист добрался до главной вышки? А телефон… Нет, для маньяка это слишком сложно. Да о чем я только думаю в последние минуты?!»

— Раз! Последний раз просим: откройте по-хорошему!

«Жаль, что меня купил именно тот человек — с другим бы я мог поторговаться… Такие сведения дорого стоят — но к чему деньги мертвецу?»

— Два!

«Я видел тех парней, которые пробовали его предать, — честное слово, и врагу не пожелаешь такой участи. Трудно даже проверить, что подобные ужасы возможны в наше время… Но жизнь есть жизнь, я же не хотел быть в ней последним… Ну что ж, будь что будет…»